Я не для тебя - Рина Каримова

— Что? Обычно болельщики не приезжают?

— Нет. Почему? Я просто вижу, тут не только хоккеисты, — продолжает Лёва задумчиво. — Вон тот высокий парень. В темном спортивном костюме. Он из другого универа. Боец. Хотя никакого боя у нас сегодня нет. Только хоккей.

— Ну может он тоже болеет за кого-то, — бросаю, не особо вникая.

Лишь механически отмечаю высокого крупного парня. И меня встряхивает от того, что по фигуре он напоминает Ахмедова. Такой же массивный.

— Сомневаюсь. Он слишком известный. Считай, как у нас Хазаров. Лучший на ринге. Кстати, Хазаров тоже здесь, — с долей удивления замечает друг.

— Давайте просто скорее пройдем на наши места, — предлагаю, глянув на то, как Маша меняется в лице, заметив Булата.

Мне самой не нравится, что Хазаров здесь. Там, где он, может и Ахмедов появиться.

Мы пробуем пройти вперед. Но толпа ребят нас немного оттесняет. А дальше начинается нечто непонятное.

Все расступаются. От чего меня и Машу буквально «относит» в одну сторону, а Лёву оттесняет в другую.

— Ты нарушил запрет, — чеканит хриплый голос. — Я тебе сразу сказал. Чтобы даже в ее сторону не смотрел.

Тут нас с Машей оттесняют к арке, ведь все продолжают отходить. И кажется, начинаю понимать почему.

— Ты еще указывать мне будешь? — резко спрашивает другой мужской голос, в котором узнаю Хазарова. — Кого трахать?

— Она сестра моего друга, уебок.

— И что, блять? Кого захочу, того и выебу.

Мой взгляд невольно падает в сторону Маши. Она хмурится, нервно поджимает губы.

А после меня отвлекает то, что несколько человек впереди спешно отходят в сторону. И я механически тяну Машу за руку. Дальше. Ближе к стене.

Теперь перед нами никого.

Все поспешно расходятся, потому что…

Хазаров и тот боец, которого показал Лёва, сходятся в жестокой схватке. Эти двое двигаются и дубасят друг друга так, что больно смотреть. И страшно, что задеть могут.

Вот почему несмотря на интерес ребята стараются убраться подальше от них. Тут и прилететь может.

— Они… да они же убьют друг друга, — выпаливает кто-то.

— Не-е, — протягивают в ответ на возглас. — Профи. Ты еще попробуй такого типа завали.

Жуткое зрелище.

Эти двое точно дикие звери.

А Хазаров, похоже, и правда больной. Не без причины про него по всему универу слухи ходят. Да и чего стоит Машин вид после встречи с ним.

Только его соперник не лучше. Чувствуется, от него чем-то жутким веет. Будто от Ахмедова.

Морщусь. Второй раз про него сегодня вспоминаю. И это мне совсем не нравится.

Видно, не в добрый час мне мысль приходит.

— Какого хера? — слышится рык.

И третья фигура буквально врезается между двумя сцепившимися мертвой хваткой друг в друга телами.

Марат здесь. Он единственный, кто рискует вмешаться в бой между этими двумя. После него подтягиваются другие, помогают растащить парней.

— Амаев, ты совсем охуел, — обращается Ахмедов к тому бойцу, который из другого универа. — Здесь чужая территория.

— Это твой друг-уебок охуел, — отрезает тот.

— На ринге все выясните, — бросает Марат, переводя взгляд с одного на другого. — А пока не то время и место.

Хазаров и этот… Амаев? Вроде бы так. В общем, эти двое обмениваются такими взглядами, что кажется, планируют схлестнуться куда раньше и не собираются ждать до какого-то там ринга.

Однако вскоре все мысли вылетают из моей головы. Ведь Марат поворачивается, заметив меня. Его глаза впиваются в мои.

Кислород в легких разом заканчивается.

63

Кажется, сейчас Ахмедов набросится на меня. И этот Амаев сможет спокойно продолжить драку с Хазаровым. Он даже не заметит.

Возникает впечатление, будто мир вокруг погружается в темноту. Никого нет. Только мы вдвоем. И на меня точно прожектор ослепительного света теперь направлен. Именно так считывается внимание Ахмедова.

Его взгляд ощущается кожей. Тяжелый. Пристальный. И чувство теперь такое, будто меня прибивает к полу. Тело словно каменеет, цепенеет. Невозможно сдвинуться с места.

— Ася? — голос Маши пробивается сквозь белый шум, и я благодарна подруге за то, что она хватает меня за руку, тянет в сторону, громче бросает: — Ась, идем. Нам места занять надо.

Он здесь.

Все-таки появился.

И вроде бы… одет в форму? Детали прокручиваю в уме, лишь немного отойдя от неожиданного столкновения.

Ахмедов шагает в мою сторону.

Холод пробирает до дрожи. Потому что мы с Машей не можем пройти из-за толпы других ребят. И я лихорадочно осматриваюсь. Не нахожу выхода. Опять наталкиваюсь на острый и цепкий взгляд Марата.

— Вы что здесь устроили? — раздается резкий мужской голос.

И к счастью, он отвлекает Ахмедова от меня. Потому что тот оборачивается, смотрит на подходящего ближе парня.

— Хазаров, ты в конец охренел, — бросает он. — На дисквалификацию нарываешься? Хочешь, чтобы вас обоих от боев отстранили?

Возможно, потому что именно в этот момент Булат расталкивает ребят, которые и прежде едва его сдерживали. Подается вперед, заносит руку для удара.

Амаев тоже не медлит. Вырывается навстречу недавнему противнику.

— Тамир! — рявкает незнакомец.

И уже сам сдерживает Амаева. Хватает его за плечо. Говорит еще что-то, уже понизив голос.

— А ты с хера ли тут раскомандывался, Астахов? — цедит Ахмедов, и в свою очередь задерживает Булата таким же жестом, похоже, чисто рефлекторно тормозит приятеля. — Ты кто, блять, такой?

— Вижу, нормального лидера у вас нет, — отрезает. — Каждый делает, что хочет.

— Это ты про своего дружка? — кривится. — Он первым драку развязал. На чужой территории. Он еще, конечно, огребет. Но ты, ебучий лидер, лучше за своей командой приглядывай.

— Без тебя разберусь, — рубит.

— Лед решит, — мрачно бросает Ахмедов.

— Разъебем.

— Нихуя, — усмехается Марат.

Повисает напряженная тишина.

Теперь эти двое нависают друг над другом. Оба высокие. Крупные. Темноволосые. Угрожающие.

Теперь кажется, что уже они могут схлестнуться, а Хазаров и Амаев будут их разнимать.

Странно, что у них конфликт. Так похожи. И по телосложению, и по тем чувствам, которые нагоняют одним своим видом.

Или в этом и проблема?

Вообще, есть ощущение, что если бы эти четверо сдружились, то могли бы все вокруг разнести. Хотя, наверное, они и так могут. Даже со стороны на них жутко смотреть.

Уже ясно, что Ахмедов собирается выйти на лед. Значит, его дисквалификацию отменили. Он в форме. Как и тот второй парень. Просто цвета разные. Зависит же от универа. А еще успеваю заметить нашивку с буквой «С» на форме. По рассказам Лёвы знаю, что это обозначение для капитана команды.

Мысли хаотично мелькают в голове.

— Астахов крутой, — слышится вдруг голос друга над ухом. — Видишь, он