Пособие по приручению принца. Инструкция прилагается - Katharina

Принц Драко первым нарушил молчание.

— Итак, — сказал он, глядя на их сплетенные руки. — Каков наш первый указ, о новые авторы?

Света посмотрела на Сайруса, потом на принца, и улыбка озарила ее лицо.

— Первый указ… — провозгласила она, — …отменить все дурацкие правила, касающиеся того, кто кого и как должен целовать. А второй… — ее взгляд стал мягким, — …найти этой женщине, нашему Первоавтору, достойный эпилог в ее собственной реальности. Мы ей обязаны. В конце концов, именно она свела нас вместе.

Сайрус рассмеялся и привлек ее к себе. Их губы встретились в поцелуе, который не был предписан ни одним пророчеством. Это был их собственный выбор. Их собственная история. И она была только начата.

Но мир, в который они вернулись, был иным. Воздух, всегда пахнувший пылью, цветами и воском, теперь был напоен чем-то новым. В нем вибрировала энергия, похожая на электричество перед грозой, но без угрозы. Она была живой, дышащей. Краски стали не просто ярче — они стали глубже. Пурпурный цвет королевских знамен переливался, как крыло бабочки, зелень листьев в саду казалась изумрудной, а небо… небо было не просто синим. Оно было бесконечно глубоким, и в его глубине, казалось, плясали искры какого-то нового, неведомого света.

Самое главное изменение было невидимо глазу, но его чувствовала каждая клеточка. Давление, та самая невидимая рука судьбы, что веками направляла каждый шаг, исчезло. Оно растворилось, оставив после себя головокружительное, пугающее и прекрасное чувство — невесомости. Свободы.

— Что… что это? — прошептал Сайрус, отпуская руку Светы и делая шаг к парапету. Он вдыхал воздух полной грудью, и его лицо, всегда такое бледное и озабоченное, сейчас сияло изумлением. — Я ничего не чувствую. Ни свода, ни давления сценария. Ничего. Только… только жизнь.

Света стояла рядом с ним, и по ее щекам текли слезы, но это были слезы облегчения. Она смотрела на свой руки, на свои пальцы, будто видя их впервые.

— Она сдержала слово, — тихо сказала она. — Она отпустила нас.

Внизу, на площади, люди тоже начали осознавать перемену. Ликующий гул сменился приглушенным гулом изумления. Кто-то поднял руку, и вокруг его пальцев заплелся нежный, розовый свет, похожий на сияние утренней зари. Другой человек, старый солдат с шрамом на щеке, внезапно рассмеялся, и из его груди вырвался сгусток чистого, золотистого сияния, который, поднявшись в воздух, исчез с тихим хлопком. Магия была повсюду. Но это была не та, предсказуемая магия заклинаний и ритуалов. Она была хаотичной, спонтанной, рожденной прямо из эмоций людей.

— Смотри, — сказал принц Драко, указывая на фонтан в центре площади. Вода в нем, обычно подчинявшаяся лишь гравитации, теперь вздымалась вверх в причудливых, танцующих струях, которые на мгновение складывались в образы — летящую птицу, улыбающееся лицо, распускающийся цветок. Это была магия радости, магия освобождения, текущая прямо из сердец людей в мир.

Король Олеандр, все еще сидевший на своем троне, смотрел на все это с широко открытыми глазами. Затем он медленно поднял руку и посмотрел на нее. Ничего не произошло. Никакого королевского сияния, никаких предсказуемых чудес. Но потом он вздохнул, и его вздох был полон такой глубокой, неподдельной грусти по ушедшей дочери, что из его глаз выкатилась слеза. И эта слеза, коснувшись камня пола, превратилась в крошечный, прозрачный кристалл, который замерцал нежным светом.

Старая магия, магия сценария, умерла. Родилась новая — магия истинных чувств.

Света обернулась к Сайрусу и улыбнулась сквозь слезы.

— Ну что, господин архивариус, — сказала она. — Похоже, твои услуги Хранителя больше не требуются. Что будешь делать?

Сайрус посмотрел на нее, и в его синих глазах не было ни капли сожаления. Была лишь радость и любовь.

— Я думаю, — сказал он, беря ее руки в свои, — я займусь изучением этой новой реальности. Составлю новые карты. Напишу новые трактаты. О том, как магия радости может исцелять раны. О том, как гнев может ковать сталь прочнее любой заклинательной печи. О том, как любовь может… творить чудеса.

Он привлек ее к себе, и их губы снова встретились. На этот раз их поцелуй был не только выражением любви, но и актом творения. Вокруг них воздух заискрился, и из ниоткуда посыпались лепестки диковинных цветов, пахнущих свежемолотым кофе и старыми книгами — ароматами их общих воспоминаний и надежд.

Принц Драко наблюдал за ними, и на его лице не было ни тени ревности или досады. Была лишь легкая, почти незаметная улыбка. Он повернулся к королю.

— Ваше величество, — сказал он. — Кажется, наше королевство вступило в новую эру. Эру, где законы пишутся не пророками, а нашими сердцами. Нам предстоит многому научиться.

Король Олеандр медленно кивнул, все еще глядя на сверкающий кристалл-слезу у своих ног.

— Да, Драко, — прошептал он. — Мне кажется, я наконец-то начал понимать, что значит быть королем. Не марионеткой судьбы, а просто… человеком, который пытается делать то, что правильно.

Тем временем в толпе Мария и Марк, не скрывая больше своих чувств, обнялись. И вокруг них, как ореол, вспыхнуло теплое, алое сияние — видимое проявление их любви, которая больше не была обречена на трагический конец. Их история только начиналась.

Даже Малок, Темный лорд, в своих далеких развалинах, почувствовал перемену. Давящая тяжесть его «злой судьбы» испарилась, оставив лишь пустоту, которую нужно было чем-то заполнить. Он сидел в своем тронном зале и смотрел на свои руки, на которых впервые за долгие годы не клубилась темная энергия. И впервые за много лет он задумался не о разрушении, а о том, что же он будет делать дальше. Возможно, он примет предложение Светы и займется водоснабжением. Это было бы куда оригинальнее, чем быть злодеем.

Книга «Поцелуй драконьего принца» закрылась. Ее последняя страница была перевернута. Но история не закончилась. Она началась заново. Мир больше не был черно-белым текстом на бумаге. Он стал живым, многогранным, полным красок, звуков и эмоций. Он стал настоящим.

Света и Сайрус, наконец разомкнув объятия, стояли у parapета и смотрели на новый, рожденный мир. Впереди их ждало бесконечное множество дел — налаживание жизни в новом ключе, изучение новой магии, написание новых законов. Возможно, даже новые приключения. Но теперь они были не пешками в чужой игре. Они были авторами. И они были вместе.

— Знаешь, — сказала Света, глядя на играющий фонтан и сияющих людей, — а ведь я совсем не скучаю по своей старой жизни. По пыльным библиотекам и пустой квартире. Потому что там у меня не было тебя. Не