Его опасная наложница - Злата Алексеевна Ионова

королева, был поверхностным и скучным. Они обсуждали вышивку, ткани, новые украшения, которые привезли купцы из южных земель. Какая-то рыжеволосая наложница, сидевшая по правую руку от королевы, с восторгом рассказывала о кружевах, привезённых из Фаренхейма.

— Они такие тонкие! — щебетала она, размахивая руками. — Моя горничная чуть не порвала их, когда я мерила! Можно представить?

Ирис с трудом сдерживала зевоту. Её мозг, привыкший к стратегиям, битвам и магическим потокам, отказывался воспринимать эти разговоры как серьёзные. Она сидела молча, разглядывая узор на скатерти и пытаясь не думать о том, как Пневма тихо ворочается у неё в груди.

— А вы слышали о генерале Беркуте? — внезапно спросила одна из наложниц — блондинка с ярко-алыми губами, и в голосе её послышалось настоящее восхищение. — Говорят, он лично возглавил отряд, который отбил набег на северные границы. Три сотни врагов обратил в бегство!

— О, я слышала об этом! — подхватила другая, брюнетка с томными глазами. — Моя горничная говорила, что он даже не получил ранения. Как можно быть таким неуязвимым?

— Он просто великолепен, — мечтательно протянула рыжеволосая, откладывая в сторону кружево. — Такие мужчины рождаются раз в столетие. Сильный, храбрый, красивый... Если бы я не была наложницей короля, я бы...

— Тихо, — оборвала её королева, но в голосе её не было злости, скорее усмешка. — Генерал Беркут — верный слуга короля. И не стоит забывать, что ваши сердца принадлежат его величеству, а не его генералу.

Женщины хихикнули, но тему не закрыли. Они продолжали обсуждать Захара — его подвиги, его силу, его суровую красоту. Кто-то с придыханием рассказывал, как генерал однажды спас карету королевы от разбойников, кто-то пересказывал слухи о том, что он может голыми руками согнуть меч.

Ирис слушала, и внутри неё всё сжималось. Она вспомнила вчерашнюю встречу. Тот двор. Тренировочную одежду генерала. Его серые глаза, в которых не было злобы, когда она ударила его. Только любопытство.

«Они говорят о нём как о герое, — подумала она. — А я ударила его ногой в живот. И он даже не разозлился».

Она опустила глаза в тарелку. Почему он молчит? Почему не рассказал никому, что на него напала наложница? Ведь это могло стоить ей головы.

«Я видела его в том лесу, — продолжала она размышлять. — И теперь он знает, что я умею бить. Но вместо того чтобы наказать меня, он предложил помощь. Зачем? Что ему от меня нужно?»

Она не успела додумать эту мысль, потому что в этот момент за дверью раздался шум.

Тяжёлые шаги. Громкие голоса. Кто-то кричал:

— Король идёт! Король идёт!

Женщины за столом мгновенно преобразились. Кто-то поправил причёску, кто-то одёрнул платье, кто-то принял расслабленную, небрежную позу, делая вид, что её не волнует происходящее. На лицах застыли маски — сладкие, фальшивые, готовые к любой роли.

Ирис тоже выпрямилась. Сердце забилось быстрее, и она мысленно выругалась на это тело. Оно было слишком восприимчивым.

Дверь с грохотом распахнулась.

И вошёл он.

Альдерик Мойтрезор.

Но главным была маска.

Белая, гладкая, без единого узора, из полированного металла, она закрывала верхнюю часть лица, оставляя открытыми только рот и подбородок. И глаза. Те самые глаза, которые Ирис видела в день пробуждения — голубые, как льдины, холодные и глубокие. Они смотрели поверх женщин, и в них не было ни капли тепла.

Ирис застыла.

Она смотрела на него и не могла отвести взгляд. Его маска, его походка, его голос — всё было властным, безупречным, почти нечеловеческим. Как статуя, ожившая и пришедшая в этот мир, чтобы подчинить его себе.

«Он красив», — подумала она, и эта мысль пришла внезапно, остро, как удар током. — «Невероятно красив».

Она сравнила его с генералом. Захар был грубее — простой, земной, с мятыми рубашками и потными висками. Его красота была естественной, человеческой, тёплой. А король… король был ледяным совершенством. Скульптура, вырезанная из мрамора и золота. Безупречная. Холодная. И от этого ещё более притягательная.

Ирис поймала себя на том, что рассматривает линию его скул, изгиб губ, то, как он сжимает перчатки в руке. В груди защемило, и она резко опустила глаза, прикусив губу.

«Он чужой мужчина, — напомнила она себе. — И он король. Ты — наложница. Одна из многих. Он не твой и никогда не будет. Прекрати».

Но в голове, как назло, всплыла мысль: «А генерал — обычный человек. Его можно коснуться. Его глаза улыбаются. А эти — только льнут, холодят».

Она заставила себя смотреть в стол, чувствуя, как щёки начинают гореть.

— Ваше величество, — королева Рейна поднялась со своего места, и в голосе её зазвенела лёгкая тревога. — Мы не ожидали вас. Какая честь...

— Я пришёл не за честью, — перебил её король. Голос его был низким, ровным, без эмоций, но он заполнил собой всё пространство. — И не за вашими вышивками и кружевами.

Он обвёл взглядом женщин, сидящих за столом. Каждая замерла под его взглядом, словно кролики перед удавом. Ирис чувствовала, как взгляд короля скользит по лицам, задерживается на одной, на другой — и проходит мимо неё. Она была в конце стола. Её почти не было видно.

— Я ищу кое-кого, — продолжил король, и в голосе его послышалась сталь. — Я узнал, что в последнее время одна из наложниц часто посещает Сад Камней.

Глава 6. Маска и полумрак

Король вошёл в зал, и воздух вокруг него словно застыл. Его сапоги гулко стучали по паркету, и каждый шаг отдавался в груди Ирис тяжелым эхом. Он не смотрел по сторонам, не окидывал взглядом женщин — он шёл прямо к королеве Рейне, и в его походке чувствовалась власть, не терпящая возражений.

Ирис замерла, вцепившись пальцами в край скатерти.

Король остановился напротив Рейны, возвышаясь над ней, как ледяная глыба. Наложницы затаили дыхание. Тишина в гостиной стала почти осязаемой.

— Кто из наложниц посещает Сад Камней?

— Это я, ваше величество.

Король молча взял ее под руку и увел в другую комнату. Дверь за ними закрылась.