Несбывшаяся любовь - Марина Эльденберт

Руслану было восемь, когда на отложенные карманные деньги он купил в зоомагазине шиншиллу, чтобы «она не сидела в клетке», и шуршилла… то есть шиншилла жила у нас двое суток, не давала нам спать ночами, сгрызла ножку стула, наделала дел по углам и раскопала цветы. Потом ее забрала Света, пришедшая от нее в восторг, правда, предварительно купив для зверя клетку. Шиншилла до сих пор жива, и, когда я была у Светы в последний раз, была весьма и весьма упитанна.

— Мама говорит, что ты не доставлял ей неприятностей, — снисходительно улыбнулась Жанна.

— Это она просто очень сильно меня любит, — ухмыльнулся Руслан. Его, кажется, совершенно не смущало, что мы обе тут сидим, а вот Жанне это не нравилось. Я чувствовала это по колючим взглядам, которыми она меня награждала. Впрочем, Руслан тоже не спешил ей открываться, отделывался общими фразами, без каких-либо подробностей. Потом она упорхнула к своему косметологу, даже не договорившись о новой встрече, и он сказал:

— Странная женщина.

— Почему? — поинтересовалась я, наводя камеру на QR-код, чтобы оставить чаевые.

— Потому что она так старательно делала вид, что я ее интересую, но я ее совершенно не интересую.

Я вздохнула:

— Ты тоже это заметил, да?

— Да это видно невооруженным глазом, — ухмыльнулся Рус, но тут же снова стал серьезным. — Ну что ты решила, мам? Спросила отца, почему он так поступил тогда?

— М-м-м… не успела.

— Не успела?

— Учитывая, что твой отец с утра сидел с подбитым глазом…

— С подбитым глазом?! — Руслан, кажется, пришел в восторг.

— Ладно, это я утрирую. Я не готова к этому разговору, Рус, и кажется, никогда не буду готова. Равно как и к тому, чтобы его простить. Понимаешь? — Я убрала телефон в сумочку. — Доверие — очень хрупкая штука. Однажды разрушается, и потом…

Я не договорила.

— Понимаю, мам. Тогда нам надо уезжать. Не думаю, что тебе приятно постоянно находиться рядом с ним.

Я закусила губу и кивнула.

— Но это не значит, что вы не можете видеться. Наоборот, я буду очень рады, если вы продолжите общаться. Обменяетесь номерами, контактами, — я посмотрела Руслану в глаза. — Для меня очень важно, чтобы ты был счастлив.

— Ты же не будешь думать, что таким образом я предаю тебя?

— Господи, нет, конечно!

Руслан полез в телефон, и я тоже — вызвала такси: теперь уже было неважно, что Виктор скажет по поводу нашей самовольной вылазки в город, по поводу встречи с Жанной, и так далее. Надо возвращаться к той жизни, что у меня была до его приезда. И чем быстрее, тем лучше.

Глава 48. Романа

Вроде, когда все решишь, должно стать легче, но в моем случае, не становилось. Я возвращалась к своей обычной, упорядоченной жизни, где все понятно, но не чувствовала себя ни капельки… Счастливой? Не было облегчения от осознания, что все закончилось хорошо. Да, придется некоторое время потерпеть телохранителей, которых Виктор собирался к нам с Русом приставить, но мы с сыном снова были вдвоем. Почему же я чувствовала себя как-то… Неправильно? Словно выбрала не то, что действительно хотела. Еще и разговор с Русланом давил на сознание, все время всплывая в памяти.

Я не кривила душой, когда сказала сыну о том, что не готова задавать Бёрну вопрос о мотиве его измены в прошлом. Не знаю, чего я боялась больше: его безразличия или собственного неравнодушия. Того, что я сдамся, позволю ему войти в мою жизнь, чтобы заново ее разрушить? Это вряд ли. Умом я понимала, что никакие слова Виктора не позволят мне его простить, но с этой неизвестностью я словно не могла поставить в нашей с ним истории точку.

В конце концов, я сдалась. Но решила спросить не Виктора, по отношению к нему я была слишком предвзята, а еще одного участника тех далеких событий — Костю. Тем более что недавно он так неожиданно появился на нашем общем с Бёрном горизонте. И повод для встречи придумала хороший — извиниться за произошедшее на школьном дворе.

Я узнала номер компании Симонова и позвонила его секретарю, оставив просьбу о встрече, представившись матерью Руслана. Была вероятность, что он меня пошлет: все-так мой сын избил его сына. Еще большая вероятность того, что он меня пошлет, существовала, потому что Руслан был сыном Виктора. Но Костя перезвонил через час и сам предложил встретиться. Я назвала ближайшую кофейню моей сети, и он без вопросов согласился.

Тем же вечером я сидела за знакомым столиком, когда на стул напротив меня опустился Симонов. В прошлом для меня он всегда словно оставался в тени Виктора. Что уж говорить, раньше для меня все были в тени Бёрна, будто в моей вселенной существовал только он один. В каком-то смысле, так и было, но сейчас это уже не имело значения.

Стоило Косте уверенной походкой войти в кафе, как девушки принялись сворачивать шеи. Даже незажившие ссадины добавляли ему некой брутальности. А я… Я понимала, почему они на него засматриваются: эффектный мужчина с энергетикой большого босса, но для меня Симонов оставался Симоновым. И интересовал он меня в совершенно другом смысле.

— Привет, — поздоровался Костя.

— Привет, — я растянула губы в улыбке. — Спасибо, что согласился на эту встречу.

Он сложил руки на груди.

— Мне как минимум интересно, почему ты меня позвала. Мы никогда не были друзьями.

Что правда, то правда. Несмотря на то, что я встречалась с его бывшим лучшим другом, мы с Костей вряд ли могли похвастаться общими темами или долгими разговорами.

Подбежала Лера, официантка, и приняла заказ, немного сгладив неловкое начало нашей с Симоновым встречи. Несмотря на то, что я обычно пила кофе, уже было больше пяти, поэтому я остановила свой выбор на чае. Костя же заказал салат и киш с лососем. Две порции, вторую попросил завернуть с собой.

— Это для Герасима, — пояснил он, заметив мой интерес. — Если его не кормить нормальной едой, будет жить на чипсах и газировке.

— Подросток, — хмыкнула я.