Барышня из забытой оранжереи - Лилия Орланд

– Милый мой, – ещё более растроганно произнесла тётушка, склоняясь к псу и гладя его по лохматой спине, которую он прижал к её ногам. – Как же сильно я соскучилась по тебе.

Мы с умилением наблюдали радостную сцену встречи верного пса и его хозяйки после долгой разлуки.

Как вдруг Азалия выпрямилась. Её лицо приняло строго выражение.

– А где ты был, негодник? – произнесла она вмиг изменившимся тоном. – Даже не появился, чтобы меня встретить!

Граф тут же сник, мелко завилял поджатым хвостом и усиленно изображал милую собачку, которая искренне не понимает, за что её ругает хозяйка.

– Хитрец! – вздохнула Азалия.

– Это и есть тот самый Граф, о котором я столько слышал? – спросил Анри.

– Да, это он, – тётушка улыбнулась и потрепала пса между ушей, – хитрец и непослушник. Милый, позволь тебе представить полковника Анри Шелдена, моего близкого друга. График, поздоровайся.

– Гав! – его не нужно было упрашивать. Здороваться и знакомиться с гостями Граф любил.

Он с удовольствием поставил лапы на грудь полковника и облизал ему лицо. Анри от неожиданности даже не успел отвернуться.

– Теперь тебя можно считать членом семьи, – заявила Азалия ошарашенному гостю.

Не сдержавшись, я рассмеялась, до того забавно выглядел Анри. Услышала тихое хмыканье и, обернувшись, заметила, что Марк стоит совсем рядом. Наверное, забылся и подошёл.

Я же сделала вид, что тоже желаю погладить пса, подошла к Графу и присела рядом.

– Хулиган! – выговорила ему. А пёс согласно лизнул меня в щёку.

Появление Графа снизило острую эмоциональность момента. Всё же он умел появляться как нельзя более вовремя.

Правда, когда мы собрались обратно, Азалия ухватила за руку своего гостя. И они двинулись вперёд, сопровождаемые разыгравшимся псом.

Мне пришлось идти рядом с Марком. Он не предложил мне локоть. Разумеется, я и не подумала бы коснуться его, но всё равно внутри кольнуло. Мог бы и предложить. Из вежливости.

Только вежливость заставляла меня идти рядом с ним, а не мчаться домой, подхватив юбку, чтобы не путалась в ногах.

– Ксения…

Услышать моё имя из его уст было до того неожиданно, что я, забывшись, уставилась на Марка. И кажется, открыла от удивления рот.

– Э-э, да? – заминка длилась лишь секунду, и я надеялась, что Берри её не заметил.

– Ты не будешь против, если я вернусь к работе в оранжереях? – вдруг спросил он, удивив меня ещё больше. Видимо, эмоции на моём лице не были нечитаемы, поскольку Марк пожал плечами и равнодушно добавил: – Не хочется дома сидеть, знаешь ли.

– Конечно, приходи завтра, – моё пожатие плечами вышло не менее равнодушным, чем его.

А довольную улыбку я удержала внутри. Марк Берри вовсе не столь равнодушен и высокомерен, как хочет казаться. С некоторых пор я заметила, что у него тоже есть чувства. Правда, пока не разобралась какие.

Поздно вечером, когда я уже переоделась в сорочку, собираясь спать, в дверь моей комнаты постучали.

Глава 26

Я замерла. В груди забухало сердце, разгоняя кровь.

Это он? Марк? Пришёл после того, как мы перекинулись несколькими словами по дороге из оранжереи?

Первое чувство – безотчётную радость – сменило недоумение. Неужели Берри считает, что этого достаточно? Думает, раз я не против, чтобы он вернулся в оранжереи, то и в свою постель его впущу?

У него было полно времени, чтобы извиниться, однако он явно не собирался этого делать. Просто постучал в мою дверь ночью.

– Ну ты и наглец, Марк Берри! – я резко распахнула створку и разом сникла, увидев Азалию с занесённой для повторного стука рукой. – Извините, тётушка.

– Ты ждала кого-то другого? – поинтересовалась она светским тоном, заставив меня покраснеть.

– Нет, не ждала, – я решила всё отрицать. – Но мало ли кто может бродить ночью по коридорам.

Тётушка усмехнулась шпильке.

– Ты повзрослела, моя девочка. Я горжусь тобой.

Госпожа Берри прошла в комнату, оставив меня у двери, замершую от нежданного комплимента. Что она хотела сказать?

Оглядевшись, Азалия опустилась на стул, через спинку которого было неряшливо перекинуто платье. Я уже приготовилась услышать о том, что порядок в комнате отражает порядок в душе. Но тётушка увидела тетрадь, оставленную на столе, и застыла.

– Читаешь записи Валентина…

Это был не вопрос. Отвечать было не нужно. Однако я слегка напряглась, увидев, как Азалия нежно провела пальцами по обложке, судорожно вздохнула. И тут же встряхнулась. Обернулась ко мне и сложила ладони на коленях.

– Я пришла к тебе не плакать и тем более не собираюсь отбирать Валины вещи. Не переживай.

Кажется, на моём лице как обычно было всё написано. В том числе и страх, что она решит забрать тетрадь. А без советов создателя оранжерей я могу не справиться. Я уже приготовилась уговаривать тётушку, подождать хотя бы до первых плодов. И тут до меня дошли её слова.

– Что?

– Садись, – велела госпожа Берри непререкаемым тоном.

Я послушно опустилась на кровать, гадая, что она хочет сказать такое, для чего пришлось прийти в мою спальню практически ночью.

– Я выхожу замуж за Анри.

Мне казалось, что я готова ко всему. Однако эти слова оглушили.

– Замуж? – только и сумела повторить я.

В голове проносилось – а как же любовь к Валентину? Как же азалия, которая только начала зеленеть? Как же усадьба, оранжереи, я, в конце концов?!

– Подожди! – тётушка остановила меня властным жестом. – Сначала выслушай, потом – вопросы. Договорились?

– Договорились, – я кивнула.

Однако изнутри поднималась нервозность, которую было невозможно заглушить доводами разума. Внутренний голос твердил, что появление мужчины не несёт ничего хорошего в нашу устаканившуюся жизнь.

Если появление Марка так замутило воду, подняв ил со дна, что уж говорить о новом муже Азалии.

– Ксения! Сначала выслушай меня, – госпожа Берри неплохо меня изучила. И то, что я склонна излишне переживать, она знала.

– Хорошо, тётушка, – я тоже сложила ладони и стиснула их коленями.

– Мы поженимся в следующее воскресенье, а потом уедем. Мы решили, что лучшим свадебным путешествием для нас станет кругосветный круиз. А когда вернёмся, скорее всего, будем жить в моём городском доме, –