Игра на камеру - Челси Курто

Шон распахивает дверь и заходит в комнату. Он включает лампу, и я осматриваюсь. Здесь чисто, как и во всей его квартире. Посередине стоит двуспальная кровать с дюжиной подушек и пледом, похожим на облако. За изголовьем кровати виден город, и я улыбаюсь, глядя на мерцающие огни.

Он опускает меня на матрас и делает шаг назад. Я полностью обнажена, в то время как на нем все еще есть одежда, и наступает момент стеснения. Секунда, когда я чувствую, что все это совершенно односторонне и он не хочет меня так, как я хочу его. Я прикрываю грудь руками, и Шон качает головой.

— Не делай этого, — говорит он и стягивает рубашку через голову. — Не прячься, малышка Лейси. Только не от меня.

Ласковое слово застревает у меня между грудей. За ребрами, в опасной близости от сердца, потому что я — его малышка.

По крайней мере, на ближайшие несколько недель.

Я смотрю на него, пока он раздевается, и боже, Шон — разрушительный мужчина. Татуировки, которые идут по его левой руке, перекинулись и на грудь, прямо на грудную мышцу. Здесь множество цветов, форм и рисунков, и я хочу узнать, что каждая из них означает.

Его тело кажется не настоящим, а созданным художником. Четкие линии. Мощные мышцы. Загорелая кожа. Темные волосы, спускающиеся по животу.

Я перестаю дышать, когда он стягивает с себя треники и позволяет им упасть на пол. На нем нет нижнего белья, и от вида его обнаженного тела у меня пересыхает во рту. Его член свисает между ног, толстый и тяжелый, и я наблюдаю, как его пальцы сгибаются вокруг его длины, когда он подтягивает себя.

Я не знаю, куда смотреть; трудно сосредоточиться на одном месте, когда так много всего хочется увидеть. Мои глаза возвращаются к глазам Шона, и он смотрит на меня с жаром в глазах.

— Я никогда не буду от тебя прятаться, — говорю я. Я протягиваю руку, и он берет ее. Он целует кончик каждого из моих пальцев и кладет мою ладонь на свое сердце. — Ты единственный человек, рядом с которым я хочу быть самой собой.

Его глаза смягчаются, когда он забирается на кровать. Он перебирается на матрас и встает надо мной на колени. Я приподнимаюсь и целую его, массируя ногтями кожу головы и то место, где его плечо сходится с шеей.

— Ты единственный человек, рядом с которым я хочу быть самим собой, — говорит он, и в воздухе происходит сдвиг.

Здесь больше нежности, чем в гостиной. Мягко. Романтично, если можно считать таковым секс на одну ночь.

Может быть, глупо так думать, но не думать об этом почти невозможно, когда он обводит рукой мою челюсть и берет мой подбородок в руку. Он смотрит на меня и опускает меня на спину. В его действиях столько заботы и внимания, что мне кажется, будто я единственная девушка в мире.

— Я прошла тест шесть месяцев назад, — шепчу я, желая начать этот разговор, пока мы не потеряли рассудок. — С тех пор у меня никого не было.

Он кивает и оттягивает большим пальцем мою нижнюю губу. Немного размазывает помаду в уголке и проводит ею по щеке, чтобы я выглядела совсем разбитой. — То же самое. Все тесты отрицательные.

— Я также принимаю противозачаточные.

— Что ты хочешь сказать? Без презерватива?

— Я хочу почувствовать тебя. — Я делаю глубокий вдох и пытаюсь успокоиться. — Но я уверена, что ты... ты мог бы... Я бы никогда не сделала ничего такого, что поставило бы тебя в неудобное положение, заманило бы в ловушку или что-то еще.

— Я бы никогда так не подумал, — яростно говорит он. — Я полностью тебе доверяю.

— Хорошо. — Я киваю и обхватываю рукой его член. Я глажу его вверх-вниз, а его глаза закрываются. Думаю, он пытается не потерять контроль слишком рано. — Тогда это будем только мы.

— Я собираюсь трахнуть тебя без защиты, — говорит он через придушенный выдох. — По-настоящему сделать тебя своей.

На всю ночь, хочу сказать я, но оставляю эту мысль при себе.

— Как ты хочешь меня? — спрашиваю я. Я провожу большим пальцем по головке его члена и растираю сперму, которую нахожу там, по всей его длине. Он подается вперед и чуть не падает на меня, но в последнюю секунду останавливается. — Что заставляет тебя чувствовать себя лучше всего? Мне так хорошо с тобой, Шон. Я хочу, чтобы и тебе было хорошо.

— С тобой все будет казаться раем. — Он касается моего колена и поднимает подбородок. — Подвинься к изголовью.

Я скольжу по простыням и прислоняюсь спиной к стопке подушек. Я раздвигаю ноги и кладу руку на живот, нетерпеливо ожидая, когда он присоединится ко мне. Шон смотрит на меня с минуту, а затем качает головой, словно пытаясь избавиться от мыслей, которые ему не следует посещать. Он устраивается между моими бедрами и приникает своим ртом к моему.

— Ты хочешь меня? — спрашиваю я, и в темноте ночи никто не слышит его ответа. Никто не увидит, как он целует меня и притягивает к себе. Здесь, наверху, только мы, только свет луны, звезды на небе и наши обнаженные тела, которые мы тянем друг к другу.

— Ты знаешь ответ на этот вопрос, — говорит он мне в шею, словно это секрет. Его язык пробегает по моему горлу, и он покусывает мочку моего уха. Когда он присасывается к моей коже, я резко выдыхаю. — Я никогда не хотел кого-то так сильно, как тебя.

Шон толкается в меня. Сначала мягко, пока я вжимаюсь в подушки и привыкаю к его небольшим толчкам. Потом сильнее, когда мои руки хватаются за простыни по обе стороны от моего тела, потому что я боюсь, что упаду. Постепенное нарастание, а затем он начинает двигаться быстрее, сильнее, приподнимаясь на коленях и проникая глубже, пытаясь найти наилучшую позицию.

Он трахает так же, как целует: собственнически. Каждой частью себя. Зубы на моей шее. Рука берет мои руки и сжимает их над головой. Слова поощрения, прошептанные мне на ухо, и тихий смех, когда я выгибаю спину и прошу большего.

— Сильнее, — говорю я, задыхаясь, потому что, как бы это ни было утомительно, я все равно хочу большего.

Я приподнимаю ногу, чтобы он мог глубже войти в меня, и он выпускает целую вереницу восклицаний под новым углом. Его мышцы напрягаются, а глаза закрываются, на лице появляется сосредоточенность.

— Лейси.