Жестокий наследник - Ана Уэст

Она опьяняет меня даже сейчас, когда удовольствие пронзает меня и разжигает в моих нервах такой жар, что мои бёдра дрожат. Я беру её рот так, словно она не более чем фаллоимитатор, дырка для моего члена, и ничего больше.

Я снова смотрю на неё сверху вниз. Тушь потекла, размазывая её по щекам, а на губах, которые я вижу мельком, когда тяну её на себя, видны разводы от помады. Её волосы рассыпаются у меня в руках, и от того, что я разрушаю весь этот милый декор, который делал её презентабельной в глазах семьи, во мне разгорается ещё больший огонь. Теперь я вижу настоящую Кару.

Затем я улавливаю другой звук, заглушающий её хрипы и мои тяжёлые вздохи. Стоны. Стоны, которые исходят не от меня.

Ей это нравится? Моя маленькая шлюшка.

Я усиливаю хватку и ещё глубже вхожу в её горло, и от её стонов у меня внутри всё переворачивается, а по телу разливается удовольствие. Мой член дёргается у неё во рту, яйца пульсируют, и мир замирает на долю секунды на пороге оргазма.

Я отдёргиваю руки, отрываю Кару от своего члена и обхватываю его правой рукой, пока её прерывистое дыхание отдаётся у меня в ушах. Мой оргазм обрушивается на меня, как удар, и я вскрикиваю, а мои мышцы сжимаются так сильно, что я едва не сгибаюсь пополам. Я зажмуриваюсь, и всё, что я вижу, – это звёзды. Я кончаю, забрызгивая лицо Кары несколькими каплями своего семени, пока она стоит передо мной, задыхаясь. Затем я опускаюсь ниже, чтобы последние несколько капель попали на её грудь.

Моё тело дрожит, и по плечам пробегает холодок. Открыв глаза, я смотрю на Кару и вижу, что она смотрит на меня снизу вверх широко раскрытыми глазами, в которых читается страсть. Она медленно облизывает губы, её жемчужные груди то и дело вздымаются, пока она отчаянно пытается отдышаться и вытирает руками щёки, чтобы собрать моё семя.

— Ты прекрасна, — шепчу я ей, и она, опустившись на колени, падает обратно на кровать и лежит там. — Тебе понравилось, да?

— Нет, — хрипло отвечает она. Я сразу чувствую ложь. Я забираюсь обратно на кровать и устраиваюсь поудобнее среди подушек, ощущая лёгкую дрожь в теле от пережитого удовольствия. Кара выглядит измотанной, и я горжусь ею. Я кладу руку на противоположную подушку и похлопываю себя по груди другой рукой.

— Иди сюда.

Кара выглядит слишком измотанной, чтобы двигаться, но через мгновение она подтягивается на кровати и устраивается прямо под моей рукой. Я обнимаю её за плечи и притягиваю к себе, пока не оказываюсь в позе «ложки» сзади неё. Она прижимается к моей груди, как и должна, а её задница упирается в мой теперь уже вялый член. Её дыхание всё ещё немного прерывистое, и я прижимаю её к себе, касаясь губами разгорячённой кожи на затылке.

— Я знаю, что тебе это понравилось, — шепчу я, губами вырисовывая слова на её коже. — В этом нет ничего постыдного. Твой разум может пытаться это отрицать, но я чувствую, что тебе понравилось. — Кара молчит, и я провожу левой рукой по её груди, сжимаю её и слышу приглушённый стон.

— Это позорно. Я не грёбаная кукла, — бормочет она в подушку. Я провожу рукой по её животу, очерчивая изгибы её тела, пока не могу просунуть руки между её бёдер и обхватить её разгорячённый холмик, липкий от нашего семени.

— Нет, — поправляю я, — это извращённо. Ты не можешь отрицать, что тебе это понравилось. Как я и сказал, не весь секс радужный. Но это не делает его менее приятным. — Я скольжу пальцем по её складочкам, прикосновение почти обжигает меня от того, как горячо её тело, и она тихо стонет, извиваясь подо мной. Она, должно быть, такая чувствительная после сегодняшней ночи.

— Неважно, — стонет она, и я улавливаю лёгкую одышку в её голосе. — Мне нужно в душ.

— Нет, — говорю я, и моя левая рука скользит обратно к её животу, обвиваясь вокруг неё, как змея, и прижимая её к себе. — Сегодня вечером мы стали мужем и женой. Ты должна наслаждаться этим. Это твоя новая жизнь. Твоя настоящая новая жизнь. — Она вздрагивает, и я прижимаюсь к ней ещё крепче, пока мы не сливаемся в единое целое.

— Я всё ещё хочу в душ, — бормочет она, и её голос звучит глухо, потому что усталость быстро настигает её и смешивается с алкоголем в крови.

— Наслаждайся, — шепчу я, касаясь губами её уха. — Теперь мы с тобой едины.

Она больше не жалуется, и я закрываю глаза, вдыхая наш смешанный аромат. Я чувствую себя спокойнее, чем когда-либо за долгое время. Где-то вдалеке раздаётся сигнал уведомления на моём телефоне. Но как только я собираюсь встать, чтобы проверить, не важное ли это сообщение, Кара прижимается ко мне, и моё желание меняется. Что бы это ни было, оно может подождать до утра.

***

Утро встречает меня пересохшим горлом, затёкшей шеей и мурашками по коже. Я провёл ночь с Карой, которая спала у меня на руках. Мы никогда раньше так не делали. Мы спали в одной постели, но никогда не прижимались друг к другу так тесно. Я поднимаю голову и левой рукой протираю глаза, чтобы избавиться от сонливости, а правая всё ещё лежит на спящей Каре.

Боже. Теперь я женатый человек. Кара – моя жена.

Я лежу так несколько минут, наслаждаясь теплом её тела рядом со мной, пока мой мочевой пузырь не напоминает мне о насущной проблеме.

Я сажусь и медленно вытаскиваю руку из-под Кары. Я не хочу её будить, она заслужила немного поспать. Но я понимаю, что разбудил, когда быстро убрал руку, а она застонала.

— Киллиан?

О. Её сонный голос, звучащий так, будто она только что проснулась после того, как её всю ночь трахали, просто восхитителен.

— Мне нужно в туалет, — объясняю я, вставая с кровати, затем делаю паузу, тянусь за одеялом и накидываю его на её обнажённое тело.

— М-м-м, — понимающе стонет она, обхватывая руками ближайшую подушку и притягивая её к себе, пока потягивается. Это напоминает мне кошку. Я хлопаю её по бедру и направляюсь в ванную, чтобы справить нужду и быстро принять душ, а затем надеть