Я вылечу тебя - Джиджи Стикс

нескольких наших разговоров. Я попыталась отмахнуться от него, сказав, что наконец-то открыла Лайлу свое сердце и рассказала о том, что чувствую себя ущемленной из-за того, что меня затмила женщина помоложе, но этот чертов психотерапевт хотел знать, в чем разница.

Какое это имеет значение? — спросила я. Шарлотту уволили. Доктор Форстер объяснил, что понимание того, как я убедила Лайла избавиться от Шарлотты, может помочь мне в будущем избежать конфликтов с мужем.

Я сказала ему, что наши с Лайлом отношения снова идеальны. Он спрашивал, как я справляюсь с ролью матери, но мне нечего было ответить. Новорожденный — это легкая прогулка по сравнению с моими травмированными близнецами.

Разговор больше походил на игру в шахматы, чем на психотерапию, так что, наверное, это был последний раз, когда я с ним разговаривала, пока не вернется Долли. Я не могу рисковать, чтобы кто-то узнал правду. Даже если власти не станут слишком сурово наказывать психически больного десятилетнего ребенка за убийство Шарлотты, Лайл не отделается легким испугом за сокрытие убийства.

Кем он себя выставляет? Пособником? Тогда и я тоже соучастница, раз настояла на том, чтобы мы не вызывали полицию.

Позже я отвела Хита в детский сад. Когда я открыла его корзину для белья, вся его одежда была изрезана ножницами. Такой акт саботажа вполне в духе Эми в отместку за жестокость Долли, но меня не проведешь.

Я даже не могла разозлиться, как обычно. Вместо этого меня охватило всепоглощающее чувство страха.

Что за девчонка хладнокровно убивает женщину, обвиняет в этом ее ни в чем не повинную сестру, чуть не зарезает ребенка, чтобы напасть на сестру за то, что та существует, а когда это не срабатывает, подставляет ее, обвиняя в том, что она испортила одежду ребенка?

Хочу ли я, чтобы она вернулась?

Это ужасно, но мне нужно подумать о благополучии и дальнейшем выживании других моих детей. Тех, кто не выражает свой гнев с помощью острых предметов.

Я показала корзину Лайлу, и он уставился на нее, лишившись дара речи. С его лица сошла вся краска, и на нем появилось выражение, которого я никогда раньше у него не видела, — страх. Страх за наших детей, страх за нас и страх, что Долли превратилась в чудовище.

В ту ночь он допоздна работал в своем кабинете. Думаю, он до сих пор не может прийти в себя после чудовищных злодеяний, совершенных нашей дочерью. Я легла спать, полностью готовая к тому, что, проснувшись, обнаружу, что его половина кровати пуста, если не считать рукописной записки, в которой он пишет, что не справляется.

Но на следующее утро он лежал рядом со мной и крепко спал. Но когда я взяла Хита из кроватки, на его комбинезоне было пятно крови.

 

38. АМЕТИСТ

Я стою между деревьями, нажимая на заклинивший спусковой крючок. Сердце колотится так сильно, что, я уверена, Грант слышит, как оно отбивает ритм моего страха.

Он замирает в шести метрах от меня, подняв руки. Его грудь вздымается, как кузнечные мехи, но паника скоро пройдет. Через минуту он поймет, что оружие бесполезно. Потом он повалит меня на землю, как в аэропорту, и отнесет обратно к автобусу.

Я могла бы сбежать, но последние несколько дней в X-Cite Media лишили меня сил.

В любом случае я в заднице.

Давление сжимает мою грудь, грозя раздавить легкие. В лесу тихо, слышно только наше тяжелое дыхание. Взгляд Гранта скользит по пистолету, затем возвращается к моим глазам, его челюсть двигается под белой маской.

Ксеро кладет руку мне на плечо, но это не помогает снять напряжение.

— Убери палец со спускового крючка. Пора сменить тактику.

Грант делает осторожный шаг вперед.

— Положи пистолет, Эми.

У меня перехватывает дыхание. Он знает. Знает, что пистолет бесполезен. Знает, что я бессильна. Он знает, что рано или поздно он снова запихнет меня в этот автобус.

Над головой шелестят листья, смешиваясь с жужжанием крошечных лопастей вертолета.

— Представляя их галлюцинацией, не обращай внимания на звук и сосредоточься на непосредственной угрозе.

— Я же сказала тебе держаться подальше, — рычу я.

— Что ты делаешь? — спрашивает он. — Дельта уже в пути. Нам нужно убираться отсюда. Сейчас.

Мой желудок свинцовой тяжестью опускается на лесную подстилку, ударяясь о нее с болезненным стуком. От одной мысли о том, что я проведу еще минуту в компании Дельты, у меня от ужаса сводит спину. Каждый нерв воспламеняется от мысли о том, что я, возможно, смогу украсть автобус.

Набравшись храбрости, я бросаюсь на Гранта, все еще направляя пистолет ему в грудь.

— Не делай этого, Эми. — Он отступает на шаг, расставляя ноги пошире и готовясь к удару.

Я набираю скорость, чувствуя прилив адреналина и страх.

Он дергается, готовый сбить меня с ног. В последнюю минуту я ныряю под его руку и бегу сквозь деревья обратно к дороге.

— Пойдешь за мной, и я правда выстрелю, — кричу я через плечо.

Деревья проносятся мимо, сливаясь в одно пятно. До автобуса остались считаные секунды, его дверь открыта. Если я успею добраться до водительского сиденья раньше Гранта, у меня наконец-то появится шанс сбежать.

Я тяжело дышу, мышцы ноют при каждом болезненном шаге. Я продолжаю двигаться вперед, подгоняемая пьянящим коктейлем из отчаяния и ужаса.

Когда я выхожу на дорогу, за моей спиной раздаются тяжелые шаги Гранта. От этого звука волосы у меня на затылке встают дыбом. Я потерплю неудачу. Этот обходной маневр ничего не даст. Тогда Дельта догонит автобус и убьет нас обоих.

Сверху раздаются выстрелы, и я замедляю шаг. Я оглядываюсь и вижу, как Грант падает на землю под градом пуль.

У меня отвисает челюсть, а сердце ухает куда-то в желудок. Какого черта? Как Дельте удалось так быстро отправить этот беспилотник? Он парит над верхушками деревьев, его камеры направлены на меня.

— Ты следующий, — рычит Ксеро. — Беги!

Я резко оборачиваюсь и вижу черную машину, мчащуюся к нам со стороны лечебницы. Паника пронзает мое сердце. Наверное, это Дельта, они пришли, чтобы утащить меня на тот свет.

Вкладывая все силы в бег, я несусь к автобусу. Его выцветший желтый кузов блестит на солнце, как последний проблеск надежды. Дрон следует за мной, обстреливая меня. Я настолько оцепенела от страха и кортизола, что даже не чувствую пуль. Я запрыгиваю в автобус и плюхаюсь на водительское сиденье.

Но когда я хватаюсь