Ботанический сад в чашке - Лина Ровак

остановки. Сообщения, звонки, уведомления из соцсетей. Новость разлетелась мгновенно: Костя выложил фото букета с кольцом в инстаграм «Бутон энд Блум» с подписью «ОНА СКАЗАЛА ДА!!!», и теперь весь город знал.

Но главный звонок был от Элеоноры Аркадьевны. В восемь утра.

— Я составила предварительный план, — сказала она без приветствия — У меня есть три варианта дат, четыре варианта площадок и список гостей на сто человек. Когда вам удобно встретиться для обсуждения?

— Элеонора Аркадьевна, — Арина потёрла глаза, пытаясь проснуться — Мы обручились вчера. Вчера!

— Вчера было вчера. Сегодня наступило сегодня. Свадьба сама себя не организует. Я заеду в магазин к полудню.

И заехала. С папкой. В папке были: список гостей (разбитый на категории «Обязательные», «Желательные» и «Если останутся места»), сравнительная таблица ресторанов (с колонками «Цена», «Меню», «Парковка», «Отзывы»), эскизы приглашений (три варианта, от классики до минимализма) и распечатка прогноза погоды на три месяца вперёд.

— Мама, — сказал Дэн, когда увидел папку — Это свадьба или план захвата мира?

— Это организованное мероприятие, — отрезала Элеонора.

Первый спор случился из-за цветов. Вернее, из-за одного конкретного цветка.

— Никаких роз, — сказала Арина твёрдо.

— Разумеется, — кивнула Элеонора — Я и не предлагала.

— Я предлагаю, — сказал Дэн.

Все уставились на него.

— Ты?! — Арина не поверила своим ушам — Ты, который знает, что розы это банально? Ты, который учился у меня языку цветов?

— Я учился, — согласился он — И я помню, что розы это «я забежал в ларёк у метро». Но, Арина, есть разные розы. Есть красные банальные. А есть белые. Белая роза на языке цветов означает чистоту и новое начало. Разве наша свадьба не новое начало?

Арина открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

— Ты используешь мои же знания против меня, — сказала она.

— Я использую твои знания в мирных целях, — поправил он — Одна белая роза. В твоём букете. Как символ того, что мы оба изменились. Что мы оба больше не те, кем были год назад. Ты перестала ненавидеть розы. По крайней мере, одну. А я перестал притворяться, что мне нужна лилия.

Арина помолчала. Элеонора с интересом наблюдала за ними, не вмешиваясь.

— Хорошо, — сказала Арина наконец — Одна белая роза. Но только одна. И только потому, что это ты попросил.

— Я польщён, — Дэн поклонился — Это войдёт в историю.

— В историю войдёт то, что ты меня переспорил. Такого ещё не было.

— Значит, я расту.

Второй спор случился из-за торта. Марина предложила испечь его сама.

— Я научилась! — заявила она — Я ходила на курсы! У меня теперь получается! Почти!

— Почти? — переспросил Андрей — В прошлый раз твой торт был похож на Пизанскую башню. Только менее устойчивый.

— Это был экспериментальный дизайн!

— Он упал, Марина. Упал на пол.

— Но был вкусный!

— Да, — признал Андрей — Очень вкусный. Особенно с паркета.

В итоге торт заказали в кондитерской. Но Марине разрешили испечь капкейки «для фуршета, в неформальной части».

Третий спор касался музыки. Дэн хотел джаз. Арина хотела что-то более современное. Костя предложил «звуки природы в обработке диджея»: пение птиц, шум дождя и стрекот цикад, наложенные на ритм. Идею отклонили, но Костя не обиделся.

— Я просто хотел, чтобы растениям тоже было комфортно, — пояснил он.

— На свадьбе не будет растений, — напомнила Арина — Кроме букетов.

— Растения будут в оформлении, — поправила Элеонора — Я уже договорилась с ботаническим садом. Они предоставят кадки с пальмами.

— Ботанический сад? — Арина удивилась — Мы же вроде решили ресторан?

— Ресторан для банкета. А церемония пройдёт в оранжерее ботанического сада. Той самой, где вы с Дэном танцевали на благотворительном балу. Помните?

Арина помнила. Оранжерея с орхидеями, папоротниками и огромным фикусом в центре. Место, где они когда-то стояли вдвоём, и Дэн сказал: «Когда-нибудь мы поженимся. И я хочу, чтобы это было здесь».

— Ты помнишь, — сказала она, поворачиваясь к Дэну.

— Я всё помню, — ответил он — И мама помнит. Она специально договорилась.

Элеонора сделала вид, что очень занята своей папкой.

За две недели до свадьбы случился кризис с платьем. Арина перемерила десять вариантов и ни один не нравился. То кружева слишком вычурные, то фасон не тот, то «я в этом выгляжу как торт, который испекла Марина».

— Может, тебе не нужно белое платье? — предложил Дэн как-то вечером.

— Что?

— Ну, ты же не традиционная невеста. Ты флорист, который разговаривает с растениями и воюет с конкурентами. Может, тебе нужно что-то... С цветами?

И тогда Арину осенило. Она нашла ателье, которое специализировалось на вышивке. И заказала простое белое платье без кружев, без кринолина, но с вышитыми цветами по подолу. Пион. Эвкалипт. Лаванда. Ирис. Георгин. Ромашка. Альстромерия. Гипсофила. Розмарин. И одна лилия. И одна белая роза.

— Это будет наш букет, — сказала она Дэну, показывая эскиз — Навсегда.

— Ты гениальна, — сказал он — Я знал это с первого дня.

За три дня до свадьбы случилась катастрофа. Гриша, который отвечал за редкие растения для оформления церемонии, позвонил в панике.

— Папоротник «Птичье гнездо» завял! — кричал он в трубку — Он был главным акцентом! Он должен был стоять у алтаря!

— Почему завял? — Арина пыталась сохранять спокойствие.

— Ему не понравилась вода! Я полил его фильтрованной, а он, оказывается, любит дистиллированную! Он капризный! Весь в меня!

— Гриша, успокойтесь. У нас есть ещё три дня. Мы что-нибудь придумаем.

Придумал Костя.

— У меня есть папоротник, — сказал он — Тот самый, который я спас от мусорных баков ещё до калатеи. Помните? Он теперь огромный. И ему нравится фильтрованная вода. Он неприхотливый.

— Костя, — Арина посмотрела на него — Вы готовы отдать свой папоротник на свадьбу?

— Я готов отдать ему лучшую роль в его жизни, — торжественно сказал Костя — Он будет стоять у алтаря и благословлять ваш союз. Это большая честь для любого растения.

Так папоротник Кости стал главным акцентом церемонии.

За день до свадьбы Арина и Дэн сидели на балконе своей квартиры. Вечер был тёплым, липы шумели, где-то вдалеке играла музыка. Завтра они должны были пожениться.

— Ты нервничаешь? — спросил Дэн.