Драконий цветок - Анна Шнайдер

— Не хочешь полетать?

Я несколько секунд просто смотрела на второго наследника, а потом пробормотала:

— Простите, но шутка не смешная, ваше высочество.

— А это и не шутка, — усмехнулся Себастьян, поднимая руку и отбрасывая со лба прядь коротких серебристых волос. — Знаю-знаю, ты думаешь, что драконы считают подобное унижением, однако…

— Вот именно.

— Не перебивай меня, — в голосе принца прорезалась жёсткость. — Итак. Ты считаешь, что человек на спине дракона — это унижение для дракона. Однако так думают именно драконы. Ты ведь не дракон, Аделина, верно? А значит, вполне можешь позволить себе полетать на моей спине. Тем более что я сам приглашаю. Хочешь?

Да он издевается.

— Кто же не хочет?!

— Ты удивишься, но многие, — засмеялся Себастьян. — Даже большинство людей пришли бы в ужас от перспективы подобного полёта.

— Ну, если без страховки, то в чём-то могу понять… — Я вдруг начала соображать, невольно задумавшись — а как я буду держаться? За наросты, что ли? А если соскользну?

— Со страховкой, разумеется. Свалиться у тебя не получится при всём желании. Ну что — полетели?

Я точно знала, что не прощу себе, если откажусь. И плевать на доводы разума и невнятные мысли о том, что это может быть какой-нибудь ловушкой — Себастьян ведь не способен делать что-то просто так! На всё плевать.

Хочу полетать на драконе!

— Конечно, полетели! — воскликнула я почти с восторгом, и младший принц, расхохотавшись, как гарн, соблазнивший человека совершить грех, неожиданно сначала будто вытянулся куда-то вперёд и вверх, а затем…

Я даже заметить ничего не успела, когда воздух вокруг меня зашумел и взметнулся, почти сбив с ног, подняла голову — и охнула, заметив прямо над собой громадного серебряного дракона.

Его чешуя мягко светилась, отражая свет и поглощая тени, голубые глаза ярко сверкали, а рот был приоткрыт, будто дракон по-прежнему хохотал. Я восхищённо разглядывала Себастьяна, сразу подметив, что он немного, но мельче Рейгарда. Пусть я никогда не каталась на Рее, всё равно отлично помнила, как выглядит его дракон.

Младший принц завис в воздухе надо мной, словно позволял мне привыкнуть к себе, рассмотреть со всех сторон. Даже покрутился, красуясь, и я восторженно захлопала в ладоши, подпрыгивая, как ребёнок.

Вечное Пламя, это прекрасно!

Между тем Себастьян опустил крыло, и я, не сомневаясь, взбежала по нему, едва сдерживая счастливый смех, затем забралась на самый загривок, про себя удивляясь тому, насколько легко это у меня получилось, там нашла место между двумя большими отростками, похожими на рога, — здесь оказалась небольшая ямка, — схватилась за шипы на чешуе по разные стороны от себя и закричала:

— Я готова!

В тот же миг второй наследник на бешеной скорости взмыл в воздух, причём вертикально вверх, под прямым углом. Ветер ударил мне в лицо, кажется не оставив даже воспоминаний от аккуратно заколотых Магдой волос, и я расхохоталась, как бешеная, и не думая закрывать глаза.

Потому что мы летели прямо в небо, в звёзды, в вечность!..

Я не знаю, сколько времени продолжался мой первый полёт на драконе. Уже потом я поняла, что Себастьян совсем меня не щадил, летая по небу вовсе не медленно и плавно, а быстро и стремительно, совершая виражи — то стремился ввысь, то камнем падал вниз.

Я ни разу не испугалась. Ветер свистел в ушах, улыбка не сходила с лица, но, несмотря на то, что защиты от сильнейшего потока воздуха явно не было, глаза не слезились и я отчего-то не мёрзла. Отчего я не понимала, да и не задумывалась. Лишь глазела по сторонам, безумно, невероятно счастливая от вида иссиня-чёрного неба, покрытого россыпью звёзд, новорождённого тонкого месяца над громадой заснеженного леса, искрящегося снега, похожего одновременно и на вату, и на драгоценности благодаря своему блеску.

Мы в очередной раз начали снижаться, пролетая над широкой поляной, спрятанной посреди леса, но я не обратила на это внимания — Себастьян нырял вниз не единожды, и я подумала, что он хочет показать мне скованную льдом реку, в отражении которой я заметила синее покрывало неба и очертания прекрасной фигуры серебряного дракона, что с каждой секундой становился всё ближе и ближе…

Как так получилось, что я неожиданно рухнула вниз, потеряв опору, я не осознала. Но вновь не испугалась — скатилась по заботливо подставленному крылу, а затем упала в сугроб и, не сдержавшись, завизжала от счастья, как девчонка, замолотила по снегу руками и ногами, почему-то до сих пор не чувствуя холода — несмотря на то, что я по-прежнему была лишь в платье, да и туфли с меня слетели ещё во время полёта.

— Ты дракон, Лина, — произнёс поблизости кто-то низким, волнующе вибрирующим голосом, и я, повернув голову, увидела рядом с собой Себастьяна. Странно, но, хотя света было откровенно мало — всего-то от звёзд и новорождённого месяца, — я отлично рассмотрела и его многозначительно улыбающееся лицо, и тёмно-серый камзол с серебряными пуговицами, расшитый узорами, напоминающими сильнейшую метель.

— Что? — выдохнула я, невольно смущаясь. Потому что… Вечное Пламя, что это за ерунда? Я не могу испытывать к Себастьяну ничего подобного. Он мне даже не нравится!

— То, что ты чувствуешь, — нормально, — сказал второй наследник тем же вибрирующим голосом. — После совместного полёта драконы разного пола всегда чувствуют притяжение друг к другу, это инстинкт. Поэтому не смущайся и не волнуйся, ничего лишнего я себе не позволю. Я не для этого тебя проверял.

Проверял?..

Ну конечно! Глупо не понимать, что Себастьян не мог потащить меня в небеса просто так, потому что ему хотелось покатать девушку на своём загривке.

— Зачем? — выдохнула я, садясь. Огляделась и поразилась до глубины души — ведь мы с Себастьяном находились посреди огромного заснеженного пространства. В сугробе, проще говоря! Но тем не менее холодно мне по-прежнему не было. Уже становилось мокровато, потому что снег подо мной начинал таять, но я не мёрзла.

— Хотел проверить свою теорию, — Себастьян тоже сел. Я невольно посмотрела на него, но сразу отвернулась — потому что его глаза сейчас словно светились, манили меня и притягивали, и я с трудом удержалась от того, чтобы не запрыгнуть на младшего принца. По телу прошла сильнейшая дрожь желания, и я закусила губу. Кошмар какой-то!

— Вот