Любовь на кафедре - Дженнифер Смит

РИС

Приходи пораньше, если сможешь.

ДЭН

Все настолько плохо? Постараюсь пораньше.

РИС

Спасибо, мужик. Ценю.

Дэн явился чуть позже семи. Рис вручил ему пиво прямо на пороге. Дэн окинул его пристальным взглядом: растянутые треники, застиранная футболка с затертым воротом.

— Дерьмово выглядишь, — сказал он.

— Плохо спал.

Да, потому что, закрывая глаза, видел раскрасневшуюся Лилу, которая стояла на пороге со стеклянным взглядом и захлопывала дверь у него перед носом.

— Ну что? — Дэн глотнул пива. — Что ты на этот раз сделал не так?

Рис стиснул зубы. Черт, как же трудно об этом говорить! Но Дэн его понимал и был в курсе их с Лилой ситуации. А еще он обладал прозорливостью, которой так не хватало Рису.

— Ты же сказал, что хочешь пригласить ее на нормальное свидание? Не фиктивное?

— Нет. — Рис уставился на бутылку в руках. — Не было возможности.

— И почему это?

Рис поставил бутылку на стол.

— Я весь вечер смотрел на нее во все глаза, обнимал, потом поехал к ней, мы поцеловались, она расстегнула мне штаны, и я… ее остановил. — Его собственный голос казался слишком громким и эхом отскакивал от стен пустой серой кухни. У Лилы на кухне были стаканы из разноцветного стекла и полотенца с цветочками, а у него — скучные белые тарелки и минимум ложек и вилок.

— Она залезла к тебе в штаны, а ты ее остановил? — Дэн поджал губы, но его глаза смеялись.

— Дэн, — предостерегающе произнес Рис. Ему совсем не хотелось, чтобы над ним смеялись.

— Прости, дружище, — ответил Дэн. — А потом она тебя выгнала?

— Да. Вот, собственно, и все.

Дэн склонил голову набок:

— Значит, она хотела заняться сексом. Но почему ты ее остановил?

С тех пор как Лила захлопнула дверь у него перед носом, Рис спрашивал себя об этом миллион раз и обдумывал этот вопрос с миллиона разных углов.

— Желание пропало? Такое бывает, мужик, ничего страшного. — Дэн встревоженно нахмурился.

Рис гневно на него посмотрел.

— Да я на всякий случай уточнил! У тебя давно никого не было, вот я и решил…

— Решил что? — Рис вскинул бровь. Куда он клонит?

— Что ты асексуал или, как его, аромантик… Стыдиться нечего, мужик. — Дэн осушил бутылку.

— Нет. — Рис уставился в стол. — Я хотел ее, Дэн. Еще как хотел.

Дэн достал из холодильника еще одну бутылку и протянул Рису:

— Так что случилось?

— Я просто не хотел, чтобы она решила, будто я от нее этого жду. Что фиктивное свидание должно закончиться сексом. Я не хотел ей пользоваться, — ответил он.

Дэн привалился к столу и скрестил руки на груди:

— А для тебя это было настоящее свидание?

— Держал ли я ее за руку, обнимал ли, пялился на нее весь вечер? — Рис снова повысил голос. — Да.

— И ты сказал ей, что хочешь встречаться с ней по-настоящему? Что она тебе на самом деле нравится? — тихо спросил Дэн.

— Собирался, но потом мы поцеловались, и… — Рис повернулся и посмотрел в окно.

— И что будешь делать дальше? Расскажи. — Дэн говорил так, будто ответить на этот вопрос было просто.

— Если я ей позвоню, она, наверное, трубку не возьмет.

Дэн смерил его взглядом:

— А ты звонил? Писал?

Рис покачал головой.

— Решил, что она не захочет со мной разговаривать, — еле слышно ответил он.

— Возможно. Но если ты не позвонишь, она решит, что ты тоже не хочешь с ней разговаривать, — заметил Дэн.

Боже, почему с людьми так сложно?

— Значит, надо ей написать?

— Да.

Привет. Вчера мне было очень хорошо с тобой. Давай обсудим, что произошло. Я все объясню. Дело не в тебе, дело во мне.

— Нет, блин! Не отправляй это! — воскликнул Дэн.

— Уже отправил. — Рис растерянно уставился на него. — А что не так? Все же правда.

— «Дело не в тебе, дело во мне»! Так говорят, когда хотят расстаться с девушкой.

— Да мы же не встречаемся. Я только пытаюсь начать с ней встречаться, — объяснил Рис, глядя на Дэна как на полного дурака.

— Господи, Рис. Ты иногда ведешь себя реально тупо, — пробормотал Дэн и взял телефон. — Давай я позвоню Джасмит, она за тебя заступится.

— Нет! Не надо, Дэн. — Рис потянулся и перехватил телефон Дэна. — Не хочу, чтобы Лила решила, что я сплетничал за ее спиной.

— А я попрошу, чтобы она не говорила. Я умею быть деликатным.

Рис фыркнул:

— Серьезно? Ты умеешь быть деликатным?

— Естественно, — ответил Дэн. — Слушай, давай я просто скажу Джасмит правду: что ты страдаешь, потому что Лила не хочет с тобой разговаривать. В детали вдаваться не будем. Она обязательно решит вмешаться. Сам знаешь, она всегда оберегает Лилу.

Рис помнил угрозу Джасмит, но его яйца все еще были целы; значит, Лила не рассказала подруге, что случилось.

Но почему? Ведь женщины обычно таким делились.

Рис шумно выдохнул. Терять ему было нечего.

— Ну ладно, — сказал он.

— Ты хотел сказать: «Да, Дэн, пожалуйста, и спасибо за помощь».

Рис закатил глаза:

— Спасибо за помощь, дружище.

Дэн улыбнулся:

— Не за что, влюбленный голубок.

— Не называй меня так, — предупредил Рис. — И кто бы говорил.

Они переместились на диван. Рис включил футбол.

— Мне все равно придется увидеться с ней завтра на работе.

— Так поговори с ней. Только сперва спроси, хочет ли она с тобой разговаривать. Назначь свидание. Не напирай. Если откажется, так и быть. — Дэн указал на экран горлышком бутылки. — Свободный удар!

Несколько минут прошли в уютной тишине. Вот почему Рису нравилось проводить время с Дэном: они так давно друг друга знали, что даже разговаривать было необязательно.

— А еще ей нужно время, чтобы осмыслить тот факт, что ты заманил ее, соблазнил, а потом выдернул ее руку из своих штанов и сбежал!

— Да иди ты. — Голос Риса прозвучал намного грубее, чем он намеревался.

— А что вообще творится в твоей жизни, Рис? Дело же не только в вашей ссоре с Лилой?

Рис тяжело вздохнул.

Когда он рассказал Лиле о заявке в Королевское историческое общество, от сердца отлегло. Она порадовалась за него, и Дэн, скорее всего, тоже будет рад.

— Я подаю заявку на вступление в Королевское историческое общество, — выпалил он. — Срок подходит, но шанс невелик. У меня слишком мало научных работ.

— Рис, это же замечательно! — Дэн просиял, но тут же нахмурился. — А почему подаешь заявку сейчас, если, как говоришь, шанс невелик? Почему не подождешь годик-два? Опубликуешь больше работ.

— Ты же знаешь отца. Я пообещал, что буду заниматься наукой пять лет и, если не добьюсь успеха,