Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд

– Нет, – покачал он головой. – Я любил летать над Вершинами, был предоставлен сам себе. Внимание мне уделяла только наша мама, и мне этого хватало. Она научила меня магии исцеления.

– Не все фойтийцы могут лечить? – удивилась Авила.

– Каждый фойтиец может воскресить одного человека, пожертвовав своей собственной жизнью, но дар к лечению есть далеко не у всех.

– Твой брат, – Авила запнулась, – тоже жив? Ты не последний?

– Брат лишился силы и магии. Сейчас он… – Тайро сделал паузу, – больше не наследник. И это сводит его с ума. Он уничтожает себя пьянством.

Авила протянула руку и коснулась шрамов Тайро на груди.

– А это…

Она не успела договорить. Тайро накрыл ее руку своей ладонью и легко улыбнулся.

– Все эти шрамы оставили люди. Не существа и не звери.

– И даже не драконы?

– Они добрые. – Тайро лег на спину, но не отпустил руку Авилы. – Они принесли нам магию и велели поделиться этой магией с миром. И мы сделали это. Фойтийцы научили людей волшебству, как им пользоваться, развивать и создавать новые виды.

– А что с драконами стало потом?

Авилу тянуло в сон, она начала протяжно зевать, подвинулась к Тайро и снова легла ему на грудь.

– Расскажу как-нибудь.

Тайро не шевелился, позволив ей блаженно заснуть на нем. Он лишь крепко обнял ее и нежно, еле уловимо, боясь потревожить, поцеловал в макушку.

10. Дождь смоет все сомнения

Солнце светило прямо в лицо. Авила поморщилась и отвернулась. Осознание нового дня обретало ясность, и она открыла глаза, повернувшись на спину. Как она оказалась в своей комнате, Авила не имела ни малейшего представления. Заснула она не здесь. Принцесса встала и осмотрелась. Последнее, что осталось в ее памяти, – поляна и Тайро, его объятия и немного откровений о его жизни. Хотелось знать больше, но она не вовремя поддалась требованию тела восстановиться душевно и физически.

– Принцесса!

Авила вздрогнула от неожиданности и повернула голову на голос. Тали. Она сидела в углу, рядом с ней валялся кинжал, а в глазах селянки читался страх.

– Тали? – Авила поднялась и подошла ближе к ней. – Что случилось?

– Вас сюда принес фойтиец! – В голосе читалось отвращение. – Неужели вы убегали к нему? Вы знаете о том, что они опасны? С ними нельзя иметь никакие отношения! Они не знают, что такое дружба и…

– Тали, – тихо, немного с облегчением проговорила Авила и улыбнулась, – он не опасен.

Заметив свое отражение в зеркале на стене, она поняла, что ей срочно нужно помыться. Волосы всклокочены, лицо и платье в засохшей грязи, на руках и ногах – пыль и земля. Авила ужаснулась своему виду.

– Пойдем, поможешь мне принять ванну, и я все тебе расскажу, как обещала.

Тали кивнула и поднялась.

– Я сейчас все подготовлю, – быстро проговорила селянка и убежала.

Авила развязала уже ослабленные завязки на платье и расплылась в улыбке, вспоминая объятия Тайро, то, как он поцеловал ее руку, то, с какой нежностью, затаив дыхание, смотрел на нее. Все вышло прекрасно! Он не дал ей умереть, они сблизились, он начал ей доверять и, кажется, потеплел к людям. Авиле хотелось, чтобы и люди приняли его. Что ж, Тали станет первой. Она должна понять, должна поверить в то, что фойтийцы не опасны.

– Принцесса, вы идете?

Голос Тали из соседней комнаты заставил ее вздрогнуть. Авила тут же направилась в ванную. Ей нужно срочно привести себя в порядок. Приключение прошлой ночи измотало не только ее душу, но и тело. И хоть Тайро излечил и то и другое, ей было необходимо расслабиться, а вместе с тем начать осуществлять свой план по сближению людей и фойтийцев. Нужно положить конец многолетней вражде.

Небольших размеров темная комната с маленькими узкими окнами под потолком была заставлена небольшими узорными тумбами со всем необходимым для принятия ванны: травы и соли в баночках, мыло и бальзамы, мочалки. Свечи для освещения комнаты стояли на открытых полочках и возле деревянной бадьи в центре. Тали быстро вынесла ширму, которой закрыла бадью от входа в ванную. Авила прошла дальше. На деревянных стенах с высоких полок свисали лианы и растения с большими яркими листьями. Авила быстро глянула на селянку: та зажгла благовония и ждала, когда вода в чане, висящем на крюке в широком камине, закипит, а потом прошла к широкому зеркалу в углу. Возле него лежал мягкий бордовый ковер.

Авила босыми ногами ступила на него и легким движением подцепила короткие рукава платья, стягивая его с плеч. Из-за распущенных завязок платье быстро сложилось на полу. Авила подняла глаза на свое отражение, окинула взглядом стройное тело, провела рукой по бедру, скользнула ладонью по нежной коже выше и провела рукой по плоскому животу. Ей вспомнилось, как Тайро смущенно прикрыл глаза, когда ненароком задержался взглядом на ее груди.

По звуку льющейся воды Авила поняла, что Тали уже набирала бадью. Запах цветов и мыла разнесся по комнате, и принцесса развернулась.

– Водичка отличная, – проговорила Тали.

Авила легко прошла и перекинула ногу в бадью. Вода грела кожу. Принцесса с наслаждением погрузилась и легла. Тали встала позади и принялась распутывать растрепанные волосы.

– Мне кажется, Тайро удивителен, – начала говорить Авила. Она не знала пока, как заставить Тали поверить, и подумала, что рассказ о приключениях поможет.

– Тайро? – спросила селянка. – Фойтиец?

– Да, его зовут Тайро.

Авила улыбнулась и прикрыла глаза, наслаждаясь запахами цветов, масел и теплой водой, ласкающей ее уставшую кожу. Единственное, о чем думала Авила, – следующая встреча с Тайро, ей хотелось к нему и как можно быстрее. Скорей бы вечер. Она убежит вновь.

– Вы подружились? – с удивлением спросила селянка.

Тали поливала из кувшина волосы принцессы и аккуратно расчесывала их.

– Думаю, да. Сегодня его взгляд был таким нежным, глубоким. – Авила провела пальцами по тыльной стороне руки, там, куда ее поцеловал Тайро. – А потом мы обнимались на поляне.

– Как же вы познакомились?

– Я заблудилась, лошадь убежала, а потом я увидела оленя…

– Оленя? Для вас это добрый знак, – кивала Тали, намыливая волосы и массируя кожу головы принцессы.

– Знак действительно добрый, но Тайро его убил.

Авила задержала воздух и погрузилась под воду. Теплота согревала и успокаивала, заставляла проникнуться воспоминаниями. Волосы нежными волнами касались кожи, звуки вдруг стали четче: она слышала, как соль шипит на дне бадьи. Когда воздуха стало не хватать, она вынырнула, глубоко вдохнув.

– Принцесса! – в глубоком шоке позвала ее Тали. – Вы простили ему такое преступление?