Измены наших любимых - Лия Султан

— Серьезно? — удивленно протянула Маха. — А кто?

— Владелец Алматы Плаза. Ансар Дулатов.

Махаббат присвистнула и чуть не уронила нож на доску.

— Нифига себе! Вот это повезло татешке, — подруга схомячила пластиину огурца.

— При том, что это ее второй брак. А развелась она в сорок семь.

— Даже если вам немного за тридцать, есть надежда выйти замуж за принца, — весело спела Махаббат.

— А твой-то принц как?

Они обе одновременно остановились и посмотрели в окно, откуда доносились веселые голоса.

Погода была изумительная. Лучи солнца согревали серо-розовую плитку от калитки до сада, скользили по сочным зеленым листьям яблонь и груш, по низкой траве, что щекотала босые пятки. Мужчины — Алексей и Дамир уже поставили в тени деревьев стол и скамейки, а сами стояли у мангала, где Лёша размахивал самодельным веером, разгоняя в разные стороны пламя. Шашлык мариновали не сами, а купили в лавке у азербайджанцев — Лёша их мясо очень хвалил.

Арман и Умит играли в саду в мяч и звонко смеялись, а потом, совершенно неожиданно, мелкий попросился сесть на шею Алексея, а старший подбежал к Дамиру, что-то шепнул ему на ухо, и тот точно также его поднял.

Девочки подошли к окну и застыли, наблюдая за четверкой. Улыбки застыли на их лицах, и каждая думала о своем, но мысли были схожи. Здесь и тихое счастье, и внезапная радость, и страхи, и сомнения. Мальчики смеялись, сидя на шеях мужчин, не родных им по крови. Они тянулись к ним, смотрели с восхищением, обнимали ручками, чтобы не упасть.

А мужчины… О них хотелось сказать так много, но слов не хватало.

— Умка, кажется, подружился с Дамиром, — заметила Лаура, дотронувшись ладонью до основания горла.

— Да, Дамир подарил ему футбольный мяч. Такой добротный, фирменный. Умка прыгал до потолка.

— И как у вас? — она повернулась к подруге. Махаббат была ниже ростом, и казалась совсем девчонкой — худенькой и хрупкой, особенно рядом с рослым, широкоплечим Дамиром.

— Как ты сказала, всё хорошо, что даже страшно.

Подруги посмотрели друг на друга, и Лаура увидела изменения во взгляде подруги — то, чего она раньше не замечала.

— Маха?

— Я влюбилась в него, — вздохнула Махаббат. — Я не думала, что это так быстро случится. Я думала, что буду всю жизнь любить одного мужчину. А сейчас я не знаю, как быть. Во мне одновременно два противоречивых чувства — чувство вины перед Алдияром и любовь к Дамиру.

— Послушай, — Лаура приобняла ее. — Но твой муж уже давно умер. А жизнь продолжается. Мы же говорили с тобой об этом.

— Я помню. Но ничего не могу с собой поделать. А Дамир знаешь какой?

Лаура молчала, зная, что подруга все равно продолжит.

— Добрый, заботливый, хороший. А какой он умный, Лаурка! Я на его фоне как двоечница, — улыбалась Махаббат. — Я никак не могу понять, почему его бывшая жена так поступила. Он сказал, ей не нравилось, что он много работает и целыми днями проводит в больнице. На этом мы тему закрыли и я решила его не доставать.

— Твой покойный муж тоже много работал и сутками пропадал на службе. Но ты его любила, ждала, заботилась о нем.

— Везёт мне на бюджетников, да? — тихий смех Махи позабавил Лауру. Она всегда вставляла смешные фразочки и часто шутила над собой.

Потом они молча смотрели на мужчин и мальчиков, которые снова убежали играть в сад. Первой тишину нарушила Махаббат.

— Я хочу от него дочку, — сказала она фразу из песни и тут уже Лаура прыснула со смеху.

— Ну что? — воскликнула Маха. — Я все выяснила, общих предков у нас, к счастью, нет. Я из рода Аргын, средний жуз, а он — Дулат, старший. Никаких пересечений. Ни одна моя пра-пра-прабабка в гробу не перевернется. И его тоже. Мы не только до седьмого колена не пересекаемся, но и дальше.

— Его семейное древо уже нарисовала?

— Вот ты смеешься, а это серьёзно. Тебе просто повезло в этот раз.

В это самое время Алексей увидел в окне смеющуюся Лауру и на душе в то же мгновение стало светло, словно солнечные лучи прошли сквозь него.

— Девчонки за нами подглядывают, — он взглядом указал на дом и Дамир повернулся. За стеклом стояла маленькая женщина с иссиня-черными волосами, собранными в аккуратный хвост. Он улыбнулся ей и поднял руку, а она ему помахала. Она была хрупкой настолько, что он боялся ее сломать, когда обнимал; непосредственной и веселой до слёз, искренней и заботливой — чего стоили ее манты, которые она однажды привезла ему в стеклянном контейнере в больницу.

— Хорошая девушка, да? — голос Чадова словно разбудил Дамира.

— Замечательная, — откровенно ответил он и в этой характеристике было всё. За три года одиночества он неожиданно нашел в ней то, что уже не надеялся ни в ком найти. Нечто неуловимое, невидимое глазу, но очень важное. То, что заставляло его сердце биться чаще и сильнее каждый раз, когда он на нее смотрел. — Я не думал даже, что могу еще раз влюбиться. Но сейчас всё кажется сильнее и ярче.

— Потому что она, — Борисыч кивнул в сторону дома, — и есть настоящее.

И непонятно было Дамиру, кого шеф имел в виду: то ли свою девушку, то ли его. Но светились, как новогодние гирлянды, оба.

Дорогие мои! Завтра выходной, а в понедельник готовьте огнеттушители, потому что гости вечером уедут, а хозяева остануться! Хорошего вам уик-энда! Отдохните как следует!

Глава 36. Возрождение

После славного, веселого застолья прощались у калитки долго и шумно. Еще бы — шестеро человек, и все довольные, сытые, расслабленные. Дамир держал Махаббат за руку, рядом стоял Умит, который, по наблюдениям Лауры, уже очень привык к доктору, тянулся к нему, смотрел с восхищением. Дамир тоже смягчился и был уже не тем серьезным, хмурым мужчиной, каким его знала Лаура. А уж как он ловил взгляд Махи! И ведь даже за столом не выпускал ее ладонь, обнимал так ласково и притягивал к себе, чтобы она смогла положить голову на его плечо. Сомнений не было — они пара.

— Алексей Борисович, у вас классная дача! Спасибо, что пригласили, — сказала напоследок Махаббат.

— Можно просто Лёша, — ответил хозяин и обнял свою женщину, которая в этот момент держала на руках сына.

— Ой, неудобно. Вы же начальник, — засомневалась подруга.

— Это я в больнице начальник, а здесь свой человек.

И