Цена перемен - Юлия Арниева

на станке — это требует еще нескольких недель, поскольку расточить внутреннюю поверхность цилиндра так, чтобы поршень двигался без малейшего зазора, — дело тонкое, не терпящее торопливости. Котел клепают вручную. Балансир, маховик, клапаны — все подгоняется строго по месту. А когда машина собрана и испытана здесь, у нас, её снова разбирают, везут к заказчику и монтируют на каменном фундаменте, который должен осесть и выстоять. Все это время при ней безотлучно находятся наши мастера. — Он развел руками. — От подписания бумаг до первого оборота маховика проходит год. В лучшем случае — десять месяцев, если все пойдет гладко, а гладко не бывает никогда. К вашему октябрю, графиня, я не сумею дать вам ничего, кроме пачки чертежей.

Я молчала. За окном конторы мерно вздыхал цех, под ногами едва заметно дрожали половицы, и я чувствовала, как внутри у меня разливается досада. Но Уатт говорил разумно — каждое его слово весило фунт, и Радд рядом со мной согласно и хмуро кивал, подтверждая каждую техническую деталь.

И все же я не привыкла отступать после первого отказа.

— Джентльмены, — сказала я, — я сознаю, что у вас существует очередность и что клиенты, ожидающие свои машины с прошлого года, имеют передо мной все права. Но позвольте говорить откровенно, как принято между деловыми людьми. Я готова щедро заплатить за срочность. Не торгуясь. Я внесу полную стоимость вперед и доплачу сверх вашей обычной цены столько, сколько вы назначите за то, чтобы мой заказ пошел в работу немедленно. К тому же я не из тех заказчиков, что совершают покупку лишь однажды: за мной стоит Норфолк, канал и развивающееся производство. За этой машиной неизбежно последуют другие. Подумайте об этом не как о разовом капризе знатной дамы, а как о начале долгого и выгодного сотрудничества.

Я смотрела на Болтона, зная, что это предложение должно отозваться в нем, и не ошиблась. Он заколебался. Я видела, как на его румяном лице коммерческий расчет борется с врожденной порядочностью. Полная предоплата, наценка, перспектива постоянных заказов — все это было прекрасной музыкой для управляющего крупным заводом.

— Джеймс, — проговорил он, оборачиваясь к компаньону, — а если… положим, изменить порядок и переставить вперед заказ мистера Фентимана? Он ведь все равно задерживает подготовку фундамента и…

— Деньги тут ни при чем, Мэтью, — оборвал его Уатт, и в его голосе не прозвучало ни тени сомнения. — Графиня, вы делаете нам честное предложение, и я отвечу вам столь же прямо. Дело не в очереди и не в цене. Будь вы хоть казначеем королевства, я физически не сумею отлить цилиндр быстрее, чем это возможно, и не расточу его на станке в ущерб точности. Деньги способны поторопить людей, графиня, но они не властны над железом. Железу требуется свое время, и тот, кто пытается обмануть технологию, получает машину, которая взрывается на ходу и калечит рабочих. — Он коротко, без улыбки, взглянул на моего спутника. — Ваш инженер подтвердит мои слова. Он не из тех, кто станет устанавливать негодный механизм ради спешки.

— Не из тех, — глухо отозвался Радд, уставившись в пол. — Это правда, миледи. Гнать такую машину к сроку — верная смерть людям.

— Хорошо, — произнесла я, и оба они, кажется, удивились тому, насколько спокойно прозвучал мой голос. — Я принимаю ваши доводы, мистер Уатт. Спорить с законами механики я не стану, здесь я вам не соперница. — Я помолчала. — Но машина мне все равно необходима. Внесите меня в вашу книгу заказов на общих основаниях. Полный залог переведет мой поверенный, мистер Финч. Я заказываю приводную и подъемную машину теперь же, чтобы к будущей осени она была доставлена в Норфолк.

Уатт посмотрел на меня совершенно иначе. Снисходительная настороженность, с какой он поначалу встретил светскую даму, явившуюся требовать невозможного, бесследно исчезла. В его взгляде появилось сосредоточенное, оценивающее выражение, с каким он, должно быть, изучал удачно выполненный чертеж.

— Вот это, графиня, слова делового человека, — произнес он. — Любая иная на вашем месте захлопнула бы дверь и отправилась заказывать сомнительную поделку у первого попавшегося медника, готового наобещать горы к лету. Машину к будущей осени я вам поставлю, и поставлю отличную, раз уж мы договорились обо всем заранее.

— Мы договорились, — подтвердила я.

Болтон, обрадованный тем, что сделка все же состоялась, заметно оживился и принялся раскладывать на столе ведомости и листы с расчетами. Следующий час прошел за обсуждением вопросов, понятных мне куда меньше, чем Радду, который в эти минуты совершенно преобразился. Они с Уаттом склонились над чертежами, заспорили о мощности, числе ходов поршня, конструкции котла и давлении пара. Я отступила в сторону, предоставив инженерам возможность прийти к согласию, ибо в этой сфере мои таланты были бесполезны, зато мой мастер оказался на вес золота.

К пяти часам обсуждение чертежей было закончено: машина средней мощности, поставка к осени будущего, тысяча восемьсот третьего года, с установкой мастерами Сохо на готовый фундамент. Цену джентльмены назвали изрядную, но я и не ждала иной от Болтона и Уатта, чье имя само по себе стоило половины этой суммы. Я обещала прислать мистера Финча с задатком и контрактом, после чего поднялась, собираясь откланяться.

— Графиня, — сказал на прощание Уатт, и в его голосе впервые прозвучало нечто похожее на любопытство. — Позвольте задать один вопрос. Канал, мельница, подъем воды — это мне ясно. Но приводные вальцы под такую мощность — это серьезный расчет. Что именно вы намерены ими давить?

— Льняное и рапсовое семя, мистер Уатт. В Норфолке его сеют в избытке, а перерабатывать негде. — Я выдержала его прищуренный взгляд не моргнув. — Согласитесь, дело весьма прозаическое.

— Прозаическое, — повторил он, и я так и не поняла, поверил он мне или нет. — Что ж. К будущей осени масло у вас потечет рекой.

Мы вышли во двор. Я остановилась у кареты, глядя на дымящую трубу, и ощутила, как наваливается усталость вместе с раздражением: я ехала за паром, а увожу лишь обещание на будущий год и нерешенную заботу на нынешнюю осень. Урожай с пробного поля будет собран уже в октябре, и перерабатывать его придется на чем-то, а пара у меня не будет.

— Стало быть, осенью мы остаемся без привода, — проговорила я скорее себе, чем Радду, пока он помогал мне подняться в экипаж. — Котлы будут