Горячая проблема тайного советника - Тая Вальд

— Вам понадобится ваша академическая логика, мисс Лангар. Документ поступил час назад. Зашифровано. У вас есть время до обеда, расшифруйте.

И всё. Он снова уткнулся в какие-то свои бумаги. Я подошла, взяла лист. Бумага была плотной, хорошего качества. На ней ряды бессмысленных, на первый взгляд, символов. Не руны, не буквы известного алфавита. Абстрактные значки, похожие на завитки, точки, штрихи. Сверху зловещая пометка: «Срочно. Зашифровано».

До обеда у меня было меньше двух часов.

Вместо паники, которую, возможно, ожидал он, внутри меня что-то переключилось и заработало. Весь мир сузился до этого листа. Звуки — скрип его пера, потрескивание огня в камине — отступили, стали фоновым шумом. Я села на свой табурет в углу просто смотрела на бумагу, не пытаясь сразу искать ключ. Я впитывала. Запоминала. Мой мозг фиксировал каждый завиток, каждое сочетание знаков.

Потом я закрыла глаза. Перед внутренним взором висел тот же лист, но теперь я видела не хаос. Я искала паттерны. Повторяющиеся элементы. Всякая шифровка, даже самая сложная, строится на логике. На психологии того, кто её создал. Нужно думать, как он. Что он хотел спрятать? От кого? Какие ассоциации могли прийти ему в голову?

Я открыла глаза, взяла чистый лист и начала набрасывать предположения. Если это не буквы, то, возможно, слоги? Или целые слова, обозначенные одним символом? Я стала искать самые частые значки. Вот этот, похожий на перевёрнутую птичку, встречался семь раз. А этот, вроде тройной спирали, — пять. Я выписала их в столбик. Потом обратила внимание на расположение. Некоторые символы всегда стояли парами. Некоторые только в начале строки.

Это была головоломка. Самая сложная, какую я когда-либо видела. Но в этом и был кайф. Я забыла про время, про Ниэллона, про всё. Я вошла в то самое состояние потока, когда мир исчезает, и остаётся только задача. Я пробовала подставлять значения, отбрасывала, начинала заново. Мои пальцы быстро чертили на бумаге, покрывая её пометками, стрелками, гипотезами.

И вдруг — щелчок. Ещё один. Я увидела, что сочетание из трёх специфических значков повторяется трижды в одинаковых контекстах. Как будто это… название места. Или имя. «Арвендель». Сердце забилось чаще. Арвендель. Соседнее королевство. Всплывали обрывки информации из тех самых отчётов, что я разбирала. Пограничные споры. Нерегулируемая торговля.

Я стала подставлять это значение. И пошло. Как костяшки домино. Один расшифрованный фрагмент давал ключ к следующему. Значки, которые я принимала за завитки, оказались цифрами. Количеством. Спирали — обозначением «партия», «группа». Всё складывалось в жутковатую, но идеально логичную картину.

Когда я поставила последнюю точку, на башне дворца пробило ровно два часа. Я на пятнадцать минут превысила отведённое им время. Но это не имело значения. Потому что у меня в руках было не просто расшифрованное письмо. У меня была схема контрабанды оружия через границу с Арвенделем. Маршруты, точки передачи, кодовые имена. Информация, от которой кровь стыла в жилах.

Волнение захлестнуло меня с головой. Получилось. У меня получилось! Он должен был это увидеть. Прямо сейчас.

Я вскочила со своего табурета в углу, зажала в руках листы с расшифровкой и уже раскрыла рот, чтобы выпалить новость. И в этот самый момент дверь в кабинет резко открылась.

Вошел мужчина. Сразу было видно, что имеет право входить в этот кабинет без стука и приглашения. На вид ему было лет тридцать, не больше. Красивый, светлые, почти золотистые волосы, аккуратная бородка, взгляд умный, но такой, что мигом всё сканирует и оценивает. На нём был парадный мундир капитана Имперской Гвардии, и сидел он на нём безупречно.

Я застыла с разинутым ртом и листами в вытянутой руке. Капитан скользнул по мне беглым, любопытным взглядом — от моих растрёпанных рыжих волос до кончиков туфель — и тут же перевёл глаза на Ниэллона.

— Ниэллон, — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Не помешал?

— Вы уже вошли, капитан Рейнар, — ответил Ниэллон. Его голос был ровным, но в нём не прозвучало ни капли обычной для него ледяной вежливости. Было что-то… отстранённое. — Что вас привело ко мне, ещё и без предупреждения?

— Срочные новости с восточного кордона. Решил доложить лично. — Капитан Рейнар подошёл к столу и положил перед ним свёрнутый в трубку лист. После этого он снова посмотрел на меня. — А у вас, я вижу, пополнение. Новый архивный гений?

Я почувствовала, как краснею. Стояла посреди кабинета, не зная, опустить руку с бумагами или нет.

— Мисс Лилия Лангар, мой секретарь, — коротко представил Ниэллон. Он даже не взглянул в мою сторону. — Мисс Лангар, капитан Рейнар из Гвардейского управления разведки. Продолжайте делать, что делали, и не мешайте нам.

Это было сказано так, будто я пятилетний ребёнок, которого выпроваживают из комнаты, где веселятся взрослые. Жар от волнения сменился сменился холодом унижения. Но я уже не могла просто взять и сесть обратно в свой угол. Я разозлилась.

— Я как раз закончила, к тому же практически уложилась в два часа, — проговорила я, и мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. Я шагнула к столу и положила листок с расшифровкой прямо поверх того, что принёс капитан. — Донесение с печатью «Срочно. Зашифровано». Я его взломала. Там информация о каналах контрабанды оружия через границу с Арвенделем. Маршруты, явки, имена.

Наступила тишина. Капитан Рейнар приподнял бровь, его насмешливый взгляд стал внимательным. Ниэллон медленно поднял глаза на меня. Его лицо было совершенно спокойным. Он взял мою расшифровку, бегло просмотрел.

Потом он отложил её в сторону.

— Примитивно, — сказал он. Ровно. Без эмоций. — Шифровальная сетка образца последней гномьей кампании. В Гвардейском управлении её используют для тренировки новичков. Но для первого раза сойдёт.

У меня в ушах зазвенело. Я просто смотрела на него, не веря. Примитивно. Тренировка новичков. Вся моя победа, весь этот прорыв…

Капитан Рейнар вдруг засмеялся.

— Мои «новички» над таким материалом корпят по несколько дней. Вы молодец, мисс Лангар. И, главное, быстро справились. — Он снова посмотрел на Ниэллона. — Такие кадры на дороге не валяются. Если когда-нибудь решишь, что архив — не её место, мой отдел с радостью возьмёт её на стажировку. У нас там интересные задачи и… человеческое отношение.

Он сказал это непринуждённо, с обаятельной улыбкой. Но