Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко

— Красивой? — повеселела Лирка.

Даже у служивых Харинской заставы имелась парадная форма. Выгуливать её, правда, было негде, только на официальных смотрах высокого начальства. Чтобы жуликоватые подчинённые не смели продавать дорогую одёжу, хаварий выдал распоряжение, что растяпа, «потерявший» её, обязан выплатить в казну десять золотых — сумма достаточная, чтобы беречь войсковое имущество.

Пограничная форма разведотрядов была полностью чёрного цвета. Парадная от служебной отличалась лишь материалом и пошивом сюртука. Последний в службе не использовался, вместо него для удобства носили куртки. Строго подогнанный по фигуре, с длинными рукавами, стоячим воротником и полами до середины бедра, парадный сюртук не очень подходил для полевой работы.

У Лирки сюртук доходил до колена. Хаварий распорядился пошить после того, как один из заезжих начальников, глядя на женщину в строю, заявил, что «кабы не исполосованная рожа, то девка была бы самое то». И начальник заставы решил, что чем меньше видно высоким господам, тем спокойнее им служится.

Единственным ярким пятном на форме были узоры, которые говорили о чине и роли вояки. У Лирки это была серебристая облачная вышивка, опоясывающая рукава вершка на два выше локтя, — метка мага.

— Ты очень красивая! — Ханён с восторгом, с каким могли смотреть только мальчики на бравых военных, глядел на серебристую вышивку и явно с большим трудом держал руки при себе, чтобы не коснуться натёртых кожаных ремней и строгих чёрных ножен.

— Я красивая или форма? — насмешливо уточнила Лирка.

— Ты в форме. А почему ты пришла сюда? — мальчик с любопытством осмотрелся и, заметив табличку, склонился над ней. Зашевелил губами, про себя читая имя. — Эти деревья выросли из пепла папы?

— Да.

Ханён поджал губы, свёл бровки и немного отстранился от матери, принимая более почтительную позу.

— Здравствуй… отец, — мальчик поклонился и немного запнулся, пробуя на вкус слово, с которым ему не к кому было обратиться.

Он неловко заёрзал и умоляюще посмотрел на мать. Что ещё сказать давно умершему оборотню, которого ты никогда не видел?

— Пойдём, — Лирка первая выбралась из-под деревьев. — Мне уже пора, возвращайся в храм и присмотри за Золотинкой. Господин Руахаш и так очень нам помог, нянчился с ней всю ночь.

— А мне нельзя во дворец?

Женщина с трудом сдержала дрожь и мягко улыбнулась.

— Нет.

— Там так же опасно, как в Лесу?

— Э-э-э… нет.

Боги, почему именно её ребёнок чует ложь?

— Просто дворец — это чужой дом. И его хозяин не любит, когда приводят гостей.

— Я бы только посмотрел, — обиженно протянул Ханён. — Тех, кто не любит гостей, боги наказывают.

— Его уже наказали. Проводишь меня до ворот?

Ханён с энтузиазмом кивнул.

У ворот Лирку ждал сюрприз. Рядом с неподвижными часовыми нетерпеливо мялись одетые в парадное Онт и Мхян. Сразу заподозрив неладное, женщина ускорила шаг.

— Где ты ходишь? — набросился на неё Мхян.

— Что такое?

— Нарочный прибыл полчаса назад, — мрачно отозвался господин Онт. — Куратор Арванского вопроса велел всем прибыть во дворец.

Огромная территория дворца и его архитектура произвели на Мхяна неизгладимое впечатление. Парень так и замер в воротах с распахнутым от изумления ртом.

— Это что? Всё руками построено? — не мог он поверить.

— Нет, сами как грибы выросли, — беззлобно усмехнулся Онт, скрывавший робость под напускной бравадой.

Лирка дворец видела не впервые. Он, правда, малость видоизменился. Но внутри никогда не была.

Зато была под ним, в Подземном городе, и негативное впечатление от его посещения полностью выдавило волнительный трепет и предвкушение.

— Слушай, нам точно туда? — Онт всё же не выдержал и придержал Лирку за локоть.

— Нас же вызвали.

— Нет, я про то… Может, нам со двора как-то войти? — оборотень с сомнением окинул каменный ансамбль взглядом, пытаясь предположить, где тут мог быть двор.

— Если зайдём со двора, нас как шпионов заколют. Раз вызвали, идём через парадный.

— Тем более мы же герои? — Мхян браво тряхнул головой, пытаясь убедить хотя бы себя. — Герои!

— Тёмные, я так в Лесу никогда не робел, — всё же признал Онт, и они зашагали к парадному входу.

Препятствий им никто не чинил, а внутри уже ожидал светловолосый господин, в котором Лирка признала вчерашнего помощника хайнеса. Даже сперва решила, что он встречает её, чтобы проводить к новому месту службы, но он вежливо со всеми поздоровался и попросил следовать за ним.

Мхян и Онт предпочитали отмалчиваться и лишь во все глаза смотрели на роскошь вокруг. Лирку же неизвестность тяготила.

— Сильнейший будет присутствовать при разговоре? — она не понимала, зачем куратор устроил встречу прямо во дворце.

— Конечно, — подтвердил её опасения господин Саврий.

— Сам Сильнейший⁈ — тихо ахнул Мхян. — Мы хайнеса увидим? А каким манером его встречать? Поклоны…

— Мы военные, — побелевший господин Онт строго на него посмотрел. — Веди себя как на смотре у высокого начальства. Стой и молчи.

«Вот любопытная скляда!» — выругался Иррес.

«Этого стоило ожидать», — не согласился с ним господин Наэш.

Их провели на третий этаж и оставили в небольшой гостиной, обставленной столь изыскано, что Мхян усомнился:

— Это точно для оборотней? Смотрите, — он ткнул пальцем в стул с ножками в виде мощных птичьих лап.

— Не прикасайся, — одёрнул его нервничавший господин Онт.

Через четверть часа за дверями раздались быстрые и решительные шаги. Створки резко распахнулись, пропуская беловолосого хайнеса, одетого довольно просто: в светлые штаны и кое-как зашнурованную сорочку. За ним по пятам следовал господин Саврий, который держал в руках бежевый, расшитый золотой нитью камзол, а на его плечи был накинут роскошный длиннополый кафтан той же расцветки.

— Доброго утра, господа! Не будем тянуть время, присаживайтесь, — Узээриш махнул рукой на изящные кресла, но служивые остались стоять на месте.

Только Лирка дёрнулась, но, посмотрев на товарищей, осталась стоять рядом с ними навытяжку.

— Мы рады приветствовать Сильнейшего, — под паническими взглядами сослуживцев женщина спокойно поприветствовала хайнеса и едва уловимо вздрогнула, когда заметила синеватую тень в нижней части лица повелителя Салеи.

Вот же Тёмные…

— Времени у меня очень-очень мало. Возможно, вызову ещё не раз, — выхватив у Саврия тонкий кожаный бювар, Риш бегло осмотрел вложенные документы и пробежался глазами по письму хавария Харинской заставы.

Затем вновь осмотрел служивых, задержав взгляд на их нашивках: светло-зелёной у Онта, почти рыжей у Мхяна и серебристой у Лирки.

— Смотрящий, посыльный и маг. Как часто с отрядом на задания ходили?

Онт и Мхян непонимающе переглянулись и почти с отчаянием уставились на невозмутимую Лирку.

— Разведотряды ходят на задания полным