Когда он мрачен - Сюзанна Райт

поколебала мою веру в тебя. Должна сказать, я рада, что тебя беспокоит то, что она могла сделать. Это говорит мне о том, что ты, по крайней мере, в достаточной степени доволен тем, что у нас есть.

— Ты мне ещё не надоела, так что я бы сказал, что все идёт хорошо.

— Да? Хм, ну, знаешь что? Я начинаю думать, что ты ненавидишь меня даже меньше, чем раньше.

— Может быть, чуть меньше. Но совсем чуть-чуть.

Бри взмахнула рукой.

— О, прекрати эти романтические штучки, Алекс, ты заставишь меня покраснеть.

— Если бы я сказал какую-нибудь банальную чушь, вроде того, что ты чёртова свеча в грёбаной темноте или что-то в этом роде, но ты бы посмеялась над этим. Видишь? — сказал он, когда она расхохоталась.

— Это было последнее, что я ожидала от тебя услышать

— Хм. Теперь дай мне рот, по которому я скучал.

Бри прижалась губами к его губам, и Алекс мгновенно взял верх. Он засунул свой язык ей в рот и поглощал её так, словно изголодался по ней. Он зарылся пальцами в её волосы и наклонил её голову, делая поцелуй глубже. Влажным. Горячим.

Алекс поцеловал и провёл пальцами по её шее.

— Ты пахнешь вишней.

— Новое мыло.

Он промурлыкал.

— Мне это нравится. Что я хотел бы знать… ты везде его использовала?

Улыбка тронула её губы.

— Возможно.

— Так что, по сути, я не узнаю это, пока не разложу тебя под собой.

— Сначала мне нужно разобраться с землёй во дворе.

— Я пойду с тобой. — Он просунул руки под её бедра и приподнял её; она обвила его руками и ногами. Он направился к задней двери, добавив: — Тогда ты сможешь расслабиться в своём кресле с откидной спинкой и почитать.

— Почитать?

— Да. Конечно, ты будешь голой, и мой рот будет на твоей киске.

— Конечно.

— У тебя всегда такое серьёзное выражение лица, когда ты читаешь — как будто для тебя не существует ничего другого, кроме книги, которую ты держишь в руках. Итак, мне любопытно посмотреть, насколько хорошо ты сможешь сосредоточиться на книге, пока я тебя ем.

Она вообще не смогла бы сделать это «хорошо» — чему он быстро доказал и казался довольно самодовольным. Ублюдок.

***

На следующее утро, войдя в комнату отдыха детского сада, Бри нахмурилась. Потому что единственной присутствующей омегой была Дэни. Полчаса назад главная написала ей, вызывая в центр, несмотря на то, что Бри была на работе. Обычно все омеги были обязаны присутствовать на собраниях — никаких отговорок. Так что это, да, было в высшей степени необычно.

— Добрый день, Бри, — поздоровалась Дэни, выглядя невероятно официальной. В её голосе или выражении лица не было никаких эмоций. — Пожалуйста, садись.

Чувствуя себя неловко, Бри села напротив неё. Её кошка была напряжена, встревоженной нарушением протокола.

— Хорошо, что случилось?

— Я получила жалобу на тебя.

Неестественная неподвижность охватила тело Бри. Её кошка обнажила клыки.

— Жалоба? Ты сейчас серьёзно?

— К сожалению, так и есть. — Дэни закинула ногу на ногу. — Вчера вечером Дрина пришла ко мне домой в слезах.

Маленькая сучка, очевидно, также провела время в Таверне прошлой ночью, напившись до чёртиков и заявив, что однажды она увидит Бри мёртвой — это была горячая тема среди прайда. Очевидно, бармену пришлось провожать Дрину домой ранним утром, настолько она была не в себе.

— И из-за чего именно она была расстроена? — спросила Бри.

— Она была расстроена тем, что вчера вечером обратилась к тебе за помощью, доверилась тебе, рассказала то, в чем не признавалась никому другому, и что ты посмеялась над ней.

Бри почувствовала, как у неё дёрнулось веко.

— Посмеялась?

— Да. Она также утверждала, что ты угрожала убить её, если она ещё раз приблизится к Алексу. Хуже того, она утверждала, что ты пыталась вселить в неё негативную энергию — она считает, что твоим намерением было усугубить её депрессию.

О, какой прелестный рассказ.

— И ты ей веришь?

— Я не верю, что ты сделала последнее. Ты наблюдала, как твоя мать впала в состояние такой глубокой депрессии, что не смогла выбраться из неё. Я не верю, что ты бы навлекла такую участь на другого человека.

Что ж, этот вотум доверия был шоком.

— Но могу ли я представить, что ты смеёшься над ней или угрожаешь? Да. Некоторые даже сочли бы это понятным. Ни одной женщине не будет легко игнорировать другую женщину, пытающуюся заигрывать с её мужчиной. Я не верю, что ты из тех людей, которые стали бы это делать.

Бри точно не пропустила бы это мимо ушей, если бы не печальный факт, что Дрина сейчас испытывала ужасную боль. Но Бри твёрдо намеревалась поговорить с женщиной, если та не обратится за помощью и не оставит Алекс в покое.

— Ну, не то чтобы тебя волновало, какова правда на самом деле, я не смеялась над ней. Я также не угрожала убить её, несмотря на то, что она пришла ко мне только по двум причинам: во-первых, заставить меня усомниться в Алексе; во-вторых, привлечь его внимание. Но после того, как сеанс закончился и появился Алекс, она набросилась на него. Он приказал ей уйти. Она не сделала этого. Когда она выпустила когти и попыталась ударить его, я вмешалась и настояла, чтобы она ушла. Если ты честно скажешь мне, что не стала бы защищать того, кто тебе дорог, я буду очень удивлена.

— В каком смысле ты вмешалась? — спросила Дэни, по-прежнему сдержанно и официально.

— Я не использовала свои дары, если ты об этом спрашиваешь. Я заломила ей руки за спину и держала их там, пока она не убрала когти. Я могла бы довольно легко причинить ей боль, но я этого не сделала.

Дэни вздохнула и сцепила руки.

— Проблема здесь, Бри, не в том, что ты действовала в чью-либо защиту. Дело в том, что ты сделала это во время сеанса.

— Я же сказала тебе, сеанс закончился. В тот момент она была просто кем-то, кому не были рады в моем доме, но она отказалась уходить. Кем-то, кто также, возможно, пытался причинить вред Алексу.

— Он не нуждался в твоём вмешательстве — мы обе это знаем. Он мог бы легко справиться с ней сам.

— Значит, ты бы не пожаловалась мне, если бы Алекс грубо обошёлся с ней? Ты бы тогда не сказала мне, что я должна была вмешаться?

Взгляд Дэни на мгновение метнулся к стене.

— Мы обе знаем, что тебе бы не понравилась ситуация, каким