Собственность Батура - Виолетта Роман

Она рыдает. Умоляет его пощадить меня. А я все пытаюсь разорвать *баную веревку. Вдруг в дверях появляется Алан. Осматриваясь, он замечает меня.

— О, друг мой, ты пришел! — улыбается Дамир, продолжая удерживать Мадину.

— Как я тебе и обещал, мой братец. Тот, кто тебя унизил. Я отдаю его тебе, дорогой.

Алан кивает.

— Что с его бабой?

— В больничке, ее вроде как спасают, — заржал ублюдок. — Закончишь с ним, займешься ей. Прости, но Рахим не успел. Батур всю больничку на воздух поднял. А потом… он так слезно просил разрешить отвести ее в больницу… я не смог отказать.

Алан переводит напряженный взгляд в мою сторону. Он вытаскивает из-за пазухи пистолет. У меня внутри напряжение. Я не знаю, что будет в следующею секунду. Возможно, это конец. Алан подходит ко мне. Направляет ствол на меня. Улыбаюсь. Глупо было думать, что такой как он сдержит слово.

Прикрываю глаза, представляя ее. Красивую, в белом полупрозрачном сарафане, как тогда, когда увидел ее на траве. Когда пацаны пялились на нее, а я с ума сходил от ревности. Ее глаза, тихий нежный голос, когда шептала мне что-то на ухо перед сном. Я всю ее помню, и цепляюсь за эти картинки.

Выстрел. Снова и снова. Сжимаюсь внутри. Боль повсюду, но я не чувствую новой. Распахнув глаза, вижу, как Алан один за одним убирает в людей Дамира, а потом переводит ствол на него. Дамир прячется за Мадиной и скрывается в коридоре.

Алан подходит ко мне.

— Я уже думал, ты меня порешишь… — хриплю, пока он справляется с верёвкой на моих руках.

— Мы не друзья Батур. Все как и договаривались. Я помог тебе, ты отдаешь мне компанию.

Я киваю. Он протягивает мне ствол. Смахнув с лица подтеки крови. Игнорируя боль в груди и в спине, поднимаюсь и иду на поиски Дамира. Алан выходит за мной. Мы пробираемся по коридору, переступая через трупы его бойцов.

Внезапно раздается серия выстрелов. Оборачиваюсь, Алан лежит на полу. В его груди рана. Дамир стоит за спиной, все так же прикрываясь Мадиной.

— Думал переиграть меня? — улыбнулся Дамир.

— Думал, практически вышло.

— Руки вверх. Ствол мне под ноги! — он рычит.

Я выполняю требование.

— За*бал ты меня. Пора кончать с тобой…

И дальше все как в тумане. Мадина отталкивает Дамира, и закрывает собой меня. Дамир спускает курок, и гремит выстрел. Девушка падает на пол, а он завороженно смотрит на ее тело. А когда поднимает взгляд, начинает стрелять в меня. Снова и снова спускает курок, только кроме глухих щелчков больше ни единого звука.

Дамир падает на пол, сгребая ее бездыханное тело в свои объятия.

— Мадина, Мадина, — склоняется над ней, захлебываясь слезами. Она мертва, я вижу как с ее губ стекает струйка крови. Он держит ее на руках, прижимает к себе.

— Ублюдок, мразь. Это все ты… все из-за тебя! — ревет, содрогаясь всем телом.

Я забираю из рук неподвижного Алана ствол. Подхожу к нему и направляю его в лоб Дамиру. Он замирает. Поднимает на меня воспаленные глаза.

— Ну, давай. Если сил хватит. Ты же всегда слабаком был, — улыбается. — Никогда не мог… ну давай… На х*й мне такая жизнь? Только знай, если выживу, тебе и твоей суке конец…

Он не успевает договорить. Выстрел. Еще и еще. А потом еще десять. Вся обойма в его башке. Он падает навзничь, а я стою и слышу только гулко колотящееся сердце.

— Прости, папа. Я не смог… не смог его уберечь.

Убираю в карман ствол. В ребрах боль. Придерживая рукой, выхожу на улицу и сажусь в тачку. Срываюсь к ней.

Все присутствующие здесь оборачиваются на меня. Я иду по коридору, и с каждым пройденным шагом перед глазами темнеет. Мне бы подняться на второй этаж. Только и всего.

Толкаю дверь. Она в кровати. Перебинтованная. Распахнув глаза, видит меня. Приподымается на локтях, с ужасом всматриваясь в мою фигуру.

Молча подхожу к ней, падаю на колени перед кроватью. Кладу голову ей на грудь. А она молчит. Чувствую ее нежные ладони, они гладят меня, чувствую ее тепло и запах и понимаю, что не зря все.

Силы на исходе. Все, это финиш. Полный и бесповоротный. Хочу спросить, но нет сил даже языком шевельнуть.

— Их спасли, Батур. Спасли. Док сказал, что лежать нужно всю беременность. Но они живы, в порядке. Держатся, цепляются за жизнь, — в ее голосе слезы и улыбка. Я выдыхаю. Хочу сказать ей «прости». Хочу сказать, как сильно я люблю ее. Хочу пообещать, что никогда и никому больше не позволю совершить подобное. Но сил нет. И только из глаз снова что-то льется. Чувствую, как немеет язык, а руки и ноги наливаются свинцовой тяжестью. А потом сваливаюсь на пол, отпуская все.

Эпилог

Голова шла кругом. С раннего утра на ногах — два совещания, крупные сделки. Я посмотрела на часы и ужаснулась, нужно скорее ехать домой. Если Батур вернется раньше меня и не застанет там, будет бурчать.

Сегодня особенный день. Семилетие у наших котят. И по хорошему, нужно было остаться дома, контролировать организационные вопросы во дворе. Рабочих столько, что можно подумать, будто строится дом. Утром, когда я выезжала в компанию, ребята ставили два огромных батута. Еще сооружают сцену и устраивают место для игр. Аниматоры уже должны быть на месте, гости будут через несколько часов.

— Зейнеп, — я вышла в приемную.

Секретарь подняла на меня глаза.

— Отмени все оставшиеся встречи. Мне срочно нужно домой.

Девушка улыбнулась и потянувшись к столу, достала из-под него огромный подарочный пакет.

— Передайте, пожалуйста, от меня ребятишкам.

— Ты не приедешь?

— К сожалению, не смогу. Мама сильно приболела — вздохнула та.

Я кивнула, закрывая дверь на замок.

— Хаят, хотела вам напомнить, на следующей неделе вы с господином Батуром приглашены на званый ужин с премьер-министром.

— Помню, — улыбнулась, вспомнив как на прошлых выходных я демонстрировала Батуру выбранное платье для вечера. Надо было видеть его налитые кровью глаза, когда я повернулась спиной. Она была обнаженной. От самого копчика. Тогда он пригрозил мне ремнем.

— Придется вылететь из Парижа на день раньше.

— Все-таки ваш муж — романтик. День рождение жены в Париже — это шикарная традиция.

Попрощавшись с девушкой, я отправилась к машине. По дороге домой думала о словах Зейнеп. Так и есть. Наши с Батуром