В поисках артефактов и любви - Ирина Властная

окна, через которые падал свет на отполированный до блеска паркет; стены, обитые шёлком приглушённых тонов и украшенные династическими портретами в позолоченных рамах… хотя, возможно, не просто позолоченных, а выполненных из чистого золота. Здесь всё было пропитано сдержанной роскошью и величием. Неосознанно на носочках пошла, чтобы стуком своих каблучков не нарушать величественную тишину этого места. А вот лорд Аранский нисколько не проникся ни самим местом, ни моментом, топал себе с каменным выражением лица и по сторонам не глазел.

Дворец я себе примерно так и представляла, кроме одного момента.

– А почему здесь никого нет? Разве во дворце не положено находиться толпам придворных? К тому же сейчас идёт отбор для наследника Империи, где же все невесты? – негромко у Аранского поинтересовалась.

– Это личное крыло представителей императорской семьи. Посторонним сюда входа нет, – многозначительно Аранский ответил, определённо намекая на важность своей персоны, которой даже вход, считай, в личные покои правящего рода открыт был. – Если вам интересно, то назад мы можем пройти через центральный вход, и вы полюбуетесь на придворную жизнь.

– С удовольствием, – с энтузиазмом в ответ отозвалась.

Во-первых, когда мне ещё такая возможность представиться, а во-вторых, разговор здорово от волнения отвлекал. Нет, ну а как не волноваться? Не каждый день во дворце личной аудиенции правителей удостаиваюсь…

– Лорд Аранский, а почему вы ценными указаниями относительного того, как мне себя вести, не радуете мой слух?

– Я в вас полностью уверен, пленительная моя…

Я споткнулась.

– Вы себя хорошо чувствуете, лорд Аранский? – встревоженно у дракона спросила, который весьма странно себя вёл и ещё страннее выражался: – Вам бы целителя посетить…

– Это забота?

– Скорее, разумное беспокойство, – тут же возразила на его игривый тон… да что с ним не так? Это какой-то неправильный Аранский, верните мне другого: холодного, отстранённого и периодически раздражающегося по поводу и без. Этот новый Айтир, куда опаснее для моей психики, в такого ведь и влюбиться легко можно…

– Её Императорское Величество Лассира и Его Императорское Высочество Гердир готовы вас принять, – величественно произнёс лакей, одновременно распахивая перед нами двери и кланяясь.

Аранский молча подхватил мою онемевшую конечность, аккуратно уложил себе на предплечье, попутно согревая теплом своей руки, и непреклонно вперёд потянул, хотя мне идти туда не особо-то и хотелось.

Глава 26

В просторной комнате, в которую мы вошли с высочайшего соизволения, находились не только Императрица Вэрхайла с наследником, но и с десяток придворных дам, насколько я поняла, составляющих свиту Её Императорского Величества, и вдвое меньше лордов, входящих в близкий круг наследника.

Честно говоря, я растерялась. Одно дело оказаться перед двумя взглядами венценосных персон, и совершенно другое – перед десятками испытывающими и оценивающими взорами высокопоставленных личностей, которые пристально изучали каждую деталь моего гардероба, каждый мой жест, каждый мой вздох…

Подавив в себе малодушный порыв дать стрекача, я со всей силы в руку Айтира вцепилась, будто он моей единственной опорой среди этих заносчивых аристократов был. Хотя этот смешно даже – лорд Аранский и сам к этому обществу принадлежал.

– Ваше Величество, Гердир, – почти по-родственному поприветствовал их Аранский, а я в отрепетированном поклоне присела, из-под опущенных ресниц осторожные взгляды в их сторону бросала.

Леди Лассира совершенно неопределённого возраста была и приятные черты лица имела, я бы даже сказала мягкие, только вот тёмно-синий взгляд опасной глубиной мерцал, да и выражение благожелательного равнодушия доверия не внушало, словно она сразу место каждого определяла, где-то там… далеко за воротами Императорского дворца.

Гердир, чем-то неуловимо на мать свою похож был. Только черты лица мужественные были, удивительно красивые… принц, как никак, каким же ещё ему быть?

В общем, впечатление у меня сложилось не самое приятное, и их общество мне доверия не внушало. Лучше бы через Советников этот чёртов артефакт передали, а ещё лучше было бы вблизи всяких сомнительных сооружений не гулять. Прав был Аранский – дома надо было сидеть!

– Разрешите мне представить вам госпожу Смирн, ту самую девушку, благодаря чьему дару было обнаружено одно из самых прекрасных сокровищ, принадлежащих великому роду Шаоррон, роду правителей Империи Вэрхайл, – почтительно склонил голову Аранский, но вот в голосе у него не было той почтительности, которую он манерами демонстрировал… странно, мне показалось, он довольно хорошо относится к наследнику… голос дракона был холодный и ровный.

– Мы много слышали об этом от вас, лорд Аранский, теперь мы желаем лично убедиться в этом, – у леди Лассиры был красивый голос, который мягкими переливами по комнате разнёсся.

На этих словах я с облегчением выпрямилась и предмет обсуждения из сумочки достала. Быстро достала, потому что за зеленоглазого дракона обидно стало! Императрица говорила так, словно в словах Аранского сомневалась и специально кучу народа собрала, чтобы его лжецом выставить при большем количестве аристократов, которые об этом быстро весть по всей столице разнесут, да ещё и радоваться будут.

Восторженный шёпот среди придворных разнёсся, едва радужные блики опала в их глазах искры восхищения зажгли.

Гердир, наплевав на свой статус и положение, резво со своего места подскочил и с каким-то трепетом камень на моей ладони погладил, не пытаясь его забрать.

– Айтир! Это просто чудо! – посмотрел он на дракона. – Признаю́сь, я не до конца верил, что опал нашёлся… думал, искусная подделка, которая смогла обмануть даже тебя, ведь ты так настаивал на этой встрече…

– Меня обмануть невозможно, – безразлично своё совершенство Аранский озвучил, а я от смешка с трудом удержалась.

– Гердир, дорогой, дай мне «Благородный опал», – императрица Вэрхайла произнесла, а я себя подставкой для артефакта почувствовала, при чем в окружающей роскоши я не самым прекрасным предметом интерьера была.

– Боюсь, это невозможно, Ваше Величество, – спокойно Аранский в беседу венценосных персон вмешался, – артефакты такой силы не могут быть переданы просто так или отобраны силой. В процессе передачи древних артефактов должна быть произнесена ритуальная фраза и уплачено вознаграждение, в противном случае он не задержится надолго в руках того, кто попробует завладеть ими иным путём. В истории известно достаточно случаев, когда нарушивший процесс передачи столь древних реликвий, погибал от гнева Стихий, ибо этот порядок не нами назначен и не нам его нарушать.

Я с умным лицом кивала на каждое