Запретный Наследник - Мишель Хёрд

Когда моя голова показывается над водой, я слышу всеобщий хохот. Дэнни заливается смехом, обхватив себя руками, и это зрелище наполняет меня волной тепла.

После того как мы с Тристаном выбираемся из воды (я рад видеть, что Хантер перехватил щипцы у гриля), мы идем наверх. Я кидаю Тристану запасные брюки и рубашку. Он ловит их с ухмылкой, и когда мы оба переодеваемся в сухое, он говорит:

— Должен признаться, у меня были сомнения насчет вашего романа.

— Но? — я вскидываю бровь.

— Ты делаешь её счастливой, и... — Тристан кладет руку мне на плечо. — Я не желал бы себе другого зятя. Спасибо, что любишь её так, как она того заслуживает.

Мы обнимаемся по-братски.

— Мне очень важно это слышать, — бормочу я, и мы выходим из комнаты.

Когда мы возвращаемся на веранду, я слышу голос Дэш.

— У нас будут близнецы!

Я невольно смеюсь:

— Двойная порция подгузников.

Дэш поглаживает свой живот.

— Мисс Себастьян обещала помогать, так что я готова.

Дэнни подается вперед, переводя взгляд с Фэллон на Дэш.

— У вас ведь сроки совсем рядом?

— Да, разница в неделю, — отвечает Фэллон. — Декабрьские малыши.

Тристан подходит к Хане со спины и добавляет:

— А наш должен появиться в марте.

— Что?! — это слово буквально взрывается у меня во рту.

— Вы ждете ребенка? — тут же вклинивается в разговор тетя Делла.

Тристан смеется.

— Да. Хана уже на четвертой неделе.

Я тут же смотрю на Дэнни, проверяя, как она восприняла эту новость, но на её губах играет счастливая улыбка — она искренне разделяет радость семьи.

Как только она восстановится после всех процедур, нам тоже нужно будет начать работать над нашей семьей.

ГЛАВА 28

РАЙКЕР

Мои пальцы крепче сжимают ладонь Дэнни, пока доктор Фридман рассматривает снимки МРТ.

Она закончила курс химиотерапии месяц назад. Честно говоря, не думаю, что когда-нибудь настанет время, когда мое сердце перестанет выпрыгивать из груди в ожидании результатов.

Доктор Фридман улыбается.

— Всё чисто. Прогресс, которого ты добилась, Дэнни, впечатляет. Я доволен. — Он слегка склоняет голову, глядя на неё. — Как ты себя чувствуешь?

— Облегчение. Мне лучше. Волосы начали отрастать, — она кривится. — Это скорее пушок, чем волосы, но всё же хоть что-то.

— Не беспокойся об этом. Со временем они вернутся в норму, — подбадривает её врач.

— Сколько нам нужно подождать, прежде чем планировать ребенка? — спрашиваю я.

Дэнни резко поворачивается ко мне, затем снова на доктора

Фридмана. Тот отвечает:

— Я бы сказал год. Просто чтобы быть в безопасности.

— Как раз хватит времени, чтобы пожениться, — усмехаюсь я.

Дэнни снова бросает на меня взгляд, и её губы изгибаются в улыбке.

— Я рассчитываю на приглашение на свадьбу, — шутит доктор.

— Обязательно, — заверяю я его.

Он поднимается из-за стола, и мы тоже встаем.

— Увидимся через три месяца.

— Спасибо вам за всё, — бормочу я, пожимая ему руку.

Дэнни подходит обнять его, и я слышу её шепот: «Спасибо за время, которое вы мне подарили».

— Пожалуйста, Дэнни.

Когда мы выходим из кабинета, я обнимаю её за плечи, крепко прижимая к себе, и целую в висок.

— Еще одна победа, — шепчу я.

Она сияет:

— Еще одна победа.

Пока мы идем к парковке, я спрашиваю:

— Как насчет того, чтобы отпраздновать это в Кейптауне?

Я планировал эту поездку заранее, как награду за то, что она победила рак. Кристофер и её родители в курсе — им придется подменить её в Indie Ink.

Дэнни хмурится, забираясь на пассажирское сиденье, но ждет, пока я сяду за руль, и только тогда спрашивает:

— Когда?

— Вылет назначен на вечер четверга.

У неё отвисает челюсть.

— Серьезно? Это же через два дня! А как же работа?

— Я поговорил с твоим отцом и Кристофером, они всё взяли на себя.

Её глаза округляются.

— Боже мой, ты серьезно? Это не шутка?

Я качаю головой:

— Серьезнее некуда.

Дэнни задумывается на мгновение, а затем — к моему удивлению — вместо споров просто кивает:

— Ладно, давай сделаем это.

— Правда? Ты согласна? — переспрашиваю я на всякий случай.

— Да. — Широкая улыбка заливает её лицо. — Давай вернемся в Кейптаун.

— Отлично. Твой отец сказал, что придет завтра и заберет все текущие дела.

— Вези меня в офис. Мне нужно много чего закончить.

Я невольно смеюсь и бормочу:

— Чувствую, домой мы сегодня попадем нескоро.

— Это уж точно.

Уголок моего рта ползет вверх:

— Всё такая же эксплуататорша.

— Эй, я не так уж плоха! С тех пор как я вернулась к работе, я ухожу домой ровно в шесть вечера.

— Правда.

— И с тех пор как Джейд вышла на работу, она сильно меня разгрузила, — добавляет она.

— Всё складывается как нельзя лучше, — шепчу я. Ной получил диплом юриста, что тоже облегчило мою нагрузку.

Мы в самолете, пролетаем где-то над Нигером, когда Дэнни уютно устраивается у меня на плече. Я тихо смеюсь, подхватываю её на руки и поднимаюсь.

— Как-то знакомо, — сонно бормочет она.

— Спи, малыш, — шепчу я, относя её на кровать. Моя улыбка становится еще шире, когда я укладываю её, а когда ложусь напротив, она тут же прижимается к моей груди.

Подумать только: девять месяцев назад я боялся, что тот миг в самолете — это всё, что мне когда-либо достанется. А теперь? Теперь она моя.

Обнимая её, я прижимаюсь губами к её волосам, которые только начинают отрастать коротким «ёжиком», и глубоко вдыхаю её запах. Черт, она всё так же божественно пахнет.

Раньше я жил моментами, когда мог пофлиртовать с ней, а теперь я существую ради каждой секунды рядом. Я люблю её сильнее, чем когда-либо, и с каждым днем это чувство только растет. Она вплетена в каждую частицу моей жизни. Куда бы я ни посмотрел — везде она. Дэнни это и есть моя жизнь.

Я медленно сжимаю объятия, не отнимая губ от её головы. Любить Дэнни... кажется, это и есть моё единственное предназначение.

Я — тот мужчина, который занимается с ней любовью.

Я — тот,