Драконье счастье - Марина Ефиминюк

Киан появился внезапно, словно соткался из неба. Он стремительно приближался к арке, и через несколько секунд на плиточный пол ступил великолепный обнаженный мужчина. Пряди в светлых волосах неожиданно стали рыжими и яркими, как всполохи огня. Пламя танцевало в его глазах, по мускулам обнаженных рук пробегали волны драконьих чешуек.

— Я помогу тебе одеться, — не в силах отвести от него взгляда, проговорила я в тишине.

— Непременно, — проговорил он и начал наступать.

Когда стало ясно, что одеваться муж не собирается, как и останавливаться, я попятилась.

— Подожди, Киан, надо хотя бы штаны натянуть! Там тебя целая толпа ждет…

— Наплевать.

Без раздумий он вторгся в мое личное пространство, обнял лицо ладонями и накрыл губы поцелуем. От мужа пахло дымом и ветром, тело дышало жаром. Из моих рук выпала ритуальная одежда, покатился по плиточному полу соскользнувший брачный браслет, спина прижалась к ледяной стене. Отступать было некуда, да и не хотелось.

— Киан, сейчас не время, — все еще пытаясь призвать нас обоих к рассудку, пробормотала я.

— Хочу тебя до безумия, — прошептал он, и губы оставили дорожку поцелуев на моей шее.

— Мы в ритуальной башне, — задыхаясь, пробормотала я.

— Прекрасное место, — тихо отозвался он. — Сюда никто не войдет.

От мощной энергетики владыки драконов меня охватывала дрожь, в крови разливалось жидкое пламя. Никакой застенчивости, это чувство задохнулось в нестерпимом желании, спазмами сводившем низ живота. Киан что-то бормотал мне на ухо, но из-за громко стучащей в висках крови не удавалось расслышать ни слова, словно вновь в башне бил ритуальный барабан, а мы невольно ловили его дикий ритм.

Воздух казался раскаленным, его перестало хватать. И было горячо, по-варварски непристойно, абсолютно безумно. Полностью обнаженный Киан, и я — в смятом праздничном платье, прижатая к стене, совершенно забывшая про скромность.

Мы вместе пришли к финалу, острому, гасящему сознание, и замерли, тяжело дыша. Я прижалась лбом к горячему плечу мужа. Сознание медленно возвращалось. Вокруг разливалась хрупкая тишина. Под ладонью, прижатой к груди Киана, было слышно, как быстро бьется его сердце.

— Ты в порядке? — Голос мужа прозвучал хрипло.

Нет, я в ужасном беспорядке! В полном хаосе все: эмоции, мысли и одежда. Хотелось прямо сейчас вместе с мужем спуститься из башни в спальню, запереться на засов и снова окунуться в огненное безумие.

Подняв голову, я посмотрела в его лицо. Из глаз Киана пропали всполохи огня, взгляд приобрел осмысленность. Волосы были растрепаны, просто спутанная грива.

— Привет, мой кейрим, — с улыбкой прошептала я, кончиком пальца проведя по нахмуренной морщинке между бровей, и та мгновенно исчезла. — Много сжег городов?

— Ни одного не пропустил, — поддержал он шутку. — В небе тебя не хватало, моя воинственная жена.

— Может, спрячемся в покоях? — почти серьезно предложила я. — Пусть сами празднуют.

— Мне нравится, как соблазнительно это прозвучало, — прошептал муж и поцеловал меня в кончик носа.

Полагаю, Киан Йорн оказался первым владыкой острова Фьорет, кто проводил таинство облачения собственными руками: натягивал исподнее, потом штаны и прочую одежду. Сам вставил в ухо длинную серьгу и укатившийся брачный браслет тоже поднял без моей помощи.

Я в это время пыталась привести в порядок себя. Если с волосами кое-как получилось справиться, то платье никак не удавалось распрямить и пришпилить соскочившие с подола жемчужины. От плавающей в воздухе драконьей магии простенькие заклятья искрили на ткани. Но сложнее всего было стереть с лица глупую улыбку и вернуть торжественную мину.

Киан протянул мне раскрытый брачный браслет.

— Поможешь?

— Но ты его не расстегнешь, — напомнила я, что открыть хитрый замагиченный замочек сможет лишь тот, кто застегивал украшение на его руке. Вдруг он в горячке забыл? Мало ли что случается с мужской памятью после умопомрачительных непристойностей у стены зала.

— Ты собираешься меня покинуть? — невозмутимо уточнил муж.

— Не планировала, — со смешком ответила я.

— Тогда застегни. — Мы встретились глазами. — И никогда меня не покидай, Анна Йорн.

— Никогда тебя не оставлю, Киан Йорн.

Я вернула браслет на запястье мужа и внезапно осознала смешной каламбур: Киан говорил на валлейском языке, а я — на эсхире. И наши слова неожиданно прозвучали брачной клятвой. Красивой, искренней и настоящей. Одной из тех, что произносят влюбленные у венчальной чаши на свадебной церемонии, на которой мы говорили ничего не значащую ритуальную чушь.

На высоте казалось, что темнота еще не окутала мир, но на узкой лестнице тьма сгущалась, а огни, зажженные в коридорах, показались пронзительно яркими. В центре зала для приемов в чаше полыхал священный огонь, видимо, вспыхнувший в тот момент, когда загорелись факелы в башне. Народу здесь было гораздо больше, чем во время обряда, куда допустили только приближенных к семье Йорн.

С нашим появлением наступила тишина, и народ согнулся в поклоне, приветствуя нового кейрима. Никто словно не заметил, в каком растрепанном виде мы спустились к подданным. Только Вигдис с трудом спрятал понимающую ухмылку, словно догадался, что мы в лучших варварских традициях нарушили абсолютно все правила священного таинства облачения.

* * *

На следующее утро Киан отвез факел со священным пламенем к ледяным предкам, спящим в каменных коконах в подземельях древнего Химмеля. На третий день, когда праздник подошел к концу, в сопровождении стражей муж отправился на другой конец Фьорета в глухой скит к оракулу. В драконьих землях, где бережно хранили традиции и следовали древним обрядам, каждый владыка получал предсказание от провидца. Утверждали, что эти пророчества не лгали и всегда исполнялись.

Перед превращением Киан оделся в простые штаны и рубаху из грубого полотна, но спутать его с дворцовыми стражами было попросту невозможно. Теперь от мужа исходила властность и мощная энергетика, ощущавшаяся на уровне подсознания, и мне еще предстояло привыкнуть к этим значительным для любого мага изменениям.

— Наденешь, когда вернусь. — Он протянул мне руку, и я раскрыла брачный браслет.

На прощанье мы обнялись. Киан шепнул, что скоро вернется.

— Пусть ветер омывает твои сильные крылья, мой кейрим, — пожелала я.

Он ласково погладил меня по щеке.

— Не скучай.

— Позвольте молвить, мой кейрим, — как-то очень не вовремя подал голос Вигдис, с умильной улыбкой следивший за нашим прощанием, и Киан кивнул, давая разрешение. — Вашей супруге