Поменяться местами. Бунтарка и тихоня - Вероника Васильевна Крымова

- Змей…это змей…предатель, он увел…увел Беатрис.

Дэриан сжал зубы, из всего этого безумия он понял только одно- его Трис в опасности.

- Беатрис сильная, - скорее чтобы успокоить себя, чем ректора, выпалил Дэриан.- Она не позволит причинить себе вред…кто бы там не был, они зубы обломают об нее.

- Вы не понимаете, Вальтур, — ректор поднял на него мутный взгляд. — Мисс Торнфилд… настоящая… мухи не обидит, девушка не сможет защитить себя, а вы, видимо, имели честь познакомиться с мисс Игнис, которая волей случая и своей глупости оказалась в её теле.

- Что? — Дэриан замер и вот тут в его голове наконец щелкнуло и все разрозненные кусочки мозаики вдруг сложились в единую, чёткую, почти осязаемую картину.

- Н-да…

- Угу, — кивнул Ашбертон, с трудом пытаясь подняться, но тут же снова оседая на пол. — Та самая сорвиголова, которая сейчас размахивает кубком на поле… это Роксана Игнис, а Беатрис… настоящую Беатрис похитили. Ох, какой же я глупец!

Дэриан стиснул зубы так, что заныли челюсти. Ярость и страх смешались в груди в один огненный ком, который жёг изнутри, требовал действия, требовал немедленно бежать, искать, спасать.

- Нужно найти, — прошептал ректор, теряя сознание, его голос становился всё тише, всё неразборчивее. — Найдите… не дайте ему увести Беатрис… случится непоправимое…

Вальтур не стал дальше слушать, лишь смачно выругался сквозь зубы и рванул прочь из ложи.

***

Двери распахнулись под напором, с грохотом ударившись о косяки и наша команда буквально ввалилась в раздевалку.

- Мы сделали их, ребята! — Ксандер победно вскинул руку с кубком.

- Да-а-а-а!!!- мы с готовностью вторили ему в ответ.

- Раскатали как моя бабуля тесто на пирожки! — один из парней хлопнул ладонью по шкафчику так, что тот жалобно звякнул. - Одной левой!

Мы смеялись, обнимали друг друга, кричали что-то несвязное, бурно выражая радость. Лис и Мира завизжали, когда Ральф подхватил обеих и усадил к себе на плечи, кружа по раздевалке. Остальные не отставали: кто-то пустился в пляс прямо между скамейками, кто-то лихорадочно отправлял по артефакту связи сообщения родным и друзьям. Сама я стояла в самом центре этого радостного бедлама и чувствовала, что вот-вот разревусь от счастья.

- Эй, а ты кто такой? — неожиданно спросил Ксандер, серьезным тоном.

Я повернула голову и проследила за его взглядом, туда, где, у самого дальнего шкафчика, в тени, кто-то стоял.

- Посторонним сюда нельзя! — крикнула я, оглядываясь в поисках Смока, но его, как назло, поблизости не оказалось, наверное, умчался посыпать соль на рану тренера наших соперников.

- Разве я для тебя посторонний, Беатрис?- незнакомец вышел из полумрака, медленно, плавно, как хищник, позволяя лучам магических светильников осветить его ледяные глаза, в которых не было ни капли тепла.- Или вернее будет сказать, Роксана….

- Каспар Торн? — рявкнула я, непроизвольно делая шаг назад. — Какого демона?

- Ты его знаешь? — Ксандер поморщился. — Твой парень, что ли?

- Рокси, уведи его отсюда, — лениво бросил Ральф, поигрывая мускулами. — Идите милуйтесь в коридоре, нам тут переодеться надо.

- Что ты здесь делаешь? — я замерла, не двигаясь с места, чувствуя, как внутри закипает тревога, густо замешанная на ярости.

- Признаться, я не ожидал, — Каспар шагнул вперёд, и его тихий, вкрадчивый голос, словно шёпот змеи, скользнул по коже холодными мурашками. — Настоящая, ты весьма… горячая штучка.

Его льдисто-голубые глаза буквально впивались в меня пристальным взглядом, хотелось немедленно выцарапать их, заставить закрыть, отвернуться…дать мне возможность вздохнуть…

- А теперь собирайся. Мы уходим.

- Мы? — хрипло переспросила я, не сдвинувшись с места.

- Ты и я, прямо сейчас.

- Я никуда с тобой не пойду, — отрезала я, непроизвольно отступая назад. — Убирайся.

Каспар усмехнулся, тихо, почти беззвучно, но от этой усмешки у меня по спине пробежал мороз.

- Ты думаешь, у тебя есть выбор?

Ребята зашумели, кто-то возмущённо хмыкнул, кто-то шагнул вперёд, заслоняя меня собой.

- Ты же слышал, дебил, — бросил Ксандер, крепче стискивая кубок в руке. — Рокси сказала, никуда с тобой не пойдёт.

- Мне разобраться с ним? — Ральф выступил вперёд, поигрывая мускулами, костяшки хрустнули, когда он сжал кулаки.

- Сейчас быстро шею намылим, — усмехнулся Финн, и остальные поддержали его одобрительными возгласами.

Лорд Торн не ответил, просто щёлкнул пальцами, негромко, почти небрежно и мир вокруг меня перевернулся. Я не сразу поняла, что произошло, секунду назад команда была со мной, шумная, счастливая, а в следующую они застыли. Все разом, как куклы, которым одним махом перерезали нитки.

- Что вы… — начала я, но договорить не успела.

Ксандер поднял руку, и между его пальцами вспыхнул файервол — багровый, пульсирующий, злой, совсем не тот учебный огонь, к которым мы привыкли на тренировках, сейчас это была боевая магия, смертельная.

Ральф шагнул вперёд, загораживая выход. Его лицо, ещё секунду назад такое доброе и радостное, теперь было пустым, как у мраморной статуи. Лис и Мира встали по бокам, сжимая в ладонях сгустки пламени, которые росли с каждой секундой, наливались жаром, готовые сорваться с пальцев в любой миг.

- Прости, — прошептала Мира, в её стеклянных глазах на мгновение мелькнула тень отчаяния. — Я не могу… что-то… заставляет…

Нет…пожалуйста…нет…только не моя команда…нет

- Мерзавец!- рявкнула я Торну.- Что творишь, урод!

- А что, такое? Испугалась? -послышался мерзкий смешок.- Ты же любишь игры Роксана, я знаю…так давай поиграем немного.

Я сжала зубы и вытянула вперед руки, собирая в ладонях файрвол, но Ксандер опередил меня. Я едва успела уйти в сторону — огненный шар врезался в стену, прожигая дыру, от которой пахнуло гарью и расплавленным камнем. Осколки плитки разлетелись в стороны, и один из них хлестнул меня по щеке.

- Остановитесь! — крикнула я, перекатываясь по полу, уходя от нового удара.

Ральф бил вторым, целясь в ноги, я подпрыгнула, ощутив, как жар опалил подошвы, и приземлилась на четвереньки, больно ударившись коленями, край левой брючины занялся, пришлось сбить пламя ладонью.

- Рокси, беги! — крикнул кто-то — голос знакомый, родной, но в этом аду, где мои друзья превратились в марионеток, я различала только боль и страх.

Ксандер наступал, его остекленевшие глаза смотрели сквозь меня, а на губах играла та же холодная усмешка, что и у Каспара. Ему нравилось.