Дневная жена незрячего Дракона - Хель Сорго

Я будто пропустила нечто важное, по крайней мере, моральную подготовку к этому событию, пусть и часами напролёт обсуждала всё с графом.

Всё, только не наши с ним узы…

Почему Сандел столь обеспокоен, если уже несколько раз меня обходила стороной беда?

Хотя, если так подумать, в то время чувства наши с графом отчасти перекрывали иные эмоции, обстоятельства, да и на тот момент лично я не испытывала к нему всё то, что теперь…

Его чёрти, должно быть, видел это куда лучше со стороны, вот и жалел меня. Именно жалел, а не настроен был негативно, теперь-то я понимала.

Что ж, в любом случае…

– В лес бояться, волков не ходи, – проговорила вслух, задумавшись, и даже не сразу поняла свою ошибку.

– Простите? – изогнул Карл бровь, откуда ни возьмись, нарисовавшись рядом со мной и Милит, хотя всего мгновением ранее в этом зале его не было.

Здесь пока вообще ничего не было, кроме резных лавок у ряда окон. Мы обсуждали лечение и ждали, пока слуги внесут сюда высокие зеркала, чтобы устроить из них лабиринт.

Возможно детская, но давняя моя мечта, небольшая прихоть, иметь такую комнату для развлечений.

– Вы что-то хотели, Карл? – спросила я вместо ответа, нисколько не смутившись.

Он прочистил горло, неодобрительно взглянув на Милит, ожидая, видно, чтобы она поднялась при его появлении. Что бедняжка и поспешила сделать.

– Да, – проронил он. – Чем занята прислуга? Таскают зеркала, вместо того, чтобы заняться делом.

Тут уже я поднялась на ноги, но лишь затем, чтобы подойти ближе.

– Всё верно.

– Что, верно? – нахмурился он. – Мне пришлось разбираться с этим бардаком и следить, чтобы занялись чем-то полезным. Будто я дворецкий здесь какой-то, а не гость!

– Так вот, почему они задерживаются?

Сделала я ещё один шаг и добилась своего – Карл отступил.

– Вы верно подметили, – зазвенел мой голос, – что являетесь здесь лишь гостем.

Смутившись, он сделал ещё шаг назад.

– Гостем и другом семьи, вот и пытаюсь помочь.

Я прервала его жестом руки:

– Не стоит, идите, – не выдержала, и в голос просочилось раздражение, – гостите, дорогой Карл. А нам с вашей женой нужно обсудить всякое девичье.

Уж не знаю, заспорил бы он со мной или подчинился, но приближение графа окончательно заставило его выбрать второе.

– И зачем столько усилий, – присел Райдо рядом со мной, вольготно облокотившись о спинку лавки, обращаясь к Милит, когда за Карлом закрылась дверь, – ради такого, как он?

Милит слегка побледнела и вытянулась стрункой, упрямо сжимая губы.

– Он мой муж, – прозвучал короткий ответ.

Райдо вздохнул и то ли нехотя, то ли сомневаясь в правильности того, что делает, проговорил:

– Он может перестать быть таковым. Я бы помог всё устроить, раз уж всё так…

Но Милит качнула головой:

– Благодарю за участие, но я верная жена и просто хочу быть спокойна и счастлива в браке.

– Что ж, ваше дело, – сдался граф и в комнату, наконец, внесли зеркала.

***

Вечер и ночь приёма казались мне сном.

Расшитое золотом и хрусталём, что напоминал капли росы чёрное, шёлковое одеяние струилось, спадая с плеч графа, как сама тьма, которая обратилась тяжёлой водой.

Я привыкла видеть Райдо весёлым, лёгким, удивительно надёжным… Сейчас же он лишь вежливо улыбался гостям и едва заметно приветствовал их кивком головы, выглядя будто ещё выше, чем есть и намного холоднее. Настолько, будто пытался выстроить между собой и остальными ледяную, пусть и сияющую под отблеском танцующих свечей и ламп, стену.

Я стояла рядом, не решаясь прикоснуться к нему хотя бы кончиком пальца, а ведь мне стоило лишь чуть двинуть для этого рукой, даже никто бы не заметил!

Однако я остолбенела, прижимая к себе малышку, которая весело лепетала и тянула ручки ко всем, кто проходил мимо.

Зал наполнялся людьми, стены отражали эхо голосов и дробь шагов, играла музыка, звенели кубки и журчали разливаемые в них напитки.

Кто-то начал танцевать, немного не к месту, не вовремя, однако кто будет судить высокопоставленных господ?

В глазах моих рябило от золота и разноцветных дорогих нарядов. Сама же я стояла в утончённом платье шоколадного цвета, с заколотыми локонами в высокую причёску, то и дело, поправляя большой синий кулон на шее, скорее от нервов, а не чтобы он выглядел выгоднее.

Подарок графа.

Как я поняла, здесь такие камни ценятся наравне с тем, как ценны и популярны в моём прежнем мире бриллианты.

– Так смело, граф, – беседовал с ним очередной из гостей, высокий брюнет с острой бородкой и тонкими усами, – принять сироту, как родного.

К нам в этот момент подошёл Эрик и, услышав всё, будто ударился об невидимую стену. Глаза моего племяшки тут же сделались стеклянными и потускнели.

Наверняка вспомнил о матери…

Мы находились у входа, откуда нужно было спуститься по ступеням, чтобы пройти в зал к остальным, и Эрик замер как раз на первой, внизу.

Райдо помрачнел. Он вряд ли заметил приближение мальчика, а потому я на всякий случай, поманив того рукой, произнесла:

– Иди сюда, малыш, поздоровайся с господином Августом!

И как только имя его запомнила? Мимо нас уже около сотни человек прошла…

– Я не принял его, – произнёс Райдо твёрдо, – как родного.

Эрик, подступив ближе, вновь замер.

– Это мой сын, – договорил граф. – Я не делаю различий. Раз то родной человек моей жены, значит, я несу за него ответственность. Да и детей, – улыбнулся он, – люблю. Мальчик умный, подрастёт, будет помогать мне с делами, как-никак, первый наследник!

На этом Эрик окончательно взволновался, только на этот раз, не придавленный болью, а сияющий и обнадёженный до слёз на больших, по-детски чистых глазах.

Я приобняла его за плечи, уже не особо вслушиваясь во вздохи и ахи подошедших к нам дам и их причитания:

– Наследник? Граф Райдо, вы очень щедры и… даже не знаю, какое слово подобрать. Но разве вашей прекрасной Крис не обидно, что наследником вы уже признали его, а не вашего будущего сына?

– Или хотя бы дочь, – проронил Август с искренним недоумением, бросая колкий взгляд на Тосю.

– Прошу вас