Тайна блаженной Катрин - Светлана Щуко

мужа король отсылает в Новый Свет, он назначен губернатором французской колонии. Вы признаны официально погибшей. Так что с этой стороны у вас уже точно проблем не будет, а вот что касается вашего дядюшки, тут надо думать. Новость, что у вас есть сестра, конечно, впечатляющая. У графа действительно была содержанка, я её видел один раз и то мельком. Точно могу сказать, что у неё были рыжие волосы и она якобы погибла на охоте, упав с лошади. Так что тут всё сходится.

- Арджун, что вам известно о шевалье Дюссолье? Что движет им в стремлении заполучить наследство сестры? Неужели все эти преступления ради денег?

- Не могу сказать, что мы были близкими друзьями. Наши отношения сложно назвать доверительными, хотя я не могу припомнить ничего дурного о нём. У нас есть одна общая страсть — алхимия. Это и сблизило нас, хотя я бы не назвал наше общение особенно тёплым.

- Алхимия? — переспросила я, слегка приподняв бровь. — Интересная деталь. И как это связано с его одержимостью наследством?

Арджун задумчиво поджал губы, глядя в сторону.

- В алхимии есть поверье, что некоторые вещества и ритуалы могут даровать особые силы или знания. Возможно, Дюссолье надеется найти в наследстве своей сестры что-то, что поможет ему в его исследованиях. Или, быть может, он ищет не только материальные ценности, но и нечто большее — ключ к тайнам, которые, по его мнению, скрыты в этом наследстве.

Мы на некоторое время погрузились в молчание.

— Возможно, вы правы, Арджун, — медленно произнесла я, взвешивая каждое слово. — Хотя это всё ещё кажется невероятным. Самоцветы, добываемые в поместье моей матери, вот что его интересует, они действительно могут обладать какой-то особенной силой, ну, по крайней мере, некоторые из них, как, например, камень в моём кольце.

— Да, он в Индии очень интересовался ритуалами, связанными с драгоценными камнями, платил большие деньги за старинные манускрипты и даже один просил меня перевести.

— И что там было в этом манускрипте?

— Ритуал призыва. Я смог осилить лишь половину текста, язык древний, переводил больше по интуиции. Но могу сказать одно: все эти ритуалы очень опасны, если их применяет человек неопытный.

— Призыва кого?

— Умерших душ, если я правильно понял.

— Умерших душ, — повторила я медленно за Арджуном, вспоминая дневной рассказ Ганса, что в поместье моей матери, по мнению местных жителей, живёт приведение.

-Знаете Арджун, всё это очень и очень странно, люди, которые в последнее время встречаются мне, так или иначе связаны с тем поместьем, прям мистика какая-то.

Лекарь согласно закивал головой: «Возможно, возможно, но, хотя всему есть объяснения, люди, которые проживали там раньше, после закрытия шахт, оставшись без работы, подались в Париж за лучшей жизнью, переехал один, а вслед за ним и другие подтянулись».

- Может и так... В общем, как бы там ни было, я горю желанием посетить те места. Как только я помогу месье аптекарю с операцией королю, буду собираться в дорогу и... Я не успела договорить, на кухню вошёл месье Гюлен.

- Жанночка, Арджун, я закрыл аптеку, вы уже обсудили завтрашний визит к королю? - Аптекарь присел за стол и обратился ко мне: - Милая, позови Агнес, надо перекусить и заняться наброском плана на завтрашний день, что-то я разволновался, получится ли.

- Не переживайте, отец, раньше времени, - вставая из-за стола, ответила ему я. - Сделаете зарисовку обследования короля, а там уже будем решать, что делать дальше, - я ободряюще на него посмотрела и вышла из кухни на поиски Агнес.

Разговор с Арджуном натолкнул меня на мысль, что барон и шевалье были связаны каким-то договором, скорее всего, барон рассчитывал заполучить с помощью меня богатое поместье, а шевалье — свободный доступ в это поместье для поиска документа, хранившегося у меня. Я своей мнимой смертью спутала им все карты, это однозначно. От одного, будем надеяться, я избавилась навсегда, а вот второй... Если он одержим алхимией, как утверждает Арджун, то, боюсь предположить, что документ на право владения усадьбой — это ещё не всё, и дело не только в шахте самоцветов. Скорее всего, загадка кроется именно в этом месте и в нас с сестрой. Меня вдруг озарило. Я остановилась, ошеломлённая своей догадкой, и достала кольцо.

- Переселенцы! - воскликнула я. - Он знает! Вот я дурында, всё же так очевидно, вся информация лежала прямо передо мной на поверхности, а я её не видела. Ему нужны определённые камни, наша кровь и именно то место, где находится усадьба. - Я рванула обратно на кухню.

- Арджун! Я поняла, что нужно от нас шевалье. Мне срочно надо знать всё о переселенцах!

Аптекарь и лекарь смотрели на меня с настороженным удивлением, их взгляды скользили по моему лицу, словно пытаясь разгадать тайну, которую я сама не могла объяснить. Возможно, я действительно выглядела в их глазах как безумная, ведь мой разум, до этого момента упорно отрицавший происходящее, теперь был вынужден признать реальность, о которой я так долго не догадывалась.

Подсказки, разбросанные по моему миру и этому, наконец-то начали складываться в цельную картину, но каждая из них была как осколок зеркала, не позволявший увидеть полное отражение. Одинаковые фамилии, люди, места — всё это было предоставлено в помощь мне как эхо, как шёпот из другого времени или измерения.

Но как же всё непросто! Попасть сюда, возможно, значило изменить какой-то ход истории, а возможно, это был и вовсе не мой мир, не моя реальность. Не моя земля. Не моя судьба. Я просто здесь временный гость. Я могла только предполагать, и от этого предположения сердце сжималось в груди, а разум с отчаянием рвался к надежде вновь вернуться в мой мир, с невозвратом в который я уже было совсем смирилась. Мне сейчас не хватало элементарных знаний. И я была намерена во что бы то ни стало их добыть.

Спешно пересказав все свои догадки и сопоставив факты, мы с Арджуном переместились с кухни в кабинет аптекаря, дав возможность домочадцам поужинать и в то же время избавившись от посторонних ушей.

- Повторюсь, Катрин, что да, должны быть некие особенности у переселенцев помимо крови, текущей в их жилах. К сожалению, я о них не знаю. Но то, что переселенец должен точно знать и представлять, куда он хочет попасть, это однозначно.

- Да, я очень хотела попасть в замок