Даже зомби из трущоб поет блюз - Диана Роулэнд

Я видела, что наш разговор стремительно скатывается к той самой теме, из-за которой мы уже пересрались в прошлый раз, а сил и желания устраивать второй раунд у меня не было.

— И что, Софии уже удалось успешно синтезировать эти грёбаные заменители мозгов?

На его лице промелькнула мимолётная кислая гримаса.

— Она говорит, что возникли некоторые накладки, но она железно уверена, что цель уже близка, — ответил он и попытался мне улыбнуться. — Ты только представь: скоро тебе больше не придётся до конца своих дней торчать без вылазно в морге.

Я не стала утруждать себя объяснениями, что вообще-то мне нравится там работать. Потому что, хоть это и было правдой, я бы первая ухватилась за любой шанс свалить оттуда нахрен.

— Я всё равно в упор не понимаю, как Зик мог остаться в живых — ну или ожить обратно, — если ему, блядь, начисто отрубили башку.

— Вот эта херня меня и самого ставит в тупик, — признался Маркус. — Но по-моему, это как раз и доказывает, что та, другая банда зомби, знатно продвинулась в своих секретных исследованиях. — Он развёл руками и пожал плечами. — Мы ещё слишком многого не знаем о том, как функционирует этот паразит.

Тут его телефон на поясе пискнул, и он выудил его, чтобы проверить экран.

— Мне пора бежать. — Он снова поднял на меня взгляд. — Пожалуйста… и клянусь, я сейчас говорю это не потому, что пытаюсь строить из себя твою няньку… Пожалуйста, не лезь в это дерьмо. Ты оказалась в самом эпицентре этой заварухи абсолютно случайно. Я сильно сомневаюсь, что чувак, который спёр труп, вообще догадывался, что ты зомби. — Он крепко сжал мои плечи. — Я просто не хочу, чтобы ты стала для них мишенью.

— Ты спросишь у Софии про Маккинни?

Было видно, что ему дико хочется тяжело вздохнуть, но он сдержался.

— Спрошу. Обещаю. Я сегодня вечером уезжаю в Лафайетт навестить предков, но перед отъездом обязательно с ней перетру.

— Ну ладно тогда, — сдалась я. — Больше не буду совать нос в дела лаборатории.

Он улыбнулся, и на долю секунды мне показалось, что он меня сейчас поцелует, но вместо этого он просто отпустил мои плечи, развернулся и пошагал к своей патрульной тачке. Я подождала, пока он уедет, а затем залезла в свой салон.

Как же, блядь, хорошо, что я лживая, не заслуживающая доверия сучка. Потому что хрен я положу болт на всю эту историю. Ни за какие коврижки, пока моё имя продолжают мешать с говном во всех местных новостях. И зомби-мафия, и их зомби-повстанцы могут дружно поцеловать мою не-мёртвую, трущобную белую жопу.

Глава 18

Я проспала достаточно долго, чтобы почувствовать себя почти отдохнувшей, и поехала на свою полуденную смену. Однако, когда я приложила карту у заднего входа в морг, считыватель упрямо отказался меня пускать и вместо этого начал моргать мне красным огоньком в стиле «пошла нахуй». Скривившись, я вернулась в машину, ну вот такая я ленивая задница, и поехала ко главному входу.

Регистраторша Ребекка лучезарно улыбнулась мне, когда я вошла.

— Привет, солнышко. Обычно ты с этой стороны не заходишь.

— Да с картой моей какая-то херня, — буркнула я. — Пикнешь мне замок?

Улыбка мгновенно сползла с её лица.

— Конечно. — Она прикусила губу, глядя на что-то у себя на столе. — Тут для тебя записка: зайти к Аллену, как только объявишься.

В её глазах промелькнула тень тревоги, и мне не нужен был школьный аттестат, чтобы сложить этот пазл воедино. Карта заблокирована и записка от начальства?

— Меня уволили? — только и смогла выдавить я.

Её глаза сузились.

— Только пусть попробуют! — отрезала она, но в её взгляде явно читалось сомнение, пока она нажимала на кнопку пропуска.

Дверь зажужжала, и я прошла внутрь. Злость и отчаяние устроили внутри моей груди дикую рукопашную, завязавшись в тугой узел. Я уже направилась по коридору к кабинету Аллена, но Ребекка протянула руку и притормозила меня за предплечье.

— Что бы ни случилось, дорогая, помни: у тебя здесь всегда есть друзья.

Я вымучила для неё улыбку. Она легонько похлопала меня по руке и вернулась к своему столу. Я пошагала дальше к Аллену, мысленно благодаря всех богов за то, что по дороге мне больше никто не встретился.

Дверь в его кабинет была открыта. Заморачиваться со стуком по косяку или прочими вежливыми манерами я не стала. Просто завалилась внутрь и с размаху плюхнулась в кресло перед его столом.

— Привет, Аллен. Мой пропуск ни хера не работает. И мне передали, что ты меня ждёшь. Меня уволили?

И надо же, мне даже удалось выдать это без намёка на то, что я сейчас расплачусь как сучка.

Он недовольно зыркнул на открытую дверь, но закрывать её я не собиралась — пусть, блядь, все свои гнилые речи толкает прилюдно, а не за закрытыми дверями.

— Тебя не уволили, — ответил он, переводя взгляд на меня.

— Но…? — Потому что было очевидно: сейчас на меня вывалится гигантское, как жопа бегемота, «но».

Его губы сжались в тонкую линию.

— Но… коронер считает, что сейчас будет лучше, если вся эта… шумиха немного уляжется.

— Ты имеешь в виду — уляжется до окончания выборов? — отрезала я, запихивая руки в карманы куртки. Мне нужно было спрятать кулаки, чтобы он не заметил, как они трясутся. До выборов оставалось больше трёх месяцев. Если я буду пиздец как экономно расходовать свои запасы, мне, может, и хватит заначки мозгов на этот срок. Но что, если этот старый хрен проиграет? Его конкуренты были полными ноунеймами, и все ставили на его победу, но в этой жизни бывала и не такая чертовщина. И с какого перепугу его преемник захочет рисковать и брать меня обратно?

Аллен откинулся на спинку кресла.

— Ты уходишь в отпуск за свой счёт по семейным обстоятельствам. Как только доктор Дюплесси гарантирует себе переизбрание, у тебя будет возможность вернуться из отпуска на прежнюю должность. — Он дежурно прокашлялся. — Разумеется, отпуск не оплачивается. Мне жаль это говорить, но ты проработала у нас слишком мало, чтобы накопить оплачиваемые дни.

Я сидела и тупо смотрела на него, пока вся эта херня укладывалась в моей голове.

— Охуеть, — наконец выдавила я. — Должна признаться, такого расклада я не ждала.

— Ты вообще газет не читаешь? — спросил он с гнусной ухмылочкой. — Твоё имя полощут на первой полосе с самого дня происшествия.

— Представь себе, читаю, — огрызнулась я. — Вопреки твоему охуительному мнению обо мне, я не безграмотная.