Уроки для любимчика - Сара Саттон

Мой секрет, конечно, меркнет на фоне его, не сравнится по масштабу. Но я надеялась, что это хоть немного успокоит Коннора. Поскольку он впустил меня в свой мир и показал ту свою сторону, которую видели очень немногие.

Однако мои слова, похоже, не принесли ему облегчения.

— Знаешь, это... Черт, это просто бесит, Мэйси.

Бесит. Это слово, то, как он его произнес, вызвало у меня странное чувство. Словно он снова провел большим пальцем по моей щеке.

Было странно, что Коннор разозлился из-за этого. Я попыталась представить реакцию Алекса. Вряд ли он вышел бы из себя. Максимум от него можно было ожидать кивка и небрежного «ну и отстой», но не злости.

— Это же старшая школа, — я пожала плечами, делая вид, что мне все равно. — Бывают разные ситуации.

— Да, но это случилось с тобой, — Коннор нахмурился сильнее.

Мне захотелось спросить, чем я так отличалась от всех остальных в Брентвуде, что на этом нужно делать акцент. Хотела спросить, но... не решилась. Побоялась услышать его ответ.

Коннор тихо выдохнул, словно осознав, как резко стал серьезен. Следующую фразу он произнес уже гораздо мягче.

— Значит, ты правда хотела стать чирлидершей?

— Думаю, я хотела этого, потому что этого хотела Мэдисон, — признание вызвало противный холодок между лопаток. — Но, знаешь, я рада, что ничего не вышло. Ты вообще можешь представить меня Брентвудской красоткой? Да уж.

Коннор вытянул ноги рядом с моими.

— Думаю, из тебя вышла бы неплохая чирлидерша, — тихо сказал он, склонив голову набок. — Но вижу ли я тебя в одной команде с Мэдисон и Джейд? Одна помешана на Сплетнях Брентвуда. Другая готова устроить скандал из-за того, что ее заметили с квотербеком из школы-соперника.

От этой мысли мне стало не по себе.

— Да, вероятность этого стремится к нулю.

Он поморщил нос.

— Это еще одна математическая шутка?

Я вытянула ноги точно так же, как он.

— Это было ненамеренно.

Мы оба рассмеялись. Я понимала, что пора возвращаться. Мы поделились своими секретами и могли двигаться дальше. Но один вопрос не выходил у меня из головы с той самой минуты, как я увидела Коннора сегодня в коридоре.

— Ты собираешься рассказывать Джейд, что в кладовке была я?

— Не планировал. Не знаю, как она отреагирует, и не думаю, что поверит, если я скажу, что мы просто занимались.

— Я тоже не уверена, что Алекс поверит мне, если узнает.

Это была правда. Как он отреагирует, если узнает, что я каждый день после уроков проводила время с Коннором Брэем? Хотя мы не просто проводим время. Это сугубо деловые, абсолютно профессиональные отношения. И все же... Увидит ли Алекс это так? Или он увидит лишь то, что я снова и снова лгала ему?

— Мне не следовало просить тебя скрывать это от него, — Коннор мягко толкнул мое бедро носком своей ноги. — Тебе стоит сказать ему. Если не сможет хранить секрет, что же, ничего страшного. Но я не должен был заставлять тебя лгать тем, кто тебе дорог.

Признаться Алексу сейчас — все равно, что открыть ящик Пандоры. Информация тут же долетела бы до Рэйчел и Авы. Не думаю, что Ава выложила бы что-то без моего согласия, но параноик во мне не был так в этом уверен. А если в Сплетнях Брентвуда вдруг появится пост? Что тогда?

— Скоро уже экзамен, — сказала я, толкая его ногу в ответ. Правда, поскольку ноги у меня короче, толчок пришелся по бедру. — На следующей неделе у нас осталось четыре занятия, а в пятницу — твой тест. Алексу не нужно будет ничего знать.

Коннор положил ладонь мне на лодыжку, как раз там, где край темных спортивных штанов обнажал кожу. В голове пронеслись воспоминания об Алексе, закидывающем ноги мне на колени, и въевшийся в память запах его носков. Мне это всегда не нравилось. Как и необходимость прикасаться к его ступням, чтобы скинуть их. А Коннор касался моей ноги — на которой, кстати, красовалось грязное пятно — будто так и надо.

— Физический контакт, — прошептал в ушах его голос, и мозг услужливо подсунул тот давний разговор. Физический контакт — это ключ. Наверное, у этого есть какое-то научное объяснение, но я знаю лишь, что это работает.

Воздух застрял у меня в горле, запертый нарастающим там давлением. Я понимала, что нужно убрать ногу, но не могла пошевелиться. Только смотрела на его руку, чувствуя, будто внутри меня скручивались узлы. Что вообще происходило?

Глава 18

В пятницу вечером Ава взяла меня под руку, а Рэйчел прокладывала нам дорогу сквозь толпу, бесцеремонно расталкивая людей локтями. Ей вслед летели недовольные взгляды, но она шла вперед с гордо поднятой головой.

— Я так рада, что ты пришла, — сказала Ава, обняв меня. — Даже не представляешь, как давно я мечтала увидеть тебя на игре.

— Что-то мне подсказывает, что как раз представляю, — ответила я, вспомнив бесчисленные приглашения и все те годы, когда я находила любую причину для отказа. Но от ее счастливого голоса я почувствовала, как по мне разлилось чувство вины. — Прости, что не приходила раньше. Я не знала, что для тебя это так важно.

— Зато ты здесь сейчас, — она одарила меня такой заразительной улыбкой, что ее хватило бы, чтобы затмить солнце. — Надеюсь, мы найдем хорошие места.

Игра еще не началась, и трибуны не ломились от зрителей, но, когда мы добрались до студенческого сектора, свободных мест почти не осталось. Кое-кто уже развернул плакаты и держал их на коленях в ожидании выхода футболистов.

— О, смотри, — шепнула мне Ава, указав куда-то. — Родители Коннора.

Было удивительно, как быстро я нашла их взглядом. Сначала я заметила Джой в ярко-синей футболке с блестящими золотыми цифрами двадцать два. Рядом сидела женщина с темной стрижкой-пикси, тоже вся в атрибутике Брентвудских «Рыжых рысей». На ней был просторный свитшот, скрывавший ее худощавую фигуру. По другую сторону от нее сидел отец Коннора. Он тоже поддерживал школьный дух, надев кепку, и, повернувшись, оживленно беседовал с парой мужчин позади.

Все они сияли, излучая ту самую беззаботную радость, с которой обычно родители приходили поддержать детей. Со стороны никто бы и не догадался, какая буря бушевала под этим спокойным фасадом. Вот откуда Коннор унаследовал свое умение носить маску. Сохранять видимость благополучия.

— Можно мы тут сядем? — спросила Рэйчел у блондинки в первом ряду, которая выглядела здесь такой же чуждой, как и я.

Вместо сине-золотых цветов Брентвуда на ней