Защитник для чужой невесты - Алина Углицкая

А мужчины? Им это всё не нужно, и от них такого не требуют. Мужчина может дважды поехать в гости в одном и том же камзоле. И никто не станет его высмеивать в будуаре, хихикая за спиной и делая большие глаза.

Да им даже умываться не нужно. А о чистке зубов большинство из них будто вообще не слышали или считают это глупой забавой.

Зато они сильные и выносливые. Вон как Авенар держит спину. Я бы давно согнулась под такой тяжестью. А он идёт так быстро, что мне постоянно приходится его догонять.

Он ещё и красивый. Не женской изящной и нежной красотой, а мужской – суровой, аскетичной. Эта его скупость на слова и эмоции, она прямо будоражит. А редкая улыбка, расцветая на его лице, освещает всё вокруг, будто солнышко.

Я еще немного отпила из фляги, отдышалась и двинулась дальше. Шум в голове усилился, ноги по непонятной причине начали заплетаться.

А дракон, не оглядываясь, ушёл вперёд шагов на сто. Его спина служила мне ориентиром.

Интересно, он считает меня красивой? Или драконьи женщины привлекательнее человеческих? Авенар определенно красивее многих знакомых мне мужчин. Вот бы увидеть дракониц хоть одним глазочком!

Мне вдруг очень захотелось спросить Авенара, красива ли я. Что он ответит?

Перехватив топор обеими руками и прижав к груди, я прибавила ходу, чтобы догнать дракона и узнать у него лично.

– Авенар! – позвала, когда поняла, что догнать не получается. – Стой!

Язык тоже почему-то стал заплетаться.

Однако дракон послушно остановился и обернулся. На лице у него было привычное хмурое выражение. “Ну что тебе ещё надо?” – говорил его взгляд. Но за время путешествия я привыкла, что маска недовольства не сходит с его лица, и не обратила внимания.

– Авенар, скажи… – начала я ещё на подходе.

Увлечённая мыслью, забыла о сапогах. И чужая обувь не преминула мне отомстить. Запнувшись носком за камень, я взмахнула топором, будто прорубая окно в воздухе, и полетела вперёд.

Летела недолго. Но за эти мгновения успела представить, как сейчас встречусь с землей.

К моему удивлению, встреча не состоялась. Резкий удар выбил топор из пальцев, а следом я распласталась по драконьей груди. Влетела в нее всем весом, ударилась носом и застонала. Хотела отодвинуться, но обнаружила, что Авенар придерживает меня одной рукой.

Тогда я подняла голову и заглянула ему в лицо.

Дракон смотрел на меня с таким видом, будто хотел разорвать.

– Осторожнее, леди, – процедил он, убирая руку с моей спины, – смотрите под ноги.

Нужно было отодвинуться от него, но я поняла, что не могу этого сделать. Все вокруг подернулось пеленой и качалось.

Кстати, зачем я к нему бежала? А, точно! Хотела спросить.

– Авенар, – улыбнулась, с трудом ворочая непослушным языком, – я красивая?

– Нет.

Я как стояла, так мешком и пустилась на землю. Дракон чуть нагнулся, втянул воздух носом и брезгливо добавил:

– Вы пьяная.

Заявление было несправедливым, и мне не понравилось.

Я, кряхтя и пошатываясь, поднялась. Авенар наблюдал за моими потугами, но даже не подал руку. Это стало последней каплей в и без того переполненной чаше моего терпения.

Одной рукой нащупала на поясе флягу, а палец другой обвинительным жестом уперла дракону в грудь. Еще и покрутила им, будто проделывая дыру.

– Если я и пьяная, то по твоей вине. Это ведь ты дал мне вино, а не воду. Ты же должен меня защищать. Должен доставить к жениху в Минрах живой и здоровой. А вместо этого я теперь здесь!

Махнула рукой, желая охватить это “здесь”, и вновь покачнулась. На этот раз гораздо сильнее. Меня повело в сторону, шум в голове стал почти нестерпимым. И я бы точно упала, если бы Авенар не успел меня подхватить.

Снова.

Он снова оказался рядом, когда это нужно. Но его лицо не изменилось, на нем по-прежнему было так раздражающее меня бесстрастное выражение.

– Пусти! – прошипела злобно и дернулась.

Но вопреки приказу хватка стала сильнее.

– Вы правы, леди, – произнес дракон, наклоняясь так близко, что наши носы едва не столкнулись друг с другом, – я плохо выполняю свои обязанности. Но вам придется меня терпеть, потому что вы сами согласились на это.

– На что согласилась? – возмутилась я и снова задергалась. – Спать на земле, есть руками и носить мужское исподнее, хозяин которого отправился к праотцам? Кажется, в брачном договоре были немного другие условия!

Авенар держал крепко. Причем казалось, мои танцы червя на крючке его ничуть не тревожат. Только выражение его глаз слегка изменилось, потускнело. Теперь в них плескалась усталость и некая обреченность, причины которой я не могла объяснить.

Он стоял молча, просто ждал, пока я уже надергаюсь и успокоюсь. Но я не собиралась успокаиваться, наоборот, немой укор в его глазах злил меня с каждой секундой все больше.

– Что, скажешь, я не права? Или, думаешь, не понимаю, что происходит? Я все-е-е понимаю. Все! – погрозила ему пальцем, как еще недавно грозила Адриане за шалости. – Герцог меня купил, а я продалась. Так ты сказал? Так вот, ты тоже продался. Только я за золото, которое можно пощупать, а ты за обещание без всяких гарантий. Не довезешь меня и все, плакала твоя свобода. А золото оно уже там, где надо. Моя семья его получила и больше не будет нуждаться! Даже если я тут погибну и никогда не увижу Минрах!

Под конец я уже кричала ему в лицо, ощущая, как меня захлестывают странные, ни с чем не сравнимые и нестерпимые чувства. Будто огненные батоги хлещут по сердцу. Или колючие ветки шиповника.

Это была новая, незнакомая боль. От нее хотелось кричать и плакать. Хотелось ударить Авенара, чтобы он тоже почувствовал боль. Стереть с его лица это отрешенное выражение. Узнать, какой он без своей вечной маски. Какой настоящий.

Но он просто стоял и смотрел. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Будто мой защитник и правда был из гранита.

Я еще долго кричала, кажется, что-то обидное. То тыкала пальцем в Авенара, то колотила его по груди. А когда силы закончились и внутри стало пусто, как в обезвоженном колодце, неожиданно для себя разревелась. Навзрыд.

И снова он молча ждал, пока я успокоюсь.