Диагноз: предательство - Слава Зорина

Щёлкнула выключателем и увидела… это!

Я стояла на пороге своей квартиры и пыталась осмыслить увиденное. Мозг отказывался обрабатывать информацию, будто завис на загрузке. Гостиная выглядела так, будто в ней устроили файт-клуб для особо буйных.

Подушки с дивана были не просто разорваны — они были уничтожены методично, с энтузиазмом террориста. Перья повсюду: на полу, на мебели, на телевизоре, даже на люстре. Как они туда попали? Ёлка лежала на боку, как пьяный после корпоратива. Ветки обломаны, советские игрушки раскатаны по всей комнате — вот шишка под батареей, вот Дед Мороз картонный возле двери, вот космонавт куда-то укатился в коридор.

Пакеты с продуктами, которые я точно, абсолютно точно убирала в холодильник перед уходом, были распотрошены. Селёдка размазана по ковру — прощай, дорогой турецкий ковёр, который мы купили в рассрочку. Майонез на стене. Как он вообще туда попал? Картошка под батареей. Лук в углу.

И посреди всего этого апокалипсиса лежал Тор.

Пластом. Не встаёт, хотя обычно при виде меня сносил всё на своём пути. Дышит тяжело, поверхностно, с усилием. Скулит тихо, жалобно. Глаза полузакрыты.

Сумка выпала из моих рук. Я упала на колени рядом с ним, адреналин ударил в голову так, что в ушах зазвенело.

— Тор! Тор, что с тобой⁈

Врачебный режим включился автоматически. Прощупала пульс — частый. Дыхание поверхностное. Живот вздут и твёрд как камень. Нам надо срочно к ветеринару. Немедленно!

Что он мог съесть? Я лихорадочно вспоминала всё, что читала о собаках. Хаски жуют всё подряд — это их особенность. Носки, тапки, игрушки, мебель. Но чтобы до непроходимости…

Я оглянулась на хаос вокруг. Пакеты с продуктами. Откуда они взялись? Я же убрала всё в холодильник. Или нет? Может, Владлен что-то купил и оставил? Но зачем?

Тор мог съесть пакет. Целлофан не переваривается. Или подушку — синтетический наполнитель тоже застревает. Или что-то ещё, что валялось в квартире.

Нужен ветеринар. Срочно. Счёт идёт на часы, может, на минуты.

Я схватила телефон, набрала Владлена дрожащими пальцами. Гудки. Три. Четыре. Пять.

«Абонент недоступен».

Я перезвонила. На третьем гудке сбросили.

— Что⁈ — прошипела я в пустоту.

Набрала ещё раз. Снова сбросили.

У меня в голове что-то щёлкнуло. Ярость накрыла горячей волной. Я хотела выругаться — матом, грязно, так как никогда в жизни не ругалась. Но сдержалась, стиснув зубы.

Написала сообщение, тыкая в экран так, будто хотела его пробить:

Елена: «ГДЕ ТЫ? ПОЧЕМУ НЕ ДОМА? СОБАКА УМИРАЕТ!»

— Сволочь, — вырвалось у меня.

Ответ пришёл через минуту. Целую минуту я сидела на полу, держа умирающего пса, и ждала ответа от мужа.

Владлен: «Я с коллегами в боулинге. Думал ты до утра на смене останешься, а раз дома никого нет, зачем сидеть одному? Телефон взять не могу, тут шумно очень. Что случилось?»

Я перечитала сообщение три раза. Боулинг. Коллеги. «Зачем сидеть одному».

Тор умирает, а мой муж катает шары в боулинге. Потому что «никого дома нет».

А собака, значит, не считается за «кого-то».

Я заблокировала телефон и засунула в карман джинсов. Руки дрожали от бешенства, которое некуда было деть.

Ладно. Разберусь сама. Как всегда.

Я открыла поисковик дрожащими руками, вбила: «круглосуточная ветклиника». Первая в списке — «ВетСпас», улица Ленина, 45. Пятнадцать минут езды.

Я схватила плед с кресла, расстелила на полу рядом с Тором и попыталась его завернуть. Пёс заскулил, но не сопротивлялся — значит, совсем плохо. Обычно он вырывался как бешеный при попытке что-то с ним сделать.

Подняла его.

— Господи, какой тяжёлый, — прокряхтела я.

Килограммов тридцать пять, если не все сорок. Я врач, я не таскаю мешки с картошкой, руки у меня офисные. Но адреналин творил чудеса — я подняла Тора и потащила к двери, открыла её ногой и вывалилась на лестничную площадку. Из квартиры напротив высунулась Тамара Ивановна, в халате, с бигудями на голове и зелёной маской на лице. Я чуть не уронила собаку от неожиданности.

— Леночка! — Она всплеснула руками. — Ты чего носишься⁈ Час ночи! Народ спит!

— Собака заболела, — выдавила я, пытаясь удержать Тора. — Везу в ветклинику.

— Ой, деточка! А что с ним?

— Не знаю, Тамара Ивановна, я не ветеринар. Кишечная непроходимость, похоже.

— Ой-ёй-ёй! — Она перекрестилась. — Бедная собачка! А Владлен где?

— В боулинге, — бросила я, волоча Тора к лифту.

— Как в боулинге⁈

— Если увидите его, передайте что я в ветклинике на улице Ленина. Хотя вряд ли он придёт.

— Ой, Леночка, держись! — Тамара Ивановна заламывала руки. — Я за собачку свечку поставлю! И за тебя! Ты главное не падай духом!

— Спасибо, Тамара Ивановна. Мне сейчас духоподъёмность не нужна, мне нужен ветеринар и чтобы Тор выжил.

— Да-да, конечно! Ой, а может тебе помочь донести?

Лифт приехал. Я затащила Тора внутрь.

— Спасибо, справлюсь. Лучше действительно свечку поставьте.

— Поставлю, обязательно! — крикнула она мне вслед. — И этому твоему Владлену морду набью, если увижу!

Двери закрылись. Я привалилась спиной к стенке лифта, держа Тора на руках. Пёс тяжело дышал, глаза полузакрыты.

— Держись, — прошептала я, раздумывая над тем, почему у соседки, вдруг так враждебность активировалась. Это было странным, но вникать особо не было времени, куда больше меня волновал пёс. Я взглянула на него, шепча, — ещё чуть-чуть потерпи. Я тебя не брошу.

Лифт довёз до первого этажа. Я вывалилась наружу, почти бегом добралась до машины. Открыла заднюю дверь, уложила Тора на сиденье. Он посмотрел на меня своими голубыми глазами, и в них была такая вина, такая мольба, что у меня перехватило горло.

— Не умирай, — сказала я, забираясь за руль. — Только не сейчас. У меня уже всё разваливается, не хватало ещё тебя потерять. Ты единственный, кто меня не обвиняет ни в чём. У меня уже всё и так все разваливается, не хватало ещё тебя потерять! Жми на газ, Лена, и не думай где твоего мужа носит и почему он не дома, когда несколько часов назад рассказывал что чуть ли не умирает!

Завела машину, выехала со двора. Снег валил густо, дворники еле справлялись. Дорога скользкая, под колёсами хрустит наледь. Обычно я езжу осторожно, но сейчас страх за Тора перевешивал всё.

Я жала на газ, обгоняла редкие машины, проскакивала на жёлтый. В голове крутились мысли, как белки в колесе.

Где Владлен? Почему сбрасывает звонки? Боулинг в час ночи? С коллегами? Откуда в квартире продукты, которые я убирала? Что съел Тор? Почему вообще всё пошло не так?

Ещё утром всё было относительно нормально. Ну, настолько нормально, насколько может быть