Хранитель талисманов 3 - Юлия Викторовна Давыдова

— Точно иллириец.

Это уже проверка на нервы была. Димка выдержал — спокойно на трияра посмотрел после пощёчины, и тот, усмехнувшись, пошёл дальше. Теми же способами проверил Рира и Турана. На последнем остановился, потому что заметил кольца на пальцах.

— Это что? — спросил Энтир, показывая на искусные украшения. — Откуда такая драгоценность у раба?

Он взял руку Турана, сильно сжал запястье и поднял, чтобы рассмотреть кольца.

— Это серебро? Зачем украл столько колец? Аж на каждый палец.

— Серебро, — ответил Туран. — Это подарок.

Энтир усмехнулся:

— И кто же одарил? Твой господин?

Трияр перевёл взгляд на Ивана, чтобы тот подтвердил. На площадке стало очень тихо, разговор занимал внимание людей. Князь не успел ответить, Туран справился сам.

— Нет, — улыбнулся он, — моя госпожа одарила.

В толпе раздались смешки. Кто-то спросил:

— А господин об этом знает?

Энтир тоже засмеялся, так и разглядывая кольца:

— За что такой подарок? Чем так порадовал госпожу?

Возникла пауза, и Туран внезапно одним движением освободил руку. Резко повернул запястье в сторону большого пальца трияра и легко вырвался. В толпе это отметили возгласами удивления. Уже второй новичок впечатлил наглостью. И к своему действию ещё словами добавил:

— Не твоё дело.

Энтир оскалился. Улыбка стала чуть злее, но пока он наглость разрешал.

Оставив Турана, сотник перешёл к Никите. Провёл свой обычный осмотр, потрепал его по ногам и рукам, на устойчивость толкнул в грудь. Увидел медальон и расхохотался громче прежнего:

— Что, тоже подарок от довольной госпожи?

Велехов, пряча улыбку, кивнул:

— Да.

— Иллирийцы, — покачал головой трияр.

В толпе смеялись:

— Горячая кровь, Энтир. Ты же знаешь.

— Не бери иллирийцев, а то придётся тебе на арену больше женщин купить.

Трияр хмыкнул в ответ на это и повернулся к Фуркану:

— Ладно, ты сказал правду. Крепкие и наглые. Пусть выходят вне очереди.

Другие посредники немедленно возмутились, но Энтир неожиданно тряхнул головой, и в его глазах вспыхнул красный огонь, а ноздри расширились, выпуская пар.

— Тихо! — приказал он.

И народ смолк. Энтир остановил своё обращение.

— Лучшие идут первыми, — громко сказал он толпе. — Царю нужны сильные воины.

А потом обернулся к четвёрке парней:

— Идите. Покажите, чего стоите.

Но вопреки ожиданиям трияра, новички не поторопились. Один из них, у которого были белые волосы в отличие от остальных, внезапно ответил:

— Не пойдём.

Все в толпе удивлённо посмотрели на парня.

— Не пойдём, — повторил светловолосый и показал рукой на рабов, ожидающих на краю площадки: — Против них не пойдём. Дай нам хороших противников. Хотя бы своих солдат. А то этих придётся уносить всех.

Энтир прослушал слова внимательно, с высоко поднятой бровью, и внезапно усмехнулся.

— Ладно, — согласился он и, взглянув на своего десятника, который ждал у шеренги новобранцев, приказал: — Этих назад, давай своих.

Трияр десятник хмыкнул и обернулся к своим воинам, сказав только одно:

— Проучите иллирийцев!

Десять солдат, как один, шагнули на площадку, вынимая палки из ножен на поясе.

Иван едва заметно кивнул Никите. Миновать первый этап было верным решением: и людей не бить и процесс ускорить.

Оборотни уже направились было на отбор, но Энтир заметил, что за крепкими парнями пошёл и юный слуга господина иллирийца.

Трияр сразу поднял руку:

— Стойте!

Оборотни остановились, а Энтир, подойдя к Арнаве, внимательно оглядел её и насмешливо спросил:

— Ты куда, мальчик? Ты раб? Или боец?

Было очень не похоже ни на то, ни на другое, потому что стройную фигуру «юноши» обнимала хорошая одежда, лицо было чистым и светлым, в отличие от смуглых и пыльных лиц рабов; щёки украшал румянец, и большие голубые глаза под чёрными ресницами, казалось, сияли бликами от света солнца.

Трияра явно удивила красота мальчика и он взглянул на Ивана. Тот ответил:

— Нет, он не раб. Но хочет стать воином нашего царя.

— Доброволец? — усмехнулся Энтир.

Арнава опустила голову, выразив почтение.

— Иди домой, — внезапно произнёс трияр. — Когда надо будет сражаться с нашими врагами, царь призовёт тебя.

— Я хочу сейчас, — уверенно сказала берегиня. — Разреши мне пройти отбор.

Энтир нахмурился.

— И что ты можешь? — произнёс он. — Ты похож на сына, сбежавшего от опеки матери. Посмотри на себя.

Трияр взял руку Арнавы и поднял вверх, показывая её толпе:

— Руки с нежной кожей, как у девушки, и лицо такое же.

Он потрепал берегиню по щекам, приоткрыл пальцами её губы и покачал головой:

— Жалко будет, если тебе палкой выбьют такие красивые зубы.

Арнаву это не смутило.

— Ты, господин Энтир, ещё не видел, что я умею делать с палкой, — громко и весело сказала она. — Разреши мне, и зубы придётся собирать твоим солдатам.

В толпе засмеялись. Ответ юного добровольца понравился.

— Энтир, разреши, — раздался голос. — Я сделаю ставку на мальчика. Он продержится.

— Против моих воинов? — хмыкнул трияр. — Поставь на то, что он сломает себе руку, когда будет махать палкой.

Арнава нашла глазами в толпе того, кто захотел сделать на неё ставку и поклонилась:

— Поставь на меня. Не подведу.

Иван и Вурда, наблюдая за действиями молодой берегини, усмехнулись и взглянули на Никиту. Тот сам старательно прятал улыбку. Хитра его жёнушка, толпу в себя влюбила ещё до начала боя. Кто же не захочет попереживать за красивого худого юношу, если он так вызывающе себя ведёт?

Энтир ещё мгновения думал, но, наконец, согласился:

— Хорошо, мальчик. Хочешь испортить своё лицо первыми шрамами? Ты получишь то, чего хочешь. Иди.

И довольная Арнава шагнула к оборотням. А десятник, ожидавший указаний главного отборщика, не менее довольно спросил:

— Господин, как тебе положить этих наглецов? По одному или всех вместе?

— Всех! — резко произнёс Энтир.

И это кое-что значило. Десять солдат по приказу своего командира оббежали иллирийцев, окружая со всех сторон.

— На каждого по два, — усмехнулся Туран, глядя на людей, занявших позицию для начала боя. — Ой, как страшно мне.

Рир и Димка тоже засмеялись, но Никита чуть-чуть их веселье придержал:

— Тихо-тихо, эти ребята не в порядке, то ли опоены чем-то, то ли под каким заклятием. Так что внимательно. Могут быть сюрпризы.

— И Дардана так сказала,