Воительница: Под охотничьей Луной - Мелани Карсак

Часть моего разума взбунтовалась. Не ловушка ли это? Не ведет ли Асгер меня навстречу опасности?

— Вижу, ты прибыла с посольством Больмсё.

— Так и есть. И я должна извиниться. В нашу прошлую встречу я была не совсем честна с тобой. Но намерения мои были чисты. Я и вправду пришла за черникой.

Несмотря на красивые слова, я всё еще лукавила, и знала это. Комок в желудке напомнил мне, как сильно я не люблю лгать.

— И твоей сестре она понравилась?

— Да, — улыбнулась я. Снова полуправда.

— И она поделилась с тобой?

Я рассмеялась:

— Совсем немного. Самую малость.

— Значит, ты многого лишилась. Нужно это исправить, — он взял со стола графин и налил мне бокал жидкости странного цвета.

— Что это?

— Черничное вино, — ответил он, протягивая кубок.

Я усмехнулась:

— Откуда мне знать, что ты не пытаешься меня отравить? Я ведь прибыла из земель врага.

— «Враг» — это вопрос точки зрения. Насколько я помню, мы с Арнгримом в мире. Но вот передо мной ты: на шее тяжелая гривна, на боку — добрый меч. Что-то подсказывает мне, Хервор, что тебе есть что порассказать. И я не допущу твоей смерти, пока не услышу эту историю, — он налил себе, коснулся своим кубком моего и ухмыльнулся: — Пей же. Я не посмею оскорбить Фриггу, отравив самую красивую женщину на её пиру.

Я почувствовала, как щеки вспыхнули.

— Надеюсь, что нет. Жених был бы весьма раздосадован, — я кивнула в сторону молодых.

Асгер ухмыльнулся:

— Мне поднесли этот графин черничного вина сегодня утром. Забавно, но стоило мне почувствовать его запах, как я тут же вспомнил о деве, которую встретил на рынке. Я никак не мог прогнать мысли о твоих золотых волосах и янтарных глазах. И встретить этот взгляд в своем чертоге в такой день… Здесь явно приложили руку боги. А кто я такой, чтобы спорить с ними? Сколь! — он снова коснулся кубком моего бокала.

— Сколь, — ответила я, пригубив напиток. Вкус сладкой черники и терпкость крепкого хмеля остались на языке — вкус одновременно чужой и знакомый. Это варево напоминало жидкий солнечный свет и само лето. Легкость и тепло напитка разлились по телу, и это ощущение было очень похоже на то теплое присутствие Фригги, что я чувствовала раньше. Встретившись с сине-зелеными глазами Асгера, я обнаружила то же самое тепло внутри них.

Что-то во мне, та часть меня, что пряталась глубоко внутри, снова пробудилась.

Хофунда нет. Он забыл меня. Асгер жив, здоров и он здесь, прямо передо мной.

Я улыбнулась и снова подняла кубок:

— За Фриггу.

— За Фриггу, — отозвался Асгер, и в его улыбке заплясали тепло и солнечный свет.

И на короткий миг я позволила этим лучам осветить ту сокровенную часть себя, что была спрятана в самой глубине души.

Глава 41

Веселье затянулось до глубокой ночи. Мне удалось поймать взгляд Рагала: он сделал мне знак оставаться рядом с ярлом. Вероятно, в интересах нашего дела мне стоило войти в доверие к Асгеру. Судя по хмурому лицу Ирсы, она не была с этим согласна, но они со Скарде продолжали пить и беседовать с жителями Хальмстада. Хелла и Рагал, как я заметила, были больше увлечены разговором друг с другом. Я надеялась, что Фригга приложит к ним руку — между ними явно зрело что-то такое, что отчаянно рвалось наружу. Я не понимала, почему они противятся тому, что казалось мне столь очевидным. Они подходили друг другу, и Рагал стал бы добрым отцом её сыновьям. Возможно, Хелла просто еще не была готова отпустить память о муже.

Когда солнце, наконец, окончательно скрылось, снова забили барабаны, призывая Сигра и Эмблу в их брачные покои.

— Идем, проводим их к ложу, — сказал мне Асгер и взял два факела. Один он протянул мне.

Когда он жестом пригласил меня возглавить шествие вместе с ним, я замялась.

— Асгер, это не совсем правильно, чтобы я…

Асгер рассмеялся:

— Хервор, неужели ты думаешь, я не знаю, кто ты? От края до края этих земель нет никого, кто не слышал бы, что к старому Арнгриму явилась внучка. Говорят, она — яростная дева щита с волосами цвета солнца, глазами из редкого янтаря и волчьей кровью в жилах. Я слышал о том, что произошло на Больмсё. Если твоя внешность тебя не выдает, то это — уж точно, — он кивнул на Тюрфинг. — Так что идем, и пусть Хальмстад увидит, что внучка Арнгрима нам друг.

— А ярл Хальмстада — друг ли он этой деве щита? — спросила я, сама поражаясь своей смелости. Вино и мед делали свое дело. Или это всё Фригга? Я сама себя не узнавала.

— Друг? Да. И, признаться, я надеюсь стать кем-то большим. Ибо эти глаза преследуют меня в снах с того самого мига, как я встретил тебя. А теперь — почтим Фриггу.

Я склонила голову, стараясь не замечать, как затрепетало сердце.

— Где Сигр и Эмбла? — крикнул ярл Асгер толпе. — Идемте! Проводим жениха и невесту к их ложу! — весело провозгласил он, призывая остальных следовать за нами.

Люди вокруг подхватили мелодию, запев нежную молитву во славу Фригги, в честь жены, мужа и священного союза. Готи шествовали перед нами с Асгером, мерно ударяя в барабаны. Следом за нами шли молодые.

По пути я слышала шепотки в толпе — жители Хальмстада не сводили с меня глаз.

— Кто эта девушка?

— Как зовут эту деву?

— Это Хервор.

— Та самая.

— Внучка Арнгрима.

— Волосы как у Сиф.

— Гномий меч.

— Тюрфинг.

— Тюрфинг…

— Тюрфинг…

Я не обращала внимания на взгляды и шепот. Вместо этого я остро чувствовала близость Асгера. Хотя майский воздух не был слишком теплым, внутри меня разгорался жар, который я чувствовала лишь однажды прежде. Асгер был грозен в бою, но весел в жизни. Под его началом в Хальмстаде воцарился мир. И он был мечтателем, чей взор устремлен в море. Наверняка я смогу найти способ заключить с ним союз.

И не только союз.

Я оборвала свои мысли. Это неправильно. Разве я не отдала сердце Хофунду? Я человек слова. Я обещала Хофунду свою любовь.

Но где же он?

Мы все пели, провожая молодых к дверям их дома. Вход был украшен гирляндами и лентами, снаружи были оставлены дары. Асгер знаком позвал пару вперед. Он залез в кошель и вручил монеты жениху и невесте.

— С благословением Фригги, — произнес он.

— Ярл, —