Развод. Мы забыли, как любили - Екатерина Гераскина

Внутри взревел собственник, готовый прямо сейчас разорвать на куски того кучера, который косился на мою Грейс и жадным, сальным взглядом обводил её с ног до головы.

— Пошел прочь! — страшно рыкнул я. Извозчик побледнел, стеганул лошадей, и карета сорвалась с места, скрываясь в клубах пыли.

Я повернулся к жене.

— Что ты на себя надела?!

Грейс, и без того стоявшая с идеально прямой спиной, казалось, стала еще прямее. Она надменно вздернула подбородок и обожгла меня своим ледяным взглядом.

— Мы собираемся лететь на свадьбу к императору, — процедила она. — Если тебе не нравится, я могу вернуться домой.

— Где то платье, которое я тебе подарил? — мой голос упал до опасного рычания.

— Будешь наряжать в него своих любовниц, — холодно парировала она. — А я одеваюсь так, как я хочу.

— Это не платье! В этом вообще нельзя выходить на улицу! — зло цедил я слова, а сам, против воли, жадно, голодными глазами бегал по изгибам её тела.

Это действительно было не платье.

Это была стопроцентная, чистая провокация.

Наряд был выполнен в темно-зеленых тонах — цвет густого мха и хвои. Тончайший бархат облегал её так плотно, словно это была вторая кожа. Он подчеркивал её тонкую талию, крутые бедра, аппетитную высокую грудь… Вся она казалась в нем такой хрупкой и одновременно соблазнительной, как дорогая статуэтка.

Мой зверь выл — мне хотелось схватить её, покусать, запереть в особняке и забить до смерти любого, кто на нее посмотрит.

— Ты хотя бы нижнюю юбку надела?! — не выдержав, возмутился я.

— Не будь таким старомодным, Рейган, — она пренебрежительно фыркнула.

А я внезапно понял, почему в моде до сих пор эти громоздкие, пышные, неудобные платья. Потому что если бы мужчины видели своих женщин в таких нарядах каждый день, они бы вообще были не в состоянии покинуть свои спальни и заняться государственными делами!

— Как ты собралась в этом узком чехле лететь на мне?! — я попытался воззвать к логике.

В ответ Грейс сделала два шага вперед. Ткань на подоле разошлась, и я увидел, что там были потайные разрезы.

— Нет, — я мотнул головой, чувствуя, как у меня пересыхает во рту. — Ты никуда не полетишь.

— Решил оскорбить императора моим отсутствием? — она изогнула бровь. — Ну тогда потрудись сам объяснить ему, почему меня нет.

— Грейс, мы сейчас же вернемся в столицу! — я попытался напустить на себя строгость. — Заедем в ателье и купим тебе нормальное платье. Пышное. Закрытое. С тремя юбками минимум и плащ!

— Может быть, сразу купишь мне монашеский балахон и платок? — язвительно предложила она.

Я не выдержал, шагнул к ней и жестко схватил её за руку, намереваясь потащить к своей карете. Грейс резко, с силой выдернула запястье из моей хватки. Её глаза вспыхнули огнем.

— Я сказала, что полечу на эту свадьбу именно в этом платье, лорд Фростмар!

Я сцепил зубы, призывая на помощь все силы и выдержку своего дракона.

Я знал, какая она упрямая и гордая. И я знал, что назло мне, назло моему контролю, она полетит именно в этом зеленом бархате, если я сейчас не уступлю.

Я не заставлю её купить другое. Либо лечу с ней такой, либо теряю её снова.

Пришлось сцепить зубы так, что заходили желваки. Я отошел на десяток метров от неё, остановился и обернулся, прожигая Грейс тяжелым, собственническим взглядом.

Я мысленно очерчивал её фигуру, затянутую в зеленый бархат.

А ведь формально придраться было не к чему: практически ничего не было видно. Декольте отсутствовало. Тонкое, едва заметное темное кружево лишь полунамеком просвечивало кожу, затягивая грудь чуть выше ключиц, безупречно облегало её хрупкую шею и изящные руки, плавно переходя в элегантные перчатки. И ноги, когда она стояла ровно, действительно были полностью скрыты.

Но то, как эта ткань подчеркивала её изящные формы, каждый её изгиб…

Я знал: стоит нам появиться на церемонии, и на неё будут пялиться все присутствующие лорды.

— И без глупостей там, Рейган, — услышал я её холодный, предупреждающий голос.

Я посмотрел на неё исподлобья и, не отвечая, начал оборачиваться.

Кости хрустнули, тело охватило привычное, обжигающее пламя трансформации, и уже через секунду на лесной поляне стоял огромный Водяной дракон, переливающийся темно-синей чешуей в лучах солнца.

Стоило мне только обернуться, как я уловил изменения в Грейс.

Я посмотрел на неё драконьими глазами и увидел улыбку на её лице — нежную, тоскливую, настоящую.

Мое огромное сердце сбилось с ритма, и я буквально задохнулся от этого зрелища.

Грейс подошла вплотную, подняла руку в кружевной перчатке и бережно дотронулась до моей огромной, покрытой чешуей морды. Дракон утробно, счастливо заурчал.

— Не повезло тебе с хозяином, мой хороший, — тихо, с грустью проговорила она, поглаживая чешую. — Ты видимо на Небе не в той очереди за человеком стоял. Но тебе я всегда рада.

Она подалась вперед и оставила легкий поцелуй прямо на моей холодной чешуе. Зверь внутри взревел от восторга и снова заурчал, обдав её теплым воздухом из ноздрей, отчего её волосы разлетелись, а сама Грейс звонко, искренне рассмеялась.

А у меня самого на душе заскребли кошки.

Я смотрел на свою смеющуюся истинную и понимал, что сам, своими руками поломал собственную жизнь.

Долгий перелет, торжественная церемония в руинах Храма, ритуал единения императора и его Ассоль — всё это прошло как в тумане.

Всё это время я не спускал глаз с Грейс.

Я следил за каждым её шагом, за каждым поворотом головы в этом сводящем с ума зеленом платье. Только вот она не удостоила меня ни единым взглядом, словно я был пустым местом.

А стоило мне увидеть среди гостей того самого проходимца, которого я лично вытаскивал из плена в Кристальном клане, я и вовсе чуть не зарычал.

Я напрягся, готовый убивать, и неотрывно следил за ним и Грейс.

Но он на неё даже не посмотрел. И это значило только одно: между ними ничего не было.

А чуть позже выяснилось, что этот «проходимец» — младший брат самого императора и он вернул мать Эрэйна, хотя все мы считали, что она погибла.

Вот это было новостью. Какого демона родственник правителя вообще делал на территории Кристального клана в той пещере, и он что же похитил Виолу, мать Эрэйна?

И конечно же ни о каком повторном браке речи не шло. Грейс так прожгла всего одним взглядом, что я понял, лучше поостеречься.

Весь обратный маршрут я намеренно не торопился. Мой дракон уже заложил несколько лишних виражей на одном месте, продлевая время в полете,