Злодей моей мечты - Кира Лин

Честно говоря, я удивлена, что на Вельторна работают живые люди. В этом замке впору хозяйничать демонам да призракам, обстановка подстать.

В завершение мне на голову накидывают фату — лёгкую, прозрачную, усеянную мелкими кристаллами. И мир затягивается вуалью. Всё кажется далеким, приглушённым. Смотрю сквозь тонкую ткань, как сквозь тюремную решётку.

В зеркале отражается идеальный образ: аристократическая осанка, сверкающие камни, гладкая кожа, шлейф, волочащийся по мраморному полу. Но я отказываюсь это принимать.

В голове не укладывается происходящее. Он и правда собирается это сделать!

Объявит меня своей женой. И я… Я не смогу сказать «нет». Только ценой своей жизни, которая мне уже не мила без Райвена.

Губы дрожат. Уголки глаз горят. Украдкой сглатываю слезы. Нет, я выдержу. Вельторн ещё пожалеет, что связался со мной. Не позволю ему насладиться моим отчаянием.

Служанки отступают. В комнате становится пусто и гулко. Через несколько секунд дверь открывается. На пороге появляются двое мужчин в чёрных плащах, на груди — герб Вельторна: змея, свернувшаяся в кольцо и кусающая собственный хвост.

— Пора.

Порыв ветра из коридора треплет фату. Я медленно поднимаюсь. Платье тянет к полу, шлейф ползёт за мной, как белый дым.

Охрана идёт по бокам. Как будто я беглянка. Или приговорённая. Даже не знаю, что мне нравится больше.

Меня ведут в зал церемонии, и я больше не сопротивляюсь. Даже головой не верчу — какой в этом смысл? Всё уже решено. С каждым шагом платье шелестит, а сердце будто перестало биться. Оно сжимается, оставляя в груди пустоту.

По винтовой лестнице спускаемся вниз. Каменные стены сырые, с потеками. Мрамор ступеней звенит под подошвами туфель. Из окон видны обрывистые скалы, вспененное море и тучи, нависшие, как угроза над моей головой. Мир за этими окнами кажется недостижимым.

Боюсь, мне уже никогда не увидеть его вживую, только через магическую решетку окна.

Внизу распахивается высокая дверь. Нас впускают в зал. Просторный, с купольным потолком, темными фресками и множеством свечей в бронзовых канделябрах. Пол выложен мозаикой.

Гостей немного. Пара чинно застывших магов в масках. Седые чиновники, чьи глаза холодны, как лед. Женщина в черном платье до пола, вуаль скрывает лицо. Все напряжены, как перед казнью. И оборачиваются ко мне.

Я даже не вникаю, кто они. Только замечаю общую черту — от всех веет чем-то… неправильным. Темной магией. Продались Вельторну.

Эти люди не друзья и не родные. Им плевать на меня. Они пришли посмотреть, как торжествует зло.

И среди них ни одного знакомого лица. Что не может не радовать.

Но и Райвена нет….

Сердце сжимается так, что я невольно ахаю. Не пришёл. Не успел. Не смог. Жив ли он?!

Каблуки туфель стучат по полу, разбивая гулкую тишину.

Поднимаю глаза только однажды и вижу жреца. Высокий, костлявый, с черными прожилками на коже и глазами, в которых нет ни тени света. Пальцы тонкие, с кольцами и рунами. Его лицо напоминает восковую маску.

За спиной жреца стоят два помощника в одинаковых тёмных капюшонах, безликие, как статуи.

Алтарь передо мной — мрачный, но безумно красивый. Чёрный камень, обвитый серебром, сияние огней, отражающееся в полу. Проклятая красота.

Меня подводят ближе, и я покорно делаю шаг… ещё один… Ещё.

И вдруг отвлекаюсь на движение слева, сердце болезненно ударяется о ребра.

Скольжу взглядом по фигурам за спиной жреца, и что-то во мне вспыхивает. Огонек надежды?

Один из помощников ниже ростом, капюшон сбился чуть набок. Что-то с ним не так, не вписывается в идеальную картину. Отмечаю торчащую прядь волос, линию скулы… глаза.

Мартин?!

Я не верю глазам. Моргание не помогает — он всё ещё там.

Какого?! Проклятье! Что он делает здесь? Почему в этом зале? Даже сюда сумел пробраться?! Какой же он ид….

Одергиваю себя и жадно втягиваю воздух. Он даже не смотрит на меня. Стоит с опущенной головой, будто так и надо. Как он сюда попал?

На миг хочется вскрикнуть, рвануться к нему, окликнуть. Но что, если ошибаюсь? Что, если… это часть игры? Ловушка? Или, страшнее — что, если это правда, и он добровольно встал по ту сторону?

В груди начинает медленно нарастать паника. Но я не подаю виду. Поздно сомневаться. Поздно надеяться.

Скоро всё закончится.

Никто не двигается. Жрец стоит в ожидании. Лишь пламя свечей тихо потрескивает в тяжёлой тишине.

Шёпоты давно стихли. Ладан всё ещё душит, но теперь в воздухе витает что-то ещё…. Напряжение.

Слышу глухой шум за дверьми — то ли шаги, то ли звуки борьбы — но не придаю значения. Здесь, в этом замке, всё кажется чужим и неправильным. Шумом больше, шумом меньше.

Опускаю взгляд. Пальцы в перчатках сжимаются в кулаки. Ладони жжёт рвущаяся на воля магия. И я отпущу ее, как только Вельторн приблизится. Не позволю ему прикоснуться ко мне! Даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни.

Пусть всё закончится. Поскорее.

И в этот момент тяжёлые двери распахиваются с гулким треском. Я резко поднимаю голову и опускаю руки, на кончиках пальцев потрескивают молнии. Все одновременно оборачиваются. Жрец хрипло вдыхает, маги настораживаются, гости как по команде тянутся к потайным карманам и поясам.

А я… Я просто замираю. Выжидаю момент.

Звук шагов — решительный, спокойный, но с каждым эхом приближается, будто молотом по сердцу.

Кто-то подходит сзади, и прежде чем я успеваю вскрикнуть, меня берут за плечи. Крепко, но не грубо. Поворачивают.

Вот он, мой конец.

Сжимаюсь, сердце бешено колотится. Пожалуйста, только не он. Только не Вельторн.

Поднимаю ладони и подаюсь вперёд, намереваясь упереться ими в грудь чудовища и пронзить молниями, насколько хватит сил и самообладания. Выплесну всю магию до капли!

В ушах шумит кровь….По венам струится сила. Я готова!

Но передо мной — не он.

Передо мной Райвен….

Райвен. В чёрном расстегнутом камзоле, с горящими золотыми глазами и тенью драконьей силы, проступающей сверкающей чешуей на коже. Дышит ровно, но я чувствую — внутри он пылает.

Давлю в себе крик, сжимаю пальцы в кулаки в самый последний момент. О, драконьи боги, я же чуть не напала на него! На своего любимого дракона!

Выдыхаю имя, почти шёпотом:

— Райвен… наконец-то…

Улыбка скользит по губам, но тут же гаснет, уступая нахлынувшей обиде. Во мне поднимает голову гнев. Голос срывается:

— Где ты был? Почему так долго?! — капризно топаю ногой.

Он делает вид, будто задумывается. Касается подбородка двумя пальцами, прищуривается с ленивой насмешкой:

— Я…. Прорывался к