Благородные устремления - Анастасия Медведева

- Ты не права. Дочери, выпровоженные из чужого дома за наглость и хамство, тоже могут принести позор семье, - отбиваю, ощутив, как к щекам приливает кровь.

- Желаешь во что бы то ни стало утянуть меня за собой - во мрак позора? Что ж... у вас ещё остались сомнения, тётушка? Я же вам говорила - вся эта постановка с поркой была разыграна специально для вас, - обращается к моей мачехе Ализа.

И её слова никак не подтверждают заявленное ранее утверждение, но логично доносят мысль о моем желании отомстить родной семье - сейчас, когда у меня есть «положение и власть».

- Что же это выходит... ты запугиваешь нас, Амай? - искренне растерявшись, уточняет мачеха.

- Не понимаю, что натолкнуло вас на эту мысль, - остаюсь в глухой обороне, не имея других вариантов.

Эту партию я проиграла - своей старшей сестре.

Я ещё не так хороша в убийстве оппонентов точно подобранными словами.

- Да будет вам, - фыркает Атара, - Здесь не осталось слуг, способных что-то услышать и потом свидетельствовать в её пользу. Даже управляющий поместья покинул нас, явно показав, где видел заботу о семье наложницы генерала! - средняя сестра поворачивается ко мне всем телом и обращается уже напрямую, - Так что можешь не притворяться суровой госпожой, которую здесь все слушаются беспрекословно! И пообщаться с нами на равных, как это могло быть в нашем доме.

Ощутив настоящий гнев от подобного бесстыдства, сжимаю пальцы на подлокотниках кресла. Я ожидала атак - но таких подлых..! Мне в лицо бросили, насколько я ничтожна, не боясь получить наказание в качестве ответа!

Подобное хамство не просто неуместно для благородных барышень... это граничит с откровенной низостью.

- Моя наложница и впрямь - вовсе не суровая госпожа. Она милая и застенчивая, ищущая справедливости для других и плохо умеющая притворяться... но это вовсе не значит, что она может общаться с вами на равных, - внезапно произносит генерал, входя в гостевую комнату, - поскольку она хозяйка моего дома. А вы - лишь его гости. - отрезает он, бросив короткий взгляд в сторону моих старших сестер.

- Мой господин... - растерянно отзываюсь, поднимаясь с места.

- Я поздно узнал, что твои родные неожиданно прибыли в Приграничье, и вернулся так быстро, как смог, - Итай подходит ко мне и мягким прикосновением к плечу предлагает опуститься обратно на подушки, после чего разворачивается к моим родным. - Я никогда ничего не слышал о вас от своей наложницы и теперь понимаю - почему.

- Господин, вы могли неправильно понять старших сестёр Амай, - пронырливо вступается за свою родную дочь мачеха, - они не виделись столько лет! И в связи с непривычным положением Амай ещё не поняли, какой уровень близости допустим в подобных обстоятельствах!

- Странное дело, из-за ваших слов я ощущаю на себе вину за то, что сестры были разлучены на столь долгий срок. Однако... Амай стала моей наложницей лишь полгода назад, - протягивает Итай, уверенно загребая мою маленькую кисть в свою большую ладонь.

- Ох, что вы! Это конечно не так! Они были разлучены по совершенно другим причинам! - исправляется на ходу мачеха.

- Также в ваших словах мне слышится некое подобие претензии - за непривычное для всего княжества положение вашей дочери в моем доме. Но я не стану объяснять вам причины своего решения взять её в наложницы: это только моё личное дело, - продолжает разносить доводы мачехи Итай.

- Разумеется, никто не станет вас в этом упрекать! В смысле... мы просто не имеем на это права! - начинает заговариваться та.

- Как бы то ни было, тот уровень близости, что был предложен моей супруге и услышан мною, недопустим в этом доме, - чеканит генерал, поднимая на моих сестёр тяжелый взгляд и вынуждая тех бледнеть от неловкости, а затем и страха, - как и во всем Приграничье, - продолжает Итай, не уменьшая интенсивности взгляда, - как и во всём княжестве, границы которого я защищаю своим мечом.

- Эти глупые девчонки были неправы! - вскакивает на ноги мачеха, склоняясь в поклоне, после чего резкими движениями стягивает с сидений прямо за платья всех моих сестёр, предлагая не усугублять ситуацию.

- Я рад, что их воспитанием занимается женщина, знающая о приличиях, - отзывается генерал и переводит взгляд на обалдевшую меня, - кажется, это твоя матушка, Амай?

- Моя матушка умерла