Клеймо дракона - Шеррилин Кеньон

Его драконица спасла его... обернувшись тем, кем она всегда презирала быть, — дракайной.

К сожалению, она не могла далеко уйти в таком обличье. Стены пещеры сузились настолько, что ей пришлось опустить его на землю и вновь принять человеческий облик, иначе она рисковала потерять или сломать крылья.

— Я поражён, — произнёс он с благоговением.

Серафина согнула руку, словно убеждая себя, что снова стала «нормальной».

— А ты поступил невероятно глупо. Как ты вообще дожил до такого почтенного возраста?

— Сам не знаю, как, — буркнул он.

Макс проверил, при нём ли Скрижаль, затем начал ощупывать холодные, гладкие стены, надеясь найти путь через владения демонов — к выходу или хотя бы к свету. Даже его силы не помогли ему обнаружить что-то полезное. Бродить же вслепую, как котёнку, было досадно.

— Скрижаль при тебе? — спросила Сера.

— Да. Не то чтобы это принесло нам хоть какую-то пользу, — мрачно ответил он. — А если Кессар схватит меня и пустит мою кровь на ритуал, всё станет гораздо хуже. Для всех... особенно для меня.

Сера задумалась.

— Он использовал Скрижаль, чтобы пробудить моё племя. Сможешь ли ты сделать то же самое, только наоборот?

Макс насторожился.

— О чём ты?

— Можешь ли ты обратить вспять то, что он сделал, и снова освободить их?

Он не был уверен, что ему нравится ход её мыслей.

— Теоретически — да. Но я не понимаю, чем это может нам помочь.

Особенно учитывая, что амазонки и катагарийцы жаждали его смерти ещё больше, чем демоны.

— Если ты освободишь их, мы сможем отбросить демонов. И, думаю, Нала будет знать, как выбраться отсюда.

— Даже если она знает, я сильно сомневаюсь, что она станет помогать тебе. И абсолютно уверен, что мне она точно не поможет. Я — дракон, чью голову она хочет повесить у себя на стене.

— Думаю, я смогу её убедить.

— Не уверен, что хочу рисковать своей жизнью ради этой затеи.

— У тебя есть идеи получше?

— Прорываться наружу с боем, — упрямо заявил Макс.

Она усмехнулась над тем, что он считал хоть сколько-то разумным, пусть и безумным, планом.

— Ты правда думаешь, что это сработает?

— Я что, пытался тебя убедить логикой? — фыркнул он. — Нет. Так что не отвечай мне логикой в ответ.

Она рассмеялась над его насмешливым тоном.

— Я серьёзно, Максис. Я могу заставить их помочь нам и сразиться с демонами.

— А если ты ошибаешься?

— Тогда соберу тебе хороший погребальный костёр.

Он хохотнул.

— Знаешь, это совсем не смешно.

— У тебя есть вариант получше?

— К сожалению, нет. По крайней мере, ничего такого, за что мне бы не настучали по голове, — вздохнул он, услышав, как демоны приближаются. Им нужно было решиться и действовать быстро, иначе их снова схватят. — Ладно. Мы попробуем по-твоему, с твоим племенем. Но если меня съедят или заколют копьём... я буду очень недоволен.

Она сделала шаг, затем остановилась.

— Есть идеи, куда демоны могли увести моё племя?

Он застонал в ответ.

— Никаких.

Прежде чем она успела заговорить, он рывком притянул её за спину и снова открыл огонь по демонам. Её ужаснуло, насколько близко они подобрались, пока она строила планы. Если бы не Макс, демоны уже схватили бы их. Но его мощный удар заставил их отступить во тьму, крича от боли.

Макс толкнул её вперёд, всё глубже в преисподнюю, которую он, к сожалению, знал не понаслышке. Он надеялся найти другой выход, но всё, что видел, — это холодные, влажные стены. Запах сырости пробудил в нём воспоминания, которые он не хотел и не мог сейчас вспоминать.

В глубине души он вновь увидел Дагона — древнего бога, медленно проходившего между клетками, решая, кого использовать следующим в своих бесчеловечных экспериментах. За ним следовал молодой темноволосый принц, унаследовавший характер отца, а не матери-аполлитки.

— Я хочу быть драконом! — кричал мальчишка. — Ты обещал сделать меня драконом!

Дагон сердито посмотрел на него.

— Прекрати ныть, Линус. Я делаю всё, что в моих силах. Ты видел, что произошло в прошлый раз. Последний аполлит, которого я соединил с драконом, разлетелся на кровавые куски. Ты действительно хочешь так рисковать?

Линус разочарованно выдохнул и топнул ногой, как капризный ребёнок.

— Это несправедливо! Я принц, второй в очереди на престол. Я должен сам выбирать животных, с которыми хочу слиться!

Дагон бросил на него раздражённый взгляд.

— Тебе повезло, что сводная сестра твоего отца — богиня, а её преданный муж готов делать всё ради тебя. Так что вместо того, чтобы ныть, ты должен сказать: «Спасибо, дядя Дагон, за то, что ты спасаешь мою жизнь и не сливаешь меня с гиеной или ослом».

— Ты не посмеешь! — взвизгнул Линус.

Дагон злобно ухмыльнулся.

— Я бог чёрной магии, одержимый злобной иронией и враждебностью. Хочешь испытать моё терпение, мальчишка?

Линус благоразумно отступил и позволил Дагону тащить льва из клетки в комнату для экспериментов.

Оставшись один, принц подошёл к Максу и Иллариону. Его взгляд был безумным.

— Вы понимаете меня, правда? Я знаю, что понимаете! Я тоже хочу стать драконом. Как вы. Чтобы обладать вашей силой и мощью. Представьте, что мы могли бы сделать вместе... Сила дракона и кровь божественного принца. Мы бы правили всеми королевствами и народами. Тогда мой отец и брат узнали бы, кто настоящий наследник!

Он ушёл, а Илларион посмотрел на Макса.

«Ты расскажешь богу о его замыслах?»

«Нет. Пусть Дагон сам сольёт его с одним из нас. Лучшее, что может случиться с этим миром, — это взрыв и мучительная смерть принца Линуса».

«Максис! Так нельзя. Мы должны защищать человеческую жизнь».

«Он не человек, Илли. Он аполлит. И безумец».

«Тем не менее, мы должны рассказать Дагону».

«Нет. Никогда не было ничего хорошего от вмешательства дракомая в дела богов или людей. Они втянули нас в это, и нам нужно выбраться из этой передряги как можно быстрее и с минимальными потерями».

Верный своей раздражающей натуре Илларион не послушал. Он всё рассказал Дагону.

Чтобы защитить второго племянника, Дагон солгал Линусу и его отцу, заявив, что не хочет рисковать, сливая принца с драконами. На самом деле он соединил сущность Линуса с волками, а старшего брата Линуса — Евемона — с другой опасной сущностью — дракомаем.

Вместо безопасного варианта получилась ещё более смертоносная комбинация. Слияние усилило обе стороны, соединив амбиции аполлита с хитростью и кровожадной безжалостностью волков.

Пытаясь спасти своих сыновей, Ликаон проклял их всех.

Так он доказал, что даже боги и цари