Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы - Диана Эванс

Они лежали, сплетённые, под шёпот ветра за стенами пещеры.

— Это… — она пыталась отдышаться.

— Да, — он закончил за неё, целуя её лоб. — Лучшая ночь.

И когда она засыпала у него на груди, он не отпускал её — даже во сне.

Глава 48

Когда они, запылённые и усталые, подъехали к подножию холма, на котором стоял замок её детства, их уже ждали. Не официальная встреча, а стихийное, трепетное ожидание. Слуги, почуявшие или узнавшие как-то иначе, высыпали во внутренний двор, толпясь у конюшен и у колодца. А на широких, залитых лунным светом ступенях главного входа стоял, опираясь на старинное копьё, старый стражник Гаррет. При виде двух фигур, выезжающих из лесной теми, он выронил из рук тяжелый факел, который с шипением упал в лужу, едва не погаснув.

— Боги праведные… Леди Эстрид? — его голос, обычно такой бодрый и командный, дрогнул и сорвался на шепот. Он протёр глаза заскорузлой рукой, будто не веря им. — Вы… вы вернулись! Живая!

Эстрид легко, почти по-девичьи, соскользнула с коня. Подошвы её сапог коснулись неровных, выщербленных, но до боли родных камней мостовой. Каждый булыжник здесь помнил её шаги и легкие, беспечные, и тяжёлые, уносящие прочь от горя. Она глубоко вдохнула воздух, пахнущий дымом очагов, яблоками из осеннего погреба и просто домом.

— Да, Гаррет. Вернулась. — Она улыбнулась, и в этой улыбке была усталость долгого пути и тихое, глубокое облегчение. — И, кажется, надолго. Если, конечно, мои комнаты ещё не отдали под склад.

Архайон оставался в седле на мгновение дольше, наблюдая за сценой. Его фигура, даже в человеческом облике, казалась инородной, слишком могучей для этого мирного двора. Его глаза, прищуренные, светились в темноте своим собственным, золотистым отблеском, высвечивая лица слуг, застывшие в изумлении.

— Если, конечно, тебя не ждёт здесь какой-нибудь скучный, заурядный жених из соседнего поместья, — пробурчал он сквозь стиснутые зубы, и в его ворчании сквозила не ревность, а скорее насмешливая готовность снова сражаться, если понадобится. — С целой свитой и брачным контрактом.

Эстрид обернулась к нему и рассмеялась — звонко, свободно, так, как не смеялась очень давно. Этот смех заставил Гаррета и слуг выдохнуть и улыбнуться самим, в нём слышалась их прежняя, бесшабашная юная госпожа.

— Идём, великий и ужасный дракон, — она протянула к нему руку, и в её жесте была не просьба, а приглашение. — Оставь свои страхи у ворот. Пойдём, я покажу тебе свой дом. Настоящий. Не каменные залы для приёмов, а то, что за ними.

Архайон наконец спрыгнул на землю, и земля под его ногами, казалось, слегка дрогнула. Он взял её протянутую руку, и его большая, тёплая ладонь полностью накрыл её пальцы. Они поднялись по ступеням, мимо ошеломлённого, но сияющего Гаррета, мимо молчаливых, но любопытных слуг.

И когда они переступили порог под древними, дубовыми сводами главного портала, резные ворота замка с глухим, торжественным стуком закрылись за ними. На этот раз звук был иным. Не звуком временного пристанища или вынужденного укрытия. Это был звук окончательности, звук возвращения. И, как они оба без слов понимали, звук начала. Насовсем.

Солнечный свет струился сквозь высокие витражные окна, окрашивая пол в замке Эстрид в переливающиеся узоры. Ее комната больше не напоминала аскетичные покои воина — теперь это было пространство, где сочетались два мира.

Человечья часть: дубовый письменный стол с картами и чернилами, книжные полки, заполненные фолиантами, подаренными Хранителями.

Драконья часть: на стене висел огромный коготь Архайона, который он «случайно» сломал во время тренировки, а у камина лежала груда драгоценных камней — его «вклад» в уют.

Эстрид потянулась, чувствуя, как чешуйки на плечах мягко поблескивают при свете. Она уже привыкла к этому — как и к тому, что теперь чувствовала приближение Архайона за несколько коридоров.

Дверь приоткрылась без стука — только легкий звук когтей по камню.

— Спишь? — его голос звучал насмешливо.

— Если бы ты не гремел, как телега с горшками, я бы ещё поспала.

Он фыркнул, и дымок вырвался из его ноздрей, привычка, от которой он так и не избавился в человеческом облике.

В столовой их уже ждал полный хаос.

— Ты выглядишь… чешуйчато, — раздался знакомый голос.

Лейнира сидела на подоконнике, перебирая виноград. Её волосы были коротко острижены, явно после какого-то приключения, а на поясе болтался новый кинжал — подарок от карликов Кузни Чёрного Камня.

Рядом, невозмутимо уплетая яйца с беконом, восседал Вейрик. Его плащ был заляпан грязью, а на щеке красовался свежий шрам.

— Мы в город заглянули, а потом подумали, а почему бы не проверить, не сгорела ли ты окончательно? — пояснил он, с наслаждением откусывая хлеб.

Эстрид закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.

— Как вы вообще проникли сюда?

Лейнира показала на окно:

— Твой дракон забыл, что не у всех есть крылья. Пришлось лезть по стене.

Архайон скрестил руки:

— Я чувствовал вас за милю. Просто решил посмотреть, сколько времени вам понадобится, чтобы сломать шею.

Вечером они собрались у огня, как в старые времена, когда ещё путешествовали вместе.

— Значит, теперь ты можешь… что, дышать огнём? — Лейнира скептически осматривала Эстрид.

Та вздохнула и подула на свечу, пламя вспыхнуло втрое сильнее.

— Пока только так.

— А крылья?

— Растут медленно, — пробормотала Эстрид, потирая спину. — Как зубы мудрости. Только больнее.

Вейрик засмеялся и протянул ей бутылку:

— Выпей. От зубов помогает.

Архайон отобрал бутылку первым:

— Ей нельзя. Алкоголь усиливает превращение.

— О, боги, — Лейнира закатила глаза. — Ты теперь как её нянька.

Эстрид бросила в неё подушку.

Утром гости собрались уезжать.

— На юге говорят, появился какой-то культ, — объяснил Вейрик, затягивая ремни на седле. — Решили проверить.

Лейнира вдруг обняла Эстрид, крепко, по-дружески.

— Если станет тяжело, крикни. Мы примчимся, даже если придётся дракона за хвост тащить.

Архайон зарычал, но в его глазах светилась тёплая усмешка.

Когда ворота закрылись, Эстрид почувствовала лёгкую грусть… но также и уверенность.

— Привыкнешь, — сказал Архайон, обнимая её за плечи. — Теперь у тебя два мира. И в обоих тебя ждут.

Она прислонилась к нему, слушая знакомый ритм его сердца.

— Я знаю.

Замок затихал, когда луна поднималась над башнями, заливая серебристым светом спрятанный сад за северной стеной. Его разбили по приказу Эстрид — здесь росли ночные цветы, распускавшиеся только в темноте, и стояла маленькая беседка, увитая плющом.

Архайон ждал её там.

Он сидел на краю мраморного фонтана, его тенистые крылья были расслаблены, а в руках — кубок с вином, которое он терпеть не мог, но пил, потому что она