Извращенный союз - Айви Дэвис

— Она первая начинает, — пробормотала я.

— Джемма. — Он вздохнул, покачав головой. — Я люблю тебя. Из всех моих дочерей ты больше всех похожа на меня. Страстная, не отступаешь, когда чего-то хочешь. Но все будет по-другому, когда меня не станет, и мне нужно знать, что у тебя и твоей мамы все будет хорошо.

— Эмилия позаботится о том, чтобы с ней все было в порядке.

— Я знаю, что она это сделает. Но я прошу тебя сделать это тоже. Хорошо?

— Как скажешь, — пробормотала я. — Ладно. Попробую.

— Спасибо.

И это был мой последний разговор с отцом. Он умер посреди ночи. Я так и не попрощалась. Но самое позорное, что я не сдержала своего обещания.

Я не общалась с мамой. То есть, я пыталась вполсилы, но на самом деле никогда не старалась. Я всегда втайне винила ее за то, что Франко переехал к нам, а Эмилия уехала.

И теперь, когда я нахожусь во тьме без единого лучика света, я не уверена, что у меня когда-нибудь появится шанс загладить свою вину перед ней.

ГЛАВА 16

Трудно бежать быстро, когда Джемма на руках. Вид ее закрытых глаз и откидывающейся назад головы пугает меня больше, чем когда-либо.

Вот, признаю. Мне страшно, и Джемма — единственная, у кого есть власть сделать меня таким. Я влюбился в нее. И теперь она может умереть из-за меня. Потому что я не могу остановиться. Потому что Франко решил выстрелить в нас на публике. Обычно я не из тех, кто осуждает, учитывая, что я много раз вытаскивал свое оружие на публике. Но Джемме больно, и это отчасти вина Франко. Я знал, что он снова попытается напасть на меня, но я никогда не думал, что он подвергнет Джемму опасности. Вот почему я решил, что Марко отступил, чтобы убедиться, что Джемма не пострадает. Кажется, ее дядя отказывается оказать ей ту же любезность.

— Стой! — кричит полицейский, пока я продолжаю бежать по набережной Кони-Айленда. Люди отскакивают с моего пути. Родители хватают своих детей. Подростки отрываются от своих мобильных телефонов. Маленькие собачки на поводках лают на нас.

Я не замедляюсь. Голова Джеммы катится по моей руке, а кровь сочится из ее затылка, пачкая мою рубашку. — Просыпайся, — говорю я ей. — Джемма, просыпайся. — Она не просыпается.

Я натыкаюсь на идущего мимо мужчину, который разговаривает по телефону. — Смотри, куда идешь! — кричит он мне, а затем ворчит в свой мобильный телефон.

— Берегись полиции, придурок! — кричу я в ответ. Мужчина смотрит на преследующих меня копов и быстро убирается с дороги. Если бы у меня на руках не было Джеммы, я бы, наверное, застрелил парня. Я бы точно застрелил преследующих меня копов.

Я замечаю еще одну пару полицейских, бегущих ко мне с противоположной стороны, блокируя меня. Черт. Из этого действительно будет трудно выбраться. Если я поставлю Джемму на землю и выстрелю в полицейских, они наверняка попадут в меня. У меня нет защиты, и если я пострадаю, я не смогу помочь Джемме. Я знаю, что подвергал Джемму опасности раньше, но я всегда держал все под контролем. Когда мы играли в русскую рулетку? Я всегда знал, в какой камере пуля. Мне просто нравилось подталкивать ее к краю и смотреть, как она отреагирует. Джемме никогда не угрожала настоящая опасность с моей стороны. Она моя девушка. Я хочу, чтобы она была рядом со мной.

У меня не осталось много вариантов. Я скольжу взглядом по зданиям, когда поворачивал за угол, едва уклоняясь от полиции, нападавшей на меня с обеих сторон. Если меня поймают, Джемму вернут к семье, и я больше никогда ее не увижу. Франко и Марко не позволят этого. Но если я воспротивлюсь полиции, она может умереть в процессе. Джемме сейчас нужен врач.

Мой взгляд падает на заброшенный ресторан. Я бегу по переулку и нахожу заднюю дверь. Распахивая ее плечом, я захожу внутрь и захлопываю ее, запирая на замок. Это немного замедлит полицию.

Я на кухне в задней части ресторана. Она заполнена грязной техникой. Таракан проносится мимо моей ноги, а запах гниющего мяса бьет в ноздри. Ну, это не идеально.

Я опускаю Джемму, переводя дыхание, и проверяю ее затылок. Кровотечение замедлилось, но она все еще не проснулась. Я вздрагиваю, когда полиция стучит в заднюю дверь, требуя, чтобы я ее открыл. Ладно. Пора занять позицию.

Я переношу Джемму в кладовую, где она будет в безопасности от любого выстрела, а затем встаю у стены, держа пистолет наготове, готовый убить нескольких офицеров. Дверь распахивается, и входят двое офицеров. Один, молодой человек, появляется в поле моего зрения, и я стреляю ему в голову. Другой офицер отступает и кричит мне, чтобы я опустил оружие. Он вызывает подкрепление, давая другим офицерам знать, что один из полицейских ранен.

С рычанием я выбегаю из своего укрытия и стреляю в другого офицера, убивая его мгновенно. У меня всего несколько минут до прибытия других копов. Мне нужно вытащить Джемму отсюда и вернуться в свою машину. Я знал, что приходить сюда было плохой идеей, но Джемма действительно хотела провести день весело, и я не хотел ей отказывать. Честно говоря… я тоже хотел провести день весело.

Я снова беру Джемму на руки и выхожу через другую дверь. Я бегу по переулку, пока не выхожу на набережную. Я в нескольких магазинах от ресторана, где вижу двух других полицейских, бегущих к нему. Они меня не видят. Сделав быстрый вдох, я набираю скорость и бегу в противоположном направлении к парковке в квартале от парка развлечений. Я приближаюсь, но еще не выбрался.

С большим приливом энергии я бегу быстрее. Голова Джеммы качается у моей руки. Она, по крайней мере, все еще дышит, и это самое главное. По мере того, как я удаляюсь от тематического парка, вокруг становится все меньше людей, но те немногие, кто есть поблизости, бросают на меня странные взгляды. Кто-то кричит позади меня.

— Стой! Опусти девушку! — Судя по тому, что они говорят, очевидно, что копы меня заметили. Я не останавливаюсь, даже когда в поле зрения появляется парковка. К счастью, я припарковался на уровне земли и спешу к своей машине. Я сажаю Джемму в машину так осторожно, как только могу, прежде чем сесть самому и завести двигатель. Я выезжаю с парковки, прежде чем полиция успеет