Всё начинается с нуля - Ания Сказ

— Кроме того, — я покосился на её посеребрённые сединой косы, — вы хотите стать ибатом в столь почтенном возрасте?

Женщина спокойно расстегнула ворот красной свободной рубахи. Взору предстала сетка татуировок, уходящих от шеи вниз к груди и солнечному сплетению.

— Мой отец не был эльфом, а мать я вообще не помню. Ромары не образуют семейные союзы, начиная свой жизненный путь в одиночку, — палец указывал на почти стертое тату остроконечной звезды у самого сердца, — и заканчивают его также. С самого детства, все главные вехи мы закрепляем на теле. Как видишь я проделала довольно длинный путь. — Она очертила рукой россыпь точек и маленьких картинок на дряблой коже. Среди которых были гадальные карты с особым смыслом, точки линии и завитки. Я не сомневался, что они обладают сакральным смыслом для женщины их носящей.

— Остался последний виток, — её палец остановился на линии, оборвавшейся ниже колена, — как ни странно он ведет на полуостров к эльфам. Это судьба. Моя провидэнция.

Я все еще находился под впечатлением от увиденного зрелища, когда рискнул спросить: — Почему же вы сами не попроситесь на корабль?

Ромарка презрительно фыркнула. — Какой в этом смысл? Эльфы, как и люди, ненавидят и не принимают ромаров.

В какой-то мере я понимал её. К эльфам у людей сейчас было похожее отношение. Особенно к пленным. — Хорошо, — согласился я, подавив чудовищный зевок, — Приходите утром. Если обещаете вести себя смирно, возьмем вас с собой.

Ромарка удовлетворенно кивнула и отчалила на свой чердак.

А я ритмично покачивался в гамаке, ловя ускользающую дрёму. Налетевший прохладный ветерок и яростный запах сушащейся рыбы не способствовали расслаблению. Раздраженно перевернулся на спину. Уставился в небо. Оно здесь было чёрное, высокое и щедро усыпанное мириадами звёзд. Возможно, теперь с одной из них на меня укоризненно взирала Шарин. В груди болезненно кольнуло.

— Прости, что не сберёг. — Прошептал я ввысь. Мое дыхание тут же подхватил озорной ветер, унося тоску о несбывшемся далеко в море.

Считая мерцающие блики, сам не заметил, как уснул. Веки смежились, погружая меня в полную темноту. Которая от чего-то начала шевелиться. Сначала я замечал только голубоватые искры, пульсирующие в огромных крыльях, затем на меня не мигая уставился круглый янтарный глаз, размером с хорошее блюдо. Короткий, остро-пронзительный крик разнесся вокруг. Птица дернула головой посылая сквозь темные перья новую искрящуюся электрическую волну. Я вздрогнул, хотя бояться мне было нечего, я вновь парил над бытием бесплотным духом. И все бы ничего, вот только я боялся того, что мог увидеть здесь. Одно дело предполагать о смерти близкого человека, совсем другое созерцать его хладный труп, без шанса на помощь.

Загнутый медный клюв хищно щёлкнул.

Возле моих ног сдавленно всхлипнули. Сердце забилось чаще….

— БАБАХ! — Дощатая дверь врезалась в стену, разметав вокруг себя клубы снега и пыли. В проёме маячила женская фигура, в меховой безрукавке. Перед собой незнакомка воинственно сжимала вилы.

— Кто здесь? — Прошелестела она на эльфийском языке, делая странные шипящие акценты на звонких и глухих согласных.

Наверное, какой-то местный диалект. — Мельком подумал я, наблюдая как женщина поднимает с земли лампу с двумя светящимися шаровыми молниями внутри. Подняв светильник высоко над головой, она вгляделась вглубь помещения, служившего не то сараем, не то конюшней.

Её внимательные глаза под ярким платком были такими же как у Далара Шелд'Арина, с одним лишь отличием. У незнакомки они отливали зеленью.

Подняв светильник ещё выше, осмотрела рваную дыру в соломенной крыше, с края которой свисал кусок тряпки. Лицо незнакомки нахмурилось. Вторая рука крепче сжала вилы. Птица снова вскрикнула и переступив мощными ногами, поспешила убраться подальше от источника света.

Наконец женщина обнаружила разворошенную груду соломы, растекшуюся практически у моих призрачных ног.

Как же мне хотелось самому сбросить верхний слой сухой травы и убедиться, что надежда моя не напрасна. Ну или хотя бы поторопить незнакомку, но та, как на зло и не думала спешить. Раздражающе медленно опустила фонарь на устланный точно такой же соломой пол. Ещё медленнее приблизилась, шурша юбкой по сухой траве и настороженно ткнула вилами в горку сена.

Я едва удержался от взрыва возмущения.

— Что творит окаянная, а если там живой человек?!

Находящийся в укрытии некто, мою точку зрения, по-видимому, разделял. С протяжным стоном из снопа показалась тонкая рука вся в ссадинах и синяках. Изловчившись, женщина подцепила верхушку сена вилами и отбросила в сторону. В свете фонаря появилось бледное лицо Шарин с длинной царапиной на щеке. На правом бедре от сорочки был грубо оторван приличный кусок ткани, на колене алела крупная ссадина. Под плечом виднелась резная рукоятка ножа. Оставалось надеяться, что она не поранила себя, но следов крови заметно не было.

Я не знал, радоваться появлению принцессы или волноваться ещё сильнее. Шарин однозначно жива, но вот сколько она протянет в таком состоянии оставалось вопросом.

— Вставай! — Прошелестела незнакомка.

С её странной манерой говорить, даже крик получался томным. Она вновь ткнула Шарин вилами в бок, но уже не острием, а рукоятью. — Кто ты такая и почему вломились ко мне?

Морщась от боли, Шарин приняла вертикальное положение. Все её хрупкое тело сотрясалось от холода.

— П-пожалуйста, п-помогите, я х-хочу вернуться д-домой… — Запинаясь, произнесла Шарин на ломаном эльфийском.

У бедняги зуб на зуб не попадал.

Женщина сузила зелёные глаза, качнулась в сторону, ближе приглядываясь к непрошеной гостье.

— Ты человек, — прошелестела она удивлённо, — здесь не живут люди. Откуда ты?

— З-Златавир. — Выдавила из себя Шарин.

— Даже спрашивать не буду как тебя сюда занесло.

Но помочь я тебе ничем не смогу. А если ли бы и могла, то не стала бы. От тебя за версту несёт магией Норхиля. Не знаю для чего ты им понадобилась, но ссорится с верховным я не стану.

— М-мой отец, он б-богатый человек, вам з-заплатят з-золотом.

Женщина усмехнулась.

— Ваша валюта здесь не в ходу. Дам тебе одежду потеплее и проваливай, без тебя хлопот хватает. Сиди здесь. — Хозяйка сарая плавно развернулась к входу.

Вопреки её словам, Шарин тяжело поднялась и похромала следом.

— Я н-не знаю куда идти, м-меня обманом выкрали из д-дома. — В голосе принцессы послышались слёзы. Сейчас она являла собой воплощение беспомощности и отчаяния.

Моя призрачная рука дрогнула в попытке обхватить хрупкие плечи, но тут же обреченно повисла. Я тяжело вздохнул, у призрачной ипостаси тоже имелись свои минусы. Дотронуться до принцессы я не мог. Хоть кричи.

Оттаяла и женщина. Повернулась к Шарин, намереваясь что-то сказать, но