Искушение зла - Дженни Бассетт

— Как ты понял, что мне снится кошмар? — спросила она, смертельно смущённая. Что-то мелькнуло на его лице слишком быстро, чтобы она смогла это понять.

— Ты немного вскрикивала. Я подумал, будет лучше разбудить тебя. — Неуверенность на его лице делала его моложе, настолько далёким, насколько это вообще было возможно, от посланника смерти, которого она видела ранее этой ночью, и часть тревоги, скручивавшей её внутренности в узлы, ослабла. Он не выглядел отвращённым ею, тем, что они сделали; он выглядел таким же обеспокоенным, какой чувствовала себя она.

— Прости, — пробормотала она, опуская голову к груди. Чёрт возьми, как же это было унизительно.

— О чём тебе снилось? — Он проигнорировал её извинение, его голос был мягким и ободряющим. Аэлия подтянула одеяла немного выше вокруг себя, словно это каким-то образом могло остановить поднимающуюся панику при мысли о том, чтобы говорить об этом, заново переживать ужасы, которые её разум обрушивал на неё каждую ночь с тех пор, как она покинула Каллодосис. — Ты не обязана рассказывать мне… но это может помочь.

Аэлия тревожно прикусила губу, кольцо паники вокруг её груди сжималось всё сильнее с каждым вдохом, который она делала.

— Я вижу людей, которых оставила позади. Людей, которых Бесеркир у меня забрал, — прошептала она. — Отис, Мирра, Фенрир… всё это снова и снова проигрывается у меня в голове, а я ничего не делаю. Я им не помогаю.

Его взгляд метнулся к её лицу.

— Они с тобой разговаривают?

Аэлия медленно кивнула, яростно моргая, сдерживая слёзы, наполнявшие её глаза. Она не должна плакать, она совершенно не должна плакать.

— Что они говорят? — мягко спросил он.

— Они говорят… — слова застряли у неё в горле, словно невидимая рука сжимала его, и ей приходилось пробиваться сквозь это удушье, чтобы говорить. — Они говорят… — Она подняла лицо к усыпанному звёздами небу, и слёзы беспрепятственно потекли, когда она вспомнила всё, в чём её обвиняли её сны.

— Аэлия, ты не можешь винить себя в том, что с ними произошло. — В его голосе появилась стальная нотка. Она кивнула, но он увидел пустоту этого жеста. Его пальцы обхватили её подбородок и повернули её лицо к себе, мягко удерживая, чтобы подчеркнуть каждое слово. — Виноват Бесеркир. Бесеркир, Астрэя, даже король — за то, что допустил это, — но уж точно не ты.

— Я чувствую себя чертовски бесполезной, — яростно всхлипнула она. Он отпустил её подбородок, его рука опустилась и сжала её ладонь. — Он забрал у меня их всех, а я ничего не смогла сделать. Фенрир всё ещё где-то там, и я нихрена не могу с этим поделать. Я даже сраного вора остановить не могу. — Её голос сорвался, когда она взмахнула свободной рукой в сторону лагеря. Она прикусила губу, пытаясь остановить рыдания, сотрясавшие её тело, полное отчаяние, которое она чувствовала, грозило выплеснуться наружу. Киран обвил её руками и притянул к себе, мягко покачивая, пока её слёзы не утихли. Он убрал её волосы в сторону, чтобы поцеловать её в лоб, и этот простой жест успокоил живую, дышащую боль внутри неё.

Киран помолчал мгновение, прежде чем наконец сказал:

— Ты не бесполезна, Аэлия. Ты самый решительный, упрямый, непреклонный человек, которого я когда-либо встречал, и если освобождение Фенрира — это то, к чему стремится твоё сердце, тогда Бесеркир должен дрожать в своих сапогах.

Аэлия рассмеялась сквозь всхлипы, поднимая голову, чтобы посмотреть на него. В его глазах было столько тепла, его губы изогнулись, отвечая её заплаканной улыбке, что последние остатки пустого напряжения в её груди съёжились до чего-то, что можно было вытерпеть.

Она вытерла слёзы дрожащими пальцами, мягкий свет солнца всё настойчивее давал о себе знать с каждым мгновением. Киран тоже это заметил.

— Нам стоит попытаться поспать ещё час или около того, прежде чем мы отправимся в путь, — тихо произнёс Киран. Он сделал движение, чтобы подняться, но она схватила его за руку.

— Не надо. — Она не смогла заставить себя сказать то, чего на самом деле хотела, её гордость ограничила её всего лишь этим одним словом.

Он замешкался, взглянув на свой мешок, его мысли скрывались за непроницаемой стеной, и смущение скрутило её изнутри, когда показалось, что он может вырваться. Но он этого не сделал. Медленно, осторожно он опустился на землю рядом с ней, оставив свою руку в её хватке.

Птицы приветствовали туманный свет рассвета, но Аэлия заснула слишком быстро, чтобы заметить их, и на этот раз призраки не преследовали её сны.

Аэлия проснулась, её рука была перекинута через Кирана, и ровный стук его сердца успокаивающе отдавался у её уха. Она моргнула опухшими глазами, и воспоминания о прошедшей ночи вернулись в её затуманенный мозг вместе с накатившей волной смущения.

Боги, она излила своё разбитое сердце человеку, который буквально отпрыгнул от её прикосновения ранее той же ночью. Просто, блядь, великолепно.

И всё же он был здесь, его дыхание мягко перехватывало в глубине горла, его рука крепко обнимала её. Она не могла объяснить тепло, разлившееся по её телу, и, откровенно говоря, после того вихря эмоций, который ей довелось пережить в последнее время, она даже не пыталась это сделать. Вместо этого она закрыла глаза и просто наслаждалась этим.

Солнце уже стояло высоко в небе, когда она снова открыла глаза, проснувшись от того, что Киран пошевелился под ней. Он замер на секунду, его разум, вероятно, догонял осознание того, что он не один, прежде чем его рука едва заметно сильнее сжалась вокруг неё.

Улыбка сама вырвалась у неё, пузырёк счастья прорвался сквозь тяжесть, наполнявшую её грудь последние дни. Она стала ещё шире, когда Киран прижался губами к её голове, мягко поцеловав её.

— Ты проснулась? — спросил он, его голос был густым от сна.

Она отодвинулась настолько, насколько позволяла его рука, чтобы посмотреть на него.

— Доброе утро, — сказала она, улыбаясь ему. Киран не ответил, беззастенчиво глядя на неё, пока она не почувствовала необходимость нарушить тишину.

— Мы проспали.

Он оторвал взгляд от неё и прищурился, глядя на солнце.

— Похоже на то. — В его голосе звучало удивление.

— Нам стоит отправляться, — сказала она, и её мысли сразу вернулись к Фенриру и тому, как мало следов его и Астрэи они видели. Сегодня им предстояло преодолеть большое расстояние.

— Обязательно? — Киран сжал её ближе, уткнувшись лицом в её волосы. Из неё вырвался смешок; наполовину облегчение, наполовину счастье. Какой