Мы, которых не было - Хелен Либерти

Стас молча смотрит на меня. Он знает, что сейчас лучше не лезть.

На секунду зажмуриваюсь, стараясь заглушить мысли, но слова Сереги снова бьют по голове. Стискиваю поручень так сильно, что начинает ломить пальцы.

— После того как наши отцы отошли от дел, и мы начали работать сами, я тогда хотел уйти. Помнишь? — говорит он.

— Конечно помню.

Через год после того, как мы стали работать Стас пришел ко мне и сказал, что хочет отойти от всего. Говорил, что устал от этой жизни, от грязи, от постоянного напряжения и хочет попробовать пожить спокойно. Я тогда его поддержал, сказал: если решил — уходи.

Но прошло всего несколько месяцев, и он вернулся. Ничего не объяснил. Просто снова появился и встал рядом с нами. После этого он сильно изменился. Стал еще больше закрытым, холодным. Убивал легко, без лишних эмоций. Ни один мускул на его лице не дергался, когда он нажимал на курок.

— Я никогда не рассказывал вам, что тогда произошло. И сейчас тоже не собираюсь. Но тот период научил меня одной вещи: эмоции нужно держать в узде. Потому что тогда, когда я дал им волю, пострадал близкий для меня человек… и я ее потерял.

— Ее? — спрашиваю я, изогнув бровь.

— Да, ее. И прежде, чем ты начнешь устраивать мне допрос, сразу предупреждаю: я ничего не скажу. И все твои штучки на мне не сработают.

Он на секунду задерживает на мне взгляд, потом становится серьезным.

— Просто подумай вот о чем. Сейчас твои эмоции могут навредить не только нам, но и Милене. Ты хочешь отомстить за нее, и я тебя понимаю. Но чтобы это сделать, тебе сначала нужно найти того, кто уже несколько лет портит жизнь и тебе, и нам всем.

Я молчу несколько секунд, потом киваю.

— Ты прав.

— Конечно прав. — Он хлопает меня по плечу. — Давай перевезем этого урода в другое место, немного отдохнем и с утра начнем нормально работать.

Я глубоко выдыхаю и смотрю на склад.

— Отличный план.

Утром мы собираемся с парнями в офисе. Уже пять лет фирма официально на мне, с того дня, как она перешла ко мне после смерти отца. Тогда у меня не было выбора — в двадцать один год пришлось взять на себя все, что он строил десятилетиями.

Снаружи это выглядит как обычный, уважаемый бизнес. Компания занимается недвижимостью. Мы строим и продаем объекты под офисы, торговые площади, жилые дома и квартиры. Через нас проходят крупные сделки, инвесторы, застройщики. Бумаги, переговоры, контракты, миллионы на счетах. Все чисто, легально и красиво на бумаге.

Но это только одна сторона. Та, которую видят все.

Вторая сторона никогда не отражается в документах и отчетах. О ней знают только свои. Отец много лет занимался торговлей оружием, и после его смерти этот кусок тоже перешел ко мне. Не напрямую, конечно — все идет через цепочку людей, посредников, складов и фиктивных компаний. Мы не лезем в мелкую грязь и не торгуем по подворотням. Только крупные партии, только проверенные клиенты и только через нужные каналы.

Эти два мира существуют параллельно. Многие думают, что я сижу в этом кабинете, подписываю документы на очередной жилой комплекс или офисный центр, встречаюсь с инвесторами и делаю вид, что моя жизнь — это просто бизнес.

Но здесь решаются совсем другие вопросы. И именно из-за них пострадал человек, который для меня важнее всех

Сейчас на повестке — Ефимов. Нужно решить, что с ним делать и как он может помочь выйти на того, кто стоит за всем этим. На преемника Ярикова.

Но прежде, чем мы переходим к делу, есть еще кое-что, о чем им нужно знать. Я откидываюсь в кресле, на секунду собираюсь с мыслями.

— Для начала… есть еще один момент.

И после этого рассказываю ребятам все, что произошло за эти сутки. Про встречу с Миленой, про то, что она новый психолог Антошки, что, несмотря на все, что мы узнали о ее прошлом, у нее есть… парень. Хотя я предпочитаю называть его пекинесом.

Умалчиваю я только об одном — о том, что при первой же встрече мы чуть не переспали.

— Так, получается, твоя интернет-подружка все-таки реальна? — выдает Макс, за что я тут же кидаю в него первое, что попадается под руку — степлер.

— Кучерявый, ты лучше не зли его, — встает на мою сторону Кирюха. — И так после вчерашнего все понятно.

— Ну все, молчу, — поднимает руки вверх Макс, но ухмылка никуда не девается. — Но, Саш, давай честно. У тебя голова еще на месте?

— А почему она должна у него поехать? — подает голос Стас.

— Да потому что это уже не жизнь, а какой-то сериал, — фыркает Макс. — Смотрите. — Он выставляет руку, показывая пять пальцев, и начинает загибать их по одному. — Раз — он встречает свою интернет-любовь. Два — она оказывается психологом его племянника. Три — у нее есть парень. Четыре — он узнает, что ее… скажем так, очень жестко обидели. Пять — все это происходит за долбаные сутки.

Он бросает на меня быстрый взгляд и чуть склоняет голову.

— Я просто уточняю, твоя голова на месте или уже пустилась в кругосветное путешествие?

— Макс, она у меня не просто в кругосветке— отвечаю, сдерживая раздражение. — Она у меня взорвалась. И я понятия не имею, что со всем этим делать.

Он, как обычно, хочет что-то добавить, но осекается, понимая, что сейчас не тот случай.

— Знаешь, мы все равно решили проверить его слова. Вдруг это была очередная уловка или попытка вывести нас на эмоции, — говорит Кирюха, устало проводя ладонью по лицу. — Подняли старые записи, пробили людей, которые тогда были на той тусовке. И, к сожалению… он не соврал. Милена действительно там была. — Он ненадолго замолкает, трет подбородок и хмурится сильнее. — Но меня во всей этой истории напрягает другое. — Кирюха хмурится, поворачиваясь ко мне. — Почему после этого она никуда не обратилась? Ни в полицию, тогда еще в милицию. Вообще никуда.

— Скорее всего испугалась, — отзывается Стас. — Она была в другом городе, если бы родители узнали, ее бы сто процентов забрали обратно. А возвращаться в Москву она не хотела и не хочет. И у нее есть на это причины. — Он смотрит на меня.

— Да, и он сказал про родинку, — тихо говорю я.

— Какую родинку? — спрашивает Макс.

— У нее и у Даши