Супруга для покойного графа - Лидия Орлова

Я смогла отойти ближе к двери в свою комнату.

— Кларк, — бросив взгляд на спину друга начал Алви. — Какая же катастрофа может оправдать твое внезапное появление?

Дернув плечами, Кларк хохотнул:

— Даже не знаю, катастрофа ли это… Но, Аластэйр, к тебе и твоей супруге едут гости. Сообщил Кларк. — Граф и графиня Зандер.

— Твои родители? — Полностью переключив внимание на спину друга, спросил Алви. — Я же просил их пока не звать. — Немного резко и очень недовольно, сказал граф.

Только тогда Кларк развернулся к Алви лицом. И так же недовольно высказался в ответ.

— Я и не звал. Папа сообщил, что мама ещё вчера неожиданно захотела навестить нас. И если бы ты, как того требуют приличия, официально представил жену обществу, сюда бы не рвались все аристократы королевства. В любом случае, через полчаса папа с мамой будут здесь.

Алви сел на ближайший стул и, задумавшись, сказал:

— Кларк, может, графиня Зандер только по тебе скучает? Если ты поспешишь навстречу родителям, они же могут развернуться и вернуться домой? — Алви так проникновенно это спросил, что даже я, на месте Кларка, выехала бы незваным гостям навстречу и не позволила им доехать до замка Хартман.

Но достучаться до сердца Кларка было не так просто.

— Аластэйр, готовься встречать гостей. — Выпрямившись, проговорил он и, развернувшись на каблуках к двери, покинул гостиную.

* * *

Не представляю, почему Алви так не хотел встречаться с родителями Кларка. Мне они оба очень понравились. Графиня Мелисса Лайман Зандер, родная сестра короля, оказалась очень утонченной и красивой леди. Ей должно было быть не меньше пятидесяти лет, но обаяния и шарма в ней было столько, что я залюбовался ею. А ее манерой держать себя, вести беседу можно было восхищаться бесконечно.

И одета она была в элегантное фиолетовое платье с черными вставками. А ее норковое манто заставило меня испытать неприятное чувство зависти, настолько красиво оно на ней смотрелось.

А отец Кларка, граф Карлтон Зандер, оказался очень весёлым и интересным собеседником. Если бы со слов Алви не знала, что ему графу Зандер семьдесят лет, подумала бы, что он моложе своей супруги.

Гости и мы всей семьёй собрались за ужином. Даже графиня Хартман и Эмилия решили присоединиться к столу. Хорошо, что я сегодня не стала вредничать и не заменила все изысканные блюда полезной кашей.

Главной темой за ужином, конечно, были наш с Алви Небесный союз и завтрашние свадьбы графини Хартман и ее дочери.

За столом велась оживленная беседа, когда графиня Зандер обратилась к моему мужу с вопросом:

— Аластэйр, вы ничего не едите? — Его тарелка, как и всегда во время обеда и ужина, была абсолютно пустой. — Неужели вам не нравится, как готовит ваш повар?

Кларк, который сам всегда подшучивал над "плохим аппетитом" Алви, нахмурился и недовольно уставился в свою тарелку. Я так же заметила, что и графу Карлтону Зандер не понравились вопросы жены.

Но графиня, будто не замечая этого, весело спросила у меня:

— Алиса, не ваше ли это благотворное влияние? — Я удивлённо посмотрела на нее, не понимая, о каком моем влиянии идёт речь. — Монахини, я знаю, часто изнуряют себя постом.

И слово "изнуряют" она особо выделила. Граф Зандер попытался отвлечь жену от меня, но она настойчиво ждала моей реакции.

Мне пришлось напрячься, что бы вспомнить, что нам говорили о пользе поста и подражая тону сестры Даяны, я проговорила:

— Пост никого не изнуряет. Лишая себя пищи во имя Господа верующие, в монастырях и за их стенами, очищаются от грехов, возвышаются над страстями и получают скорые ответы на свои мольбы.

Все посмотрели на меня, но взгляды женщин излучали удивление и недоверие, отец и сын Зандер не скрывали одобрения, а Алви ещё и улыбнулся с очевидной гордостью.

— Аластэйр, — с усмешкой спросила графиня Зандер, — а вы сейчас очищаетесь, возвышаетесь, чтобы желания ваши исполнялись? Интересно узнать, хоть одно ваше желание исполнилось?

— Конечно, ваше сиятельство. — Отстраненно и официально ответил Алви.

— И какое же из ваших желаний исполнилось, — меня уже начала настораживать ее настойчивость. Она не просто так задавала эти вопросы: в них точно был непонятный мне смысл, который понимали мужчины, но Алви отвечал невозмутимо и с вежливой улыбкой.

— Я вернулся живым, что само по себе радость. И встретил предназначенную мне женщину. — При этом бросил на меня многозначительный взгляд, от которого я невольно покраснела.

Графиня Зандер не по аристократически закатила глаза.

Я хотела послушать о войне, на которой был Алви, но никто не стал развивать эту тему. Поэтому я пообещала себе, что сегодня соберу всю свою храбрость и обязательно попрошу мужа рассказать мне об этой войне, на которой он получил ранения и чуть не потерял жизнь.

А сейчас за столом продолжилась обычная пустая беседа. Все продолжили обсуждать неторжественную двойную свадьбу матери и дочери Хартман, как что-то вполне обыденное. А Графиня Мелисса Зандер отметила, что скромная свадьба и роскошное свадебное путешествие намного лучше, чем роскошная свадьба и скромное свадебное путешествие.

После еды мужчины и женщины разделились на две компании. Обе графини, Эмилия и я направились в музыкальную комнату. Находилась она на втором этаже замка. Большое, освещённое горящими свечами, помещение мне показалось совсем не располагающим к отдыху. Но у аристократок было настроение петь и играть на музыкальных инструментах. Получалось у них очень хорошо, особенно Эмилия пела красиво.

— Вашему супругу повезет, Эмилия. Он приобретет невероятное сокровище. — Похвалила ее сестра короля. А потом неожиданно заметила, что графине Хартман и самой Эмилии перед завтрашним свадебным ритуалом лучше отдохнуть. Никто не посмел ей возразить, и я осталась наедине с матерью Кларка.

Я надеялась, что она и меня отправить спать. Мне очень хотелось немного посекретничать о нашем с графом поцелуе с Лэлой, которая после лечения уже убежала в свою комнату.

Но графиня, как мне показалось, хотела без свидетелей поговорить со мной.

— Алиса, — обратилась она ко мне, — как вам семейная жизнь? Граф Хартман уже успел продемонстрировать во всем великолепии свою магическую сущность?

И сам этот вопрос и интонация, с которой он был задан и даже понимающе-сочувствующая улыбка графини мне не понравились.

Я просто растянула губы, стараясь, чтобы моя улыбка получилась вежливой.

— Я сама прошла через то, что приходится проходить и вам. — С грустью сказала моя собеседница. — И очень жалею, что закон не защищает нас от навязчивого внимания магов. От их удушающей любви.

— Удушающей любви? — Повторила я эхом.

— Конечно.