Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Кто имеет непосредственный доступ к королю?

Дворяне?

Да, безусловно. Но ошибкой будет забыть и про лакеев. И про тех, кто смотрит за бельем, чистит-моет-убирает, стирает-гладит-крахмалит… много таких.

Не дворяне ж будут утюги ворочать? Или простыни перебирать? Или чинить?

Этим занимается простонародье. Да, личные королевские слуги, да, статус. Но жизнь иногда идет вразнос, не глядя ни на какие звания и титулы.

Карл не просто так считал герцога хорошим человеком.

Разные в жизни бывают ситуации. И даже личному кастеляну короля бывает нужна помощь.

Если человек работает на хорошей должности, что он постарается сделать? Правильно. Пристроить поближе своих родных. В частности – дочку.

А если вашу дочку просто так, как шлюху, прижмет к стене дворянин? Да не один? Если девочку изнасилуют, изобьют, и прикажут еще, чтобы ее уволили? Видите ли, не оценила милости, которая ей оказана, плакать вздумала, сопротивляться, кусаться…

Что ты сделаешь, если ты всего лишь смотришь за королевским бельем, а они дворяне?

Королю пожалуешься?

Ага, есть ему дело до тебя и твоих горестей, как же! Три раза!

Гардвейг и будучи здоровым не отличался кротостью нрава, а уж заболев, вообще превратился в дикого зверя. Жена – единственная, кто чувствовал себя спокойно, и то потому, что подарила Гардвейгу сыновей и была им пока нужна. Так-то.

Ну и шут короля.

Но не кастелян.

Что оставалось делать несчастному отцу? Только скрипеть зубами.

Он честно попробовал пожаловаться королю, кинулся в ноги, но вот ноги-то у Гардвейга на тот момент и болели. Вместо помощи несчастный отец услышал, что ему повезло. Пусть выдает дочку побыстрее замуж, и радуется, что хотя бы один внук будет породистый.

А дочку едва успели из петли вытащить. И сплетни пошли… Карл не знал, что и делать, кому молиться.

Видимо, это было достаточно заметно. Герцог заметил.

И расспросил, и выяснил что и как, и отомстить помог. Года не прошло, как трое дворян померли от разных причин. Один на дуэли, а двое грибочками отравились. Бывает, дело житейское.

И кто там свяжет их смерть с изнасилованной девчонкой? Да никто, даже Альтрес Лорт!

Девчонке герцог своей властью дал приданое, замуж выдал за хорошего человека. И Карл был благодарен.

Вербовка?

Да что вы, помилуйте! Не так сложно рассказать доброму человеку, о чем думает король. Что услышано по тому или иному вопросу, как чувствует себя Гардвейг…

Слуги многое слышат и многое знают. А от Карла даже не требовался полный отчет, так, иногда побеседовать. С хорошей оплатой.

Герцог не перегибал палку.

Но заговор переходил в завершающую стадию. Пусть все будут заняты королевским здоровьем, тогда у герцога будет больше шансов. Болел король, да и помер. А что болел от яда, а помер от стали… кому это интересно?

В жизни всякое бывает! Отчета с него точно никто не попросит!

О такой услуге он попросил Карла впервые. Но не сомневался, что все будет выполнено. Недаром же про дочку спрашивал.

Карл – не дурак. И его потом даже не надо будет в расход пускать может, еще и пригодится. Неглупые люди всегда нужны, а если их есть на чем ловить – вдвойне.

Скоро, уже скоро.

Вот приедет посольство Ативерны…

Ативерна, где-то в дороге.

Лэйр Энтони Сиврал тряхнул стаканчиком.

Словно в насмешку, кости легли единичками.

Соперник ухмыльнулся, выбросил шестерку и пятерку, и сгреб с платка ставки.

– Еще сыграем?

Энтони покачал головой.

– Нет, хватит пока.

– Да ты не переживай, в игре не повезло, так в любви свезет, – «утешил» друг. Энтони только зубами скрипнул. Ага, повезет!

Прошлый раз всю ночь сушился!

С-стерва!

Повезло графу с женушкой… а ведь…

Энтони остановился, словно пораженный молнией. К нему в гости пришла Мысль.

Графиня ведь не знала, что муж задерживается!

Она могла испугаться, вот и все! Она ведь не знала о плане Энтони, а так… вот представьте, вам объясняется в любви очаровательный молодой человек, возможно, небезразличный вам (раз графиня промолчала, значит точно есть какие-то чувства), тут из кустов вываливается ваш супруг… и портит всю малину!

Энтони вызывают на дуэль, скандал, шум, в любом случае, королевское недовольство и куча проблем. Что должна сделать в таком случае умная женщина?

То, что и сделала графиня Иртон. Сбежать.

Графиня это и сделала.

А если она до сих пор молчит – может означать только одно. Энтони ей тоже небезразличен.

Лэйр довольно улыбнулся, и посмотрел в сторону одного из костров. Там золотились волосы графини, отблескивая красным золотом. Она сидела рядом с мужем, обнимала приемную дочь, и выглядела абсолютно спокойной. Его она, конечно, не видела.

Надо бы еще раз попробовать объясниться. Ну и балбес же ты, Энтони! Как можно сразу не сообразить такой простой вещи?

Уэльстер, графство Эран.

– Думал, так и помру, не увидев вас, дорогой Альтрес.

Граф Эран самолично подлил дорогому гостю вина, подвинул блюдо с мясом. Мужчины сидели вдвоем, в каминном зале, смотрели на огонь, и чувствовал себя граф Лорт непривычно уютно.

Сколько лет, сколько зим…

Граф Эран был одним из его соседей. Альтрес помнил его с детства, и еще тогда, в памяти юноши он сохранился высоким сухопарым стариком, крепким, словно розга, любителем прекрасных дам, охоты и вина. И сейчас, казалось, Корвус Эран ничуть не изменился.

Те же седые волосы, те же черные брови и проницательные карие глаза. Только вот морщины глубже стали. А не виделись они действительно давно.

Альтрес практически не вылезал из столицы, а графа Эран туда было не затащить никакими пирогами.

Не место ему при дворе!

Лучше уж на медведя с рогатиной или на кабана с одним копьем, но в яму со змеями он не ходок. Точка!

Что уж ему так не понравилось, кто его обидел, какие тайны хранились в прошлом Корвуса Эрана – неизвестно. Альтрес Лорт в них никогда и не копался.

Живет себе человек, живет в своем доме, как ему нравится, охотится, сплетни собирает… да, граф Корвус был любителем разных историй.

Причем, не рассказывать, а именно знать. Как говорил граф – из соображений своей же безопасности. И ничего с тех пор не поменялось Даже серебряное блюдо с оленями и кубки. Все то же, а вот люди другие, совсем другие…

– Да, Корвус, – вздохнул Лорт. – Давно я дома не бывал.

– Да уж почитай, лет двадцать как. Если не больше.

– Дела.

– Да уж наслышаны, – ухмыльнулся Корвус. – И о делах, и о работе вашей. Честно говоря, мы думали, вы и не вернетесь