Инкуб на сессию - Аника Ледес

Он замер.

— Что?

— Уходи.

Дориан смотрел на меня с недоумением. Потом его лицо изменилось — исчезла надменность, появился интерес.

— Ты серьёзно готова отказаться от помощи из-за какого-то Риэля?

— А ты серьёзно думаешь, что меня сейчас волнует моя учёба?

Он молчал. Секунду. Две. Потом вдруг откинулся на спинку стула и расхохотался. Громко, искренне, от души.

— Охренеть, — сказал он, вытирая выступившие слёзы. — Реально охренеть. Ты мне нравишься, Лея. Серьёзно. Обычно клиентки тают от одного моего взгляда, а ты меня посылаешь. Это... освежает.

— Я не посылаю, я ставлю условия, — поправила я.

— Ладно, — сказал он, всё ещё улыбаясь. — Давай послушаем твои условия. Только сразу предупреждаю: если ты хочешь, чтобы я бесплатно спас твоего недоинкуба — это мимо.

— Я и не прошу бесплатно, — кивнула я. — Мы заключаем контракт, только моим желанием будет не помощь в обучении, а спасение Риэля.

— Такой контракт не одобрят. — Он покачал головой, и улыбка стала снисходительной. — Можешь не стараться, милая. Система не работает против самой себя. Ты хочешь, чтобы я, действующий инкуб категории А, помог тебе вытащить заключённого из изолятора ГИС? Это не просто нарушение — это саботаж. Такой контракт не пройдёт регистрацию. Даже если мы его подпишем, система его заблокирует.

Я смотрела на него и чувствовала, как рушится последняя надежда.

— Тогда зачем ты вообще пришёл? — спросила я тихо. Руки начали дрожать от бессилия. Я еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

— Я пришёл, потому что ты запросила замену, — подпёр он щёку ладонью. — Повторюсь, замену, а не новый контракт.

— Значит, ты мне не поможешь, да?

— Я похож на сумасшедшего? — Он усмехнулся. — Нет, конечно. Можешь сходить к Альтаиру — преподу в вашем универе. Он тоже инкуб. И Риэль был у него любимчиком.

Я моргнула.

— Он же, наоборот, не любил Риэля. Он его заваливал, говорил, что у него нет способностей...

— Только благодаря ему этот недоинкуб ещё жив, — перебил Дориан. — Альтаир — единственный, кто за него заступался на всех комиссиях. Он продавил его переквалификацию из архивариусов, когда всех остальных сокращали. Он добился для него экспериментального контракта, когда никто не давал и шанса. И он же, — Дориан понизил голос, — не дал его утилизировать лет двадцать назад, когда Риэль провалил аттестацию в ноль.

Я смотрела на него, открыв рот.

— Альтаир? Серьёзно? Тот самый, с бородкой и вечным недовольством?

— Тот самый, — начал играть со своими пальцами Дориан. — У Альтаира репутация жёсткого препода, но своих любимчиков он прикрывает.

— Почему ты мне сразу не сказал?

— А ты спросила? — хмыкнул он. — Ты сразу начала требовать, чтобы я тебе помогал. Я просто пришёл на замену, а вляпался в какой-то детектив.

Я вскочила.

— Мне надо к нему. Сейчас.

— Лея, — Дориан поднял руку, — первый час ночи. Альтаир не принимает по ночам. У него режим.

— Плевать на режим!

— Он инкуб, между прочим, с семисотлетним стажем. Если ты ворвёшься к нему ночью, он тебя, мягко говоря, не погладит по головке.

— А что он сделает? Не убьёт же. — Я вспомнила Альтаира с крылышками и луком, когда магия Риэля вырвалась. Картинка до сих пор стояла перед глазами — строгий профессор в костюме купидона. — Да, не убьёт. Точно не убьёт.

Дориан посмотрел на меня долгим взглядом. Потом вздохнул.

— Ладно. Я отвезу тебя к нему. Но предупреждаю: не говори, что это я тебя привёз.

— Договорились, — сказала я, хватая куртку.

Мы вышли в ночь. Дориан шагал быстро, я едва поспевала.

— Дориан, — спросила я на ходу, пытаясь отдышаться. — А почему ты вообще согласился помочь? Ты же мог просто уйти.

— Мог, — согласился он, не сбавляя шага.

— И всё-таки?

Он остановился у какой-то очень солидной машины — я в таких не разбираюсь, но выглядела она дороже, чем моя годовая аренда. Открыл передо мной дверь.

— Ждёшь слезливую историю? — Он усмехнулся. — Не будет. Садись давай.

Я забралась внутрь. Салон пах кожей и чем-то дорогим. Дориан сел за руль, завёл мотор. Машина мягко заурчала и тронулась с места.

— Пристегнись, — сказал он. — И перестань хлюпать. Салон дорогой.

— Ты грубый, — буркнула я, но пристегнулась. — Кто вообще хочет быть твоим клиентом?

— Кто любит плохишей на дорогих тачках. — Он усмехнулся, ловко вписываясь в поворот. — Логично же. Женщины тащатся от опасных парней с деньгами. Я даю им иллюзию опасности, они дают мне эмоции. Все счастливы.

— И много у тебя таких?

— Достаточно. — Он покосился на меня. — И я рад, что мы с тобой избежали сотрудничества. С тобой я не хотел бы иметь дел.

Впервые я не знала, что ответить, однако это немного отвлекало. Я даже нашла в себе силы хмыкнуть.

— Это комплимент? Или оскорбление?

— Ни то, ни другое, — пожал он плечами. — Констатация факта. Ты слишком... сложная. Я люблю попроще. Пришла, получила, ушла. Без героизма и самопожертвования.

— Звучит уныло.

— Для тебя — возможно. Для меня — комфортно. — Он свернул в переулок. — Я вообще не понимаю всей этой вашей возни с Риэлем. Он инкуб-неудачник, который всю жизнь только и делал, что проваливал экзамены. У него нет ни харизмы, ни амбиций, ни нормальной магии. Что ты в нём нашла?

Я посмотрела на него. На его идеальный профиль, дорогой костюм, уверенные руки на руле.

— Ты правда хочешь знать?

— Просто любопытно.

— Он... настоящий, — сказала я после паузы. — С ним не надо притворяться. Он не пытается быть лучше, чем есть. Он просто... есть. И когда он рядом, мне спокойно. Даже когда он всё портит, дырявит стены или заставляет посуду летать.

Дориан хмыкнул.

— Звучит как описание домашнего питомца.

— Нет, — покачала я головой. — Это описание дома. Понимаешь? Он — мой дом.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом снова уставился на дорогу.

— Нет, не понимаю, — сказал он беззлобно. — И, надеюсь, никогда этого не пойму... Ладно, что ты будешь делать, если Альтаир откажет?

— Не знаю. — Я смотрела в окно на мелькающие огни. — Придумаю что-нибудь ещё.

— Упёртая, — констатировал Дориан. — Это я в тебе уважаю. Но только это.

— Ты всегда такой приятный или только по ночам?

— Только с теми, кто лезет не в свои дела, — оскалился он. — А ты сейчас именно это и делаешь. Лезешь в дела Гильдии, к которым не имеешь никакого отношения. Рискуешь не просто памятью — жизнью. В прямом смысле. Магия штука серьёзная, человека могут и убить случайно.

— Я знаю.

— И тебе не страшно?

— Страшно, — честно сказала я. — Но ещё страшнее — представить, что он исчезнет, а я даже не вспомню, что он был.

Машина остановилась у старого дома с лепниной