Развод с драконом-тираном. Хозяйка проклятого поместья - Диана Фурсова

— Я не…

— Это не просьба, — сказала Вера.

Грэм открыл рот, но закрыл. Посмотрел на Саймона, словно тот мог спасти.

Саймон только пожал плечами — мол, раз уж она пришла, пусть будет как сказала.

Они прошли по коридору. Под ногами хрустнуло стекло. Где-то наверху поскрипывало, будто кто-то ходил. Вера остановилась.

— Кто там? — спросила она.

Саймон побледнел.

— Ветер.

— Ветер не ходит, — спокойно сказала Вера. — Ветер свистит.

Грэм тихо выругался.

— Здесь… так бывает, — сказал Саймон. — Пожалуйста. Не смотрите наверх.

Вера посмотрела на него внимательно.

— Саймон, — тихо сказала она, — если вы хотите, чтобы я выжила, вы будете говорить правду.

Саймон сжал губы.

— Я хочу, чтобы вы уехали, — сказал он честно. — Тогда у вас есть шанс.

Вера кивнула.

— Шанса у меня нет, — ответила она. — У меня есть только работа.

Они вошли в кухню. Там было чуть теплее, потому что в камине тлели угли — кто-то поддерживал огонь, значит, дом не был совсем пустым.

У стола стояла женщина средних лет, широкоплечая, с руками, красными от работы. Она держала в руках нож — не угрожающе, но уверенно.

— Кто это? — спросила она Саймона.

— Хозяйка, — выдохнул он, будто это слово было камнем.

Женщина посмотрела на Веру с недоверием.

— Хозяйка? — она сплюнула в угол. — Последняя хозяйка умерла через неделю.

Грэм дёрнулся, как от удара.

Вера не моргнула.

— Как вас зовут? — спросила она женщину.

— Марта, — буркнула та. — А вам что?

— Марта, — Вера произнесла имя чётко. — Я не умру через неделю. И сейчас мне нужен чай, хлеб и список того, что у вас осталось.

Марта засмеялась — грубо.

— Список? У нас осталось два мешка муки, полмешка крупы и страх.

— Страх в список тоже запишем, — спокойно сказала Вера. — Только в графу «лишнее».

Саймон посмотрел на неё так, будто впервые увидел свет.

— Вы… не понимаете, — прошептал он.

Вера повернулась к нему.

— Я понимаю одно: если вы говорите «умирали», значит, тут есть причина. И я её найду.

Марта поставила кружку перед Верой так, что чай плеснул.

— Найдёте? — прищурилась она. — А если причина найдёт вас первая?

— Тогда мы познакомимся, — сказала Вера и сделала глоток. Чай был горький, слабый, но горячий — и это было важнее вкуса.

Грэм переминался у двери, готовый сбежать.

— Саймон, — Вера поставила кружку. — Где остальные?

Саймон вздохнул.

— Внизу. В старых комнатах. Там… безопаснее.

— Почему? — спросила Вера.

Саймон медлил, но Марта ответила за него:

— Потому что дом ночью просыпается.

Вера посмотрела на Марту.

— И что он делает?

Марта постучала ножом по столу — раз, два.

— Он зовёт. Скребётся. Шепчет. Иногда… — она скривилась. — Иногда забирает.

Грэм побледнел окончательно.

— Я пошёл, — выдавил он.

— Сначала деньги, — напомнила Вера. — И чай допей.

Грэм посмотрел на её лицо — и, видимо, понял: спорить бесполезно.

Вера откинулась на спинку стула, делая вид, что всё под контролем. Внутри же впервые за всё это время ей захотелось закрыть глаза и исчезнуть на минуту.

Уязвимость накрыла неожиданно: не слёзы, а пустота. Она вдруг подумала о том, как звучали скрипки за спиной, когда её уводили. Как Рэйгар сказал «свободна». Как не посмотрел.

Вера резко вдохнула — и сжала пальцы на кружке.

— Дайте мне бумагу, — сказала она.

Саймон моргнул.

— Бумагу?

— Да, — Вера подняла взгляд. — И уголь. Или чернила. Что угодно.

Марта фыркнула.

— Зачем?

— План, — сказала Вера. — Если дом кусается, значит, нам нужна пасть и поводок.

Саймон вдруг кивнул и исчез в коридоре. Вернулся с листами и огрызком угля.

Вера разложила бумагу на столе и начала писать.

— Первое: инвентаризация, — проговорила она вслух. — Еда, вода, дрова, инструмент. Второе: люди. Сколько их, кто умеет что. Третье: крыша. Четвёртое: охрана.

Марта хмыкнула.

— Охрана? Кого охранять? Тут же пусто.

— Пусто — это всегда обман, — сказала Вера. — Где пусто, там обычно кто-то прячется.

Грэм кашлянул.

— У вас… у тебя печать на руке, — сказал он, кивая на браслет. — Она… она не просто запрет. Она Чернокамень привязывает.

Вера подняла на него взгляд.

— Откуда ты знаешь?

Грэм отвёл глаза.

— Я возил сюда… — он замолчал.

Вера не давила. Она просто ждала.

Грэм сдался.

— Я возил сюда двух, — признался он. — Одну — молодую, плакала. Вторую — злую, как вы. Они… не вернулись.

Марта отвернулась, будто это было неприятно.

Саймон опустил голову.

Вера почувствовала, как по спине прошёл холод, но голос остался ровным.

— Что с ними случилось?

Саймон заговорил тихо:

— Первая пыталась сбежать. Браслет сжёг ей руку. Она… — он сглотнул. — Она сошла с ума от боли и страха. Вторая… думала, что победит. Она полезла наверх ночью. Дом не любит, когда его тревожат.

Вера медленно кивнула, запоминая.

— Значит, — сказала она, — правило номер один: не пытаться бежать. Правило номер два: ночью наверх не ходить. Пока.

Марта посмотрела на неё с подозрением.

— «Пока»?

— Да, — Вера подняла глаза. — Потому что потом мы будем ходить куда захотим.

— Мы? — Марта скривилась. — Вы говорите «мы», будто вам тут рады.

Вера улыбнулась.

— Мне не нужно, чтобы мне радовались. Мне нужно, чтобы вы жили.

Марта хотела что-то сказать, но промолчала. Саймон выдохнул так, будто ему стало легче.

— Вера, — неожиданно произнёс Грэм, — вам… тебе охрану прислали.

Вера подняла голову.

— Какую охрану?

Грэм мотнул головой в окно. Снаружи послышался стук копыт.

К кухне подъехали двое всадников в тёмных плащах. На их плечах — серебряные чешуйки. Драконья стража.

Вера поднялась, чувствуя, как внутри всё сжалось — не от страха, от злости.

— Он решил контролировать даже это, — сказала она сквозь зубы.

Марта фыркнула:

— «Он»?

— Герцог Арден, — холодно ответила Вера.

Саймон побледнел.

— Здесь… его люди? — шепнул он.

— Да, — Вера выпрямилась. — Но не факт, что по его воле.

Она вышла во двор.

Всадники спешились. Один был молодой, с лицом, на котором ещё не застыли чужие смерти. Второй — старше, с глазами, пустыми как сталь.

Старший заговорил первым:

— Вера Арден?

— Да, — ответила она. — Чего надо?

Молодой всадник дёрнулся, будто не ожидал такого тона.

Старший достал кожаный тубус и протянул.

— Приказ герцога Рэйгара Ардена. Вам выделена охрана на время… пребывания.

— На время ссылки, — поправила Вера.

— На время пребывания, — сухо повторил он.

Вера взяла тубус, не отводя взгляда.

— И в чём подвох?

Молодой всадник открыл рот, но старший сказал ровно:

— Подвоха нет. Мы здесь, чтобы вы не покинули поместье.

Вера усмехнулась.

— То есть вы — цепь с ногами.

— Если хотите, — пожал плечами старший.

Вера распечатала тубус. Внутри был короткий приказ с печатью дома Пепельных Крыльев. Почерк Рэйгара — резкий, узнаваемый:

«Стража остаётся при