Танцор - Элин Пир

Глава 19

Размышления

2440 год — семь лет назад

Уиллоу

— Ты не замужем за ним.

— Нет, это так. Мы провели церемонию, и я дала ему слово.

Доктор покачала головой.

— Он манипулировал тобой, Уиллоу. Ты не понимала, что делаешь.

— Это я хотела этого.

— Это он заставил тебя поверить в это.

— Нет! — я закричала на нее.

— Брак не был официальным и, следовательно, недействительным. Ты не замужем, и любое обещание, которое ты могла ему дать, не имеет силы. Милая, тебе лучше смириться с тем фактом, что ты никогда его больше не увидишь. Это для твоего же блага.

— Вы не понимаете. Я люблю его, — воскликнула я.

— Нет, Уиллоу, тебе только кажется, что ты любишь его.

— Соло — моя вторая половинка.

— Милая. — Доктор подошла и села рядом со мной. — Я знаю, что это сбивает тебя с толку, ты еще очень молода. Мы все хотим помочь тебе и сделать так, чтобы ты снова почувствовала себя счастливой.

— Я никогда не буду счастлива, пока снова не буду с Соло.

— Тебе просто нужно немного времени, чтобы увидеть вещи в более ясной перспективе. Какой была бы твоя жизнь в лесу? А? — Она погладила меня по волосам, и я отвернулась.

— Как насчет прогулки в парке? У уток только что появились утята, и они такие милые.

Я отвернулась.

— Поешь хотя бы что-нибудь. Я вижу, ты не притронулась к завтраку.

— Я так и сделаю, если вы позволите мне взглянуть на Соло.

— Боюсь, это не в моей власти. Я понимаю, что он нарушил многие законы Северных земель, и мне гарантировали, что ему не разрешат путешествовать здесь. Ты в безопасности от него.

— Тогда я вернусь.

— Ты не можешь. После того, что случилось, тебе не разрешат вернуться в Северные земли.

Я подняла голову.

— Когда-нибудь?

Она одарила меня сочувственной улыбкой.

— Это ненадолго, Уиллоу. Может быть, когда ты станешь старше, и мы поверим, что ты сама будешь принимать правильные решения.

— А как же мой брат? Когда я снова увижу Хантера?

— Ты с ним разговаривала?

Я покачала головой. Стыд от того, что я покидаю своего близнеца, не попрощавшись, давил на меня тяжелым грузом.

— А ты бы хотела?

Мои глаза закрылись, и слезы потекли по щекам.

— Он будет очень зол и разочарован во мне.

— Можно ли его винить?

Я опустила голову, сжав плечи, как будто могла спрятаться от всего мира, как черепаха.

— Уиллоу. — Ее рука лежала на моем колене, голос был мягким и терпеливым. — Мы все любим тебя, в том числе и твой брат. Если он разочарован, ничего страшного. Подумай об альтернативе.

— Что вы имеете в виду? — мой голос охрип от пяти дней криков и рыданий.

— Что бы ты чувствовала, если бы Хантер не был разочарован? Если бы ему было все равно?

Я вытерла слезы и посмотрела на нее в замешательстве.

— Если бы ты убежала, и никто бы этого даже не заметил — каково бы это было?

Моргая, я задумалась об этом.

— Когда ты убежала, все запаниковали, и я слышала, что за тобой послали армию. Ты понимаешь, что это значит?

Я не ответила.

— Это значит, что ты действительно важна, Уиллоу. Твой брат, учителя, Совет, твои друзья и семья. Все волновались, потому что ты им небезразлична. Разве ты не видишь, что тебя любят?

Я опустила глаза, крепко сжимая в руках одеяло.

— Мы знаем, что тебя соблазнили сбежать, и никто на тебя не сердится. Соломон был старшим, и он заманил тебя, не так ли?

— Нет. — Я покачала головой, сбитая с толку многодневными вопросами, недосыпанием и голодом.

— Не волнуйся. Теперь ты в безопасности, и все, о чем мы просим, — это чтобы ты использовала свои умные мозги и думала самостоятельно. Я уверена, ты достаточно умна, чтобы понимать, что двое детей не смогли бы долго выжить в дикой природе. Это слишком опасно. Соломон тебе не друг, Уиллоу. То, что он сделал, было безрассудным и неправильным. Тебе повезло, что ты выжила.

— Вы его не знаете.

— Ты права. Я его не знаю. Я смотрю только на его действия и на то, что он сделал с тобой. Он был близок к тому, чтобы убить тебя. Надеюсь, ты это понимаешь. — Она приподняла мой подбородок. — Посмотри в зеркало и увидишь то, что видим мы.

Мои глаза нашли мое отражение в зеркале на другом конце комнаты. Я выглядела истощенной, бледной и грустной.

— Когда ты в последний раз принимала душ? У тебя сломана рука, три инфицированные раны, у тебя недостаточный вес, и на шее останется шрам от пореза. И это даже не говоря о сотрясении мозга, которое ты получила при падении. Ты могла сломать себе череп.

Я отвернулась, мне не понравился вид болезненно выглядящей девушки в зеркале или обвинения доктора в адрес Соло.

— Как насчет того, чтобы принять душ и что-нибудь съесть? После этого я бы хотела, чтобы ты вышла на улицу и подышала свежим воздухом. Это поможет тебе почувствовать себя лучше и сильнее.

— Нет. — Я отвела взгляд.

— Уиллоу. — Она произнесла мое имя так, словно это был аргумент, заставляющий меня сделать то, что мне сказали.

Я демонстративно отвернулась.

— Хорошо. Тогда, может быть, просто поспи немного. — Она встала и вышла из комнаты с последним комментарием. — Подумай, Уиллоу. Просто подумай об этом. Тебя спасли солдаты. Никто тебя не наказывает. Мы твои друзья.

Я думала, но моя преданность Соло была сильнее, и хотя кое-что из того, что мне говорили врачи и сиделки, начинало находить отклик, я по-прежнему отказывалась есть или принимать душ. Это был мой молчаливый протест и способ выразить солидарность с Соло, за которого я беспокоилась.

На девятый день меня положили в больницу и принудительно кормили через зонд. Они убеждали меня начать жить заново, но как я могла, если не знала, что случилось с Соломоном?

Хантер приехал навестить меня. Я была слаба и устала, но сумела выдавить из себя улыбку.

— Уиллоу. — Он взял меня за руку и сел рядом; наши зеленые глаза встретились, и я заплакала, увидев, как мой сильный брат плачет. — Уиллоу, — повторил он, как будто у него не было слов. — Что он с тобой сделал? — Его руки пробежались по моему лицу и волосам. — Ты такая худая.

— Прости. — Я говорила серьезно, потому что из всех людей, которые приходили навестить меня, Хантер был важен.

— Говорят,