Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

— Погоди, а если вы все такие беспристрастные, то чего ходите дуетесь на меня? В смысле обижаетесь? — спросила я.

— Мы не обижаемся, мы показываем, насколько нам все равно, что ты думаешь, — просветил меня, судя по эльфийским меркам, которые живут по триста лет, совсем еще пацан.

— А-а! — покачала я головой. — Понятно. Жаль, а я с тобой посоветоваться хотела, но вряд ли ты что-то дельное скажешь. Менталитет у нас разительно не похож.

— Подожди, — эльф схватил меня за руку. — Я могу дать совет.

— Как эльф или как человек?

Эльф задумался.

— Ты мне и так уже помог, Казур. Спасибо, что не рассказал, что я не из этого мира, но я поняла, что отец Саши имеет право знать. Он любил свою дочь.

Порывисто обняла эльфа и вышла. Да, отец имеет право знать. Исходя из того, что мои шансы быть казненной велики, может, ему будет не так обидно, что на плахе окажется посторонний человек. И я пошла сдаваться.

***

Отцу я призналась. Было непросто, но я подумала, что так будет правильнее. Извинилась, сказала, что поступила нечестно и эгоистично и что мне действительно нужна его помощь, потому что если меня не станет, то оставлять рудник и людей, которые к нему приписаны, мужу и эльфам я не хочу.

Отец долго молчал, сурово взирая на меня.

— У меня были мысли, что с тобой что-то не так. Александра просто не стала бы всем этим заниматься. Она хотела лишь одного: быть любимой. Но я не думаю на самом деле, что она умерла. Полагаю, что часть моей дочери живет в тебе, раз тебе доступны ее знания и память. Так что ты остаешься моей дочерью, и я помогаю тебе всем, чем смогу. И не дам в обиду.

Для меня это были самые важные и нужные слова, после которых я подошла, обняла мужчину и просто стояла так, вдыхая его запах. Отец гладил меня по волосам, по спине и говорил:

— Поплачь, дочка, поплачь. А потом за работу.

И я ревела, пока не выплакалась. Наверное, это был единственный раз, когда я позволила себе это.

Зато потом взялась за рудники с новыми силами.

Конвейер строился, мосты мостились, бараки ремонтировались, будущий образовательный центр проектировался.

Он, кстати, вызвал живой интерес среди обитателей нашего поселения. Хотя поначалу в него никто в него не верил, но госпожа Мор сказала, что ее это не волнует и она все равно сделает то, что задумала. Поэтому вечерами мы обсуждали и проектировали самое прогрессивное для этого времени образовательное учреждение. Учебные корпуса, общежития и лаборатории, столовую, спортивный комплекс со стадионом и Дворец Культуры.

Последнее вызвало недоумение, но я объяснила, что если студентов, будь то хоть взрослые, хоть дети, ничем не занять и не организовать им культурный досуг, то они найдут чем занять себя сами, а это не всегда безопасно. А так они могут петь, танцевать, ставить магические шоу или спектакли и тратить на это свободное время и неуемную энергию. С этим все согласились.

Больше всех будущей стройкой заинтересовался Бочка. По такому случаю он даже отлепился от эльфов и пацанов и отправился помогать гномам.

Я решила, что раз мы запланировали грандиозное строительство, то нам потребуется, во-первых, камень и цемент, а во-вторых… Грузоподъемный кран!

Божьяки писала письма, носилась со счетами и сметами, а мы с моими мастерами-гномами усиленно создавали мою мечту. Но не успели мы соорудить наше прекрасное творение, как у нас появились новые гости.

На этот раз эльфы.

***

И все повторилось вновь. Мост, недоумение и порция презрения. Выговор с подтекстом о том, что я, как существо низшего сорта, не имела права препятствовать въезду эльфийских представителей на свою территорию.

Затем они чинно прошествовали к моему дому, и самый важный, судя по обилию золота на одежде, эльф потребовал немедленно выполнить их условия, а именно предоставить соответствующее статусу жилье, еду, слуг и информацию по тому, что происходит в их будущих владениях.

Желание послать делегацию подальше было практически непреодолимым, но я сдержалась ради отца, людей и нелюдей, которые от меня зависели.

Только когда разряженный тип выдохся, вежливо попросила его представиться. Последовал второй виток лекции на тему недостаточной почтительности. Поняла, что еще немного и нервы сдадут, и развернулась, чтобы уйти. Но меня тут же связали появившиеся отовсюду лианы.

— Прошу зафиксировать нападение представителя эльфийской делегации на хозяйку поместья, — спокойно сказала я.

И тут знаменитое и возводимое в абсолют эльфийское хладнокровие окончательно изменило мужчине, и он начал на меня просто орать и всячески оскорблять, ставя в укор то, что мои владения, видите ли, находятся достаточно близко и ему пришлось долго ехать, да еще и с неудобствами. Обзывал меня воровкой, похитившей их реликвию, обещал вывести на чистую воду и казнить самой мучительной смертью.

Я прям заслушалась. А вот мой отец, который и до этого не сильно ласково смотрел на эльфа, применил к нему маневр Бочки — попытался ударить.

К сожалению, этот эльф прибыл к нам не один, а потому отца живо скрутили. После чего остроухие сволочи с видом, что они тут полноправные хозяева, заперли нас в подвале моего же дома, предварительно заключив в кокон из лиан.

Вот такого расклада я никак не ожидала.

Глава 24. Покой нам только снится.

— Отец, скажи, это нормально вообще, нет? Нас с тобой, хозяев этого места, пришлые остроухие в кокон и в подвал засунули? — возмущалась я, пытаясь освободиться от лиан.

— Они эльфы, — вздохнул отец. — Высшая раса.

— А я, блин, крокодил! Супервысшая раса.

— У вас есть и такая? — спросил отец.

— Нет, просто загрызть кого-то хочется, — призналась я. — Принесла нелегкая паразитов на мою голову. С ними вообще что-то можно сделать?

Отец снова только пожал плечами. И тут одна лиана как-то слишком сильно впилась мне в плечо.

— Усохни, зараза, — шикнула я на нее.

И она усохла. Прямо на глазах скукожилась и отпала.

— Ха, живо отпустили нас, а то никого не пощажу! — нарочито уверенно сказала я. — Да я стальные тросы рвала, что мне зелень бестолковая!

Мысль о том, что неадекватным растениям ничего не стоит меня