Мрачное долго и счастливо - Ч. Л. Квам

— Ерунда. — Он распахивает дверь.

Сердце бешено колотится, пока он несёт меня внутрь. Я таращусь на высоченные потолки, резные карнизы и отполированные каменные сиденья. Но в первой комнате он даже не задерживается. Щупальца ритмично сокращаются, и мы плывём дальше вглубь дома.

— Ты куда? — ахаю я. — Я хотела всё рассмотреть.

Он смеётся.

— У нас впереди вся жизнь, ещё насмотримся. Я решил начать с самой лучшей комнаты.

— И какая же из них самая лучшая?

— Увидишь. — В воду просачивается запах его возбуждения, и я краснею. Он косится на меня и ухмыляется.

Внизу живота сладко ноет от предвкушения, чешуйки смягчаются, сердце грохочет.

С тех пор как мы официально обручились, мы трахались столько раз, что я сбилась со счёта. Он трахал меня и вверх ногами, и боком, заставлял визжать так, что рыбы разбегались с рифа, и долбил так, что в стене его пещеры появилась трещина.

Но сейчас всё иначе.

Он решительно стискивает челюсть, заплывая в спальню.

Я успеваю лишь мельком заметить светло-розовые стены, золотой сундук, туалетный столик с зеркалом и огромную кровать из тростниковой травы, прежде чем он опускает меня на мягкий матрас и прижимает руки над головой.

Я опускаю веки, прикусываю нижнюю губу и смотрю на него самым томным взглядом, на какой способна.

— Лорд Дрейвен, — произношу низким голосом, — и что же вы задумали?

В стальных глазах вспыхивает жар. Он забирается на кровать, раскинув щупальца, и касается губами моего уха.

— Пировать.

Я вздрагиваю.

Мы смотрим друг другу в глаза. Он начинает медленно, разогревая меня поцелуем. Проводит пальцами по лицу и шее, потом опускается к груди и принимается её дразнить. От каждого прикосновения меня обдаёт жаром, каждое движение попадает точно в цель: он уже безошибочно знает, как обращаться и с моим телом, и с моими мыслями.

Я выгибаю спину и тяну запястья, всё ещё прижатые над головой.

Внизу живота разливается жар. Чешуйки вокруг щели на хвосте становятся мягче, и из неё проступает смазка.

— Вот моя девочка, — шепчет он. Ладонь скользит по животу и на миг задерживается там, где кожа переходит в чешую.

А потом он находит мою щель, и я всхлипываю.

— Такая мягкая для меня, — рокочет он, погружая внутрь пальцы. Задевает чувствительный узелок у самого входа, и по телу разлетается разряд удовольствия.

— Касс, — стону я.

Он мягко, но без передышки дразнит это место, пока удовольствие не подбирается к самому краю. Потом с рыком обвивает меня щупальцами. Мягкие присоски ласкают чешуйки, и он поднимает меня с кровати. Мы зависаем в воде, почти невесомые, а он подтягивает меня к месту, где сходятся его щупальца, пока не окружает собой со всех сторон.

Там, в самом центре, твёрдо стоит его большой член, готовый войти в меня. Я отчаянно хочу, чтобы он меня наполнил.

— Я хочу услышать это вслух, — говорит он. — Скажи.

Я пытаюсь подобрать слова, а хвост сводит судорогой. Его присоски дразнят мою щель, пока я не сдаюсь.

— Я хочу тебя, — выдыхаю я.

Он довольно гудит низким рокотом.

— Куда?

Я выгибаюсь. Эти проклятые присоски теребят и тянут чешуйки, пока перед глазами не вспыхивают звёзды. Я уже почти на грани.

Его ладонь сильнее сжимает мои запястья.

— Сосредоточься, любовь моя. Куда ты хочешь получить мой член?

Он подтягивает меня ближе, и бархатистая головка упирается во вход.

— В меня!

О боги, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Я хочу, чтобы ты наполнил меня.

— Хорошо.

Его член раздвигает чешуйки, и он одним движением глубоко входит в меня. Я растягиваюсь вокруг него. Он меняет угол и снова двигается во мне.

Я стону. Да. Да, вот здесь.

Он входит снова, и перед глазами темнеет.

Да.

Снова. Внутрь. Наружу. Глубже. Жёстче.

Большим пальцем он гладит мои костяшки, пока трахает меня, заполняет собой и боготворит меня каждым движением. Наконец я вскрикиваю его имя, содрогаясь в оргазме.

— Казимир!

Он входит глубоко и замирает. Я сжимаюсь вокруг него, пульсирую, содрогаюсь, пока удовольствие наконец не отступает.

Когда я обмякаю, он укладывает меня на кровать. Убирает волосы с моего лица и целует в лоб.

— Вау, — шепчу я.

Он ухмыляется.

— Стараюсь угодить.

Я обхватываю ладонями его красивое лицо.

— Дом прекрасный, Касс. Спасибо.

— Ты будешь здесь счастлива?

— Ну, я ещё толком ничего не успела осмотреть, но потолок в спальне уже выглядит весьма многообещающе.

Он смеётся.

— Идеально.

Я переворачиваюсь на бок и подпираю голову кулаком, принимая такую же позу, как он.

— Касс?

— Офелия.

Мне никогда не надоест слышать, как он произносит моё имя. Будто я центр всего его моря.

— У меня тоже есть для тебя свадебный подарок.

Он вскидывает бровь.

— Вот как? Хочешь, чтобы подарок стал сюрпризом?

— Нет. Он у меня в голове. Я всё ещё должна тебе одно воспоминание. — Я касаюсь кончика его носа.

Он фыркает.

— Нет, не должна. Я же сказал: оставь его себе.

— Но это тебе понравится. Можно я просто покажу его, а ты не станешь забирать?

— Ладно. Давай посмотрим. — Он берёт меня за руку и переплетает наши пальцы.

Я сосредотачиваюсь на самом счастливом воспоминании.

Два малька плывут по рифу: бойкая девчонка с длинными белыми волосами и мальчишка с восемью синими щупальцами.

Девчонка играет со стайкой иглобрюхов: гоняется за ними, гладит, тыкает в жабры, пока те не раздуваются в колючие шарики.

Мальчишка наблюдает за ней. Она чувствует его взгляд: тёплое покалывание на затылке. Он новенький на рифе, его семья только что переехала из другого района, и раньше она его никогда не видела.

Ему нравятся иглобрюхи? Она оглядывается через плечо туда, где он прячется среди кораллов. Наверное, думает, что его не видно, но она прекрасно знает, где он.

Она хватает одного иглобрюха за хвост, гладит между глазами и швыряет в мальчишку. Иглобрюх шлёпается ему прямо в лицо.

Казимир сжимает мою руку.

— Офелия, — шепчет он охрипшим от эмоций голосом.

— Это твоё любимое воспоминание?

— Конечно. Это день, когда я встретила своего лучшего друга.

Он обхватывает моё лицо ладонями и крепко целует.

— Я с тех пор тебя люблю, — говорит он.

— И прекращать не собираюсь.

— Я тоже.

ЧТО ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

Понравились «Чернила и зависть»? Действие этой истории происходит в том же подводном фэнтезийном мире, что и в моей серии «Сирены Адрии», где я выдаю сказочным принцессам русалочьи хвосты и хороший трах.

Книги серии связаны между собой, но каждая рассказывает самостоятельную историю и по-своему