Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева

– У меня могут быть ещё дети? – Дир покачал головой. – Я знаю, что нет. С тех пор, как я узнал, кто я, – нет.

– Ты человек, Дир. Не инопланетянин.

– Я… – Дир оборвал себя. – Таис, ни я, ни Тьен не можем и не должны продолжать себя.

– Почему?

– Потому что это слишком опасно, дорогая моя, – мягко сказал Дир. – Потому что пришла Лара, готовая разрушить наш мир, и мы с Тьеном чудом не попали в её сети. И ещё можем попасть.

– Но ты хотел бы, – проговорила Таисса. – Несмотря на это. Ты хотел бы иметь детей, внуков, как и я.

Странная грустная нотка в ауре Дира сделалась сильнее.

– Даже сейчас я не могу осмыслить это до конца. Продолжение рода. Прерывание рода. Насколько это важно? Кем Элен была для тебя, кем Эйвен был для Элен, кто ты для Эйвена… Знать, что этого нет и не будет для меня – это что-то… очень болезненное.

Закончил он почти шёпотом.

– Да, – отозвалась Таисса. – И для меня тоже. Но, знаешь, Дир, – я верю. Даже спустя двести лет – верю.

– Во что?

Таисса подняла голову и улыбнулась.

– В будущее. В нас.

Словно подтверждая её слова, шмель закачался на соседней лилии. Лёгкий ветерок колыхал волосы Дира. Совсем обычного молодого человека, если на миг забыть про сильнейшую в мире Светлую ауру.

– Может, Великий когда-нибудь сделает тебя обычным человеком, безо всякой избранности и инопланетности, кто знает? – предположила Таисса. – Способностей нас уже лишали, помнишь?

Дир негромко засмеялся.

– Ох уж этот Великий. Лишь бы планету не спасать.

Таисса фыркнула.

– Хороши мы с тобой. Двое юных идиотов с мокрыми ногами, стоящие посреди пруда. Нашему столетнему малышу Тьену впору гордиться своими предками.

– Опять изображаешь самозванку?

Их взгляды встретились, и Таисса покачала головой.

– А вот и нет, – серьёзно сказала она. – Это теперь тоже я, Светлячок. Помнишь?

– Помню, – тихо ответил Дир. – Я всё помню, Таис. Иногда даже слишком хорошо.

Таисса перевела взгляд на мраморную статую, стоящую посреди пруда.

– Наверное, мне нужно было её увидеть, – проговорила она. – Наверное.

Взгляд Дира тоже был устремлён на фигуру Лары.

– Тьен хотел, чтобы его похоронили здесь, – эхом откликнулся он. – Чтобы быть рядом с ней.

– Он любил её всю жизнь, – произнесла Таисса. – А Лара, я знаю, любила его. Несмотря на сарказм и ледяные взгляды в мой адрес.

Её сердце вдруг забилась быстрее.

– Подожди! – выдохнула она, расширенными глазами глядя на Дира. – Я поняла. Это не только мой кошмар! Это и её кошмар тоже! Лара никогда не пожелает Тьену смерти, даже если на кону будет её собственное бессмертие! Великий Светлый он или нет, она его не убьёт!

Лицо Дира замкнулось.

– Боюсь, убьёт кого угодно. Таис, вернуть богиню для Лары сверхценность. Другое дело, что Великой она не станет.

Таисса заморгала.

– Как не станет?

– Думаешь, Великий Светлый просто отдаст ей свою суть?

– И что будет с его силой? – парировала Таисса. – Рассеется в воздухе?

– Никто никогда этого не видел. Но Великий, создавший сферу, вложил туда свою силу и погиб. Великий Светлый способен сделать такой выбор, если опасность будет слишком велика. Лара этого не понимает.

– Или же она надеется обмануть и убить Великого, несмотря ни на что, – возразила Таисса. – Не стоит её недооценивать.

Дир промолчал.

Таисса вновь посмотрела на статую.

«Где-то глубоко внутри у нас есть общее, Таис. Понятие общего блага. Любви. Общий язык. Достаточно только его услышать».

– Я хотела бы, чтобы Лара оказалась здесь, – произнесла Таисса. – Чтобы она поняла, что её любили. Чтобы она поняла, как её любили. Тьен держал её за руку, даже когда она не была Ларой. Он принимал её. Сочувствовал ей. Всегда.

Таисса подняла на Дира твёрдый взгляд.

– И я ей об этом напомню.

Мир вокруг, полный кувшинок и воспоминаний, замер.

– Значит, – негромко сказал Дир, – ты готова.

Таисса сглотнула. Чёрный камень, имя её сына и её собственное, мраморная статуя, застывшая в вечном покое летнего дня, тоска и примирение, жизнь и смерть, мокрые носки…

И любовь.

– Да, – проговорила Таисса, глядя в глаза Дира. – И я вернусь за тобой в реальном мире. Где бы ты ни был.

– Ты мой маяк, Таис, – тихо сказал Дир. – Всегда.

Яркое солнце ударило Таиссе в глаза. И, чувствуя, как растворяется летний мир вокруг неё, она услышала далёкий голос. Или не голос даже, а мысль?

«Мы обязательно увидимся, мама. Я люблю тебя».

Глава 18

Света здесь почти не было.

Моргая, Таисса пыталась приноровиться к давящей темноте. Бетонные плиты, выступающие из стен, недостроенные лестницы…

Она вдруг узнала это место. Здесь они с Ларой сражались насмерть под сценой, пока сверху выступал Кирилл Носов, парень, протестующий против внушений Светлых. Лара ломала ему мозги, а Таисса пыталась его защитить. И в критический момент вмешался незнакомец в шлеме, который помешал Ларе убить её, Таиссу, – и который оказался её отцом.

Но Эйвен Пирс не защитит её здесь и сейчас.

– Лара! – позвала Таисса. – Ты правда хочешь со мной сразиться? Зачем?

Из теней раздался смех.

– Тебе правда всё ещё непонятно, малышка Пирс?

Лара показалась на ступенях, освещённая золотым сиянием. Клинок в её руке был до боли знаком Таиссе.

Что-то сверкнуло ответным блеском у ног Таиссы. Таисса опустила взгляд – и почти без удивления увидела там свою катану.

– Подними, – приказала Лара.

Таисса покачала головой и скрестила руки на груди.

– Ты хочешь повторить нашу прошлую дуэль? Я не буду с тобой драться.

– А придётся. Иначе я убью всех, кто здесь находится.

– Не убьёшь, – резко возразила Таисса. – Не сможешь.

– Допустим, не смогу, если ты победишь и вышвырнешь меня из этого пространства. Подними катану, Пирс.

Загипнотизированная её взглядом, Таисса наклонилась было за катаной, но застыла в последний момент. Выпрямилась снова.

– Нет.

– Ты ведь хочешь этого, – уверенно и вкрадчиво проговорила Лара.