Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки. - Элен Скор

вернуться в сестринскую, нужно было заполнить медицинские карты. Я шла по коридору, когда за неплотно прикрытой дверью услышала знакомый голос. Илья Иванович, что-то в его интонациях заставило меня остановиться и прислушаться.

— Иван Павлович, вы же работаете в госпитале уже больше года, неужели не обидно, что целителем назначили не вас, а эту девчонку? Она работает тут без году неделя. Выскочка!

Подайте прошение о переходе в мою бригаду, а я уж похлопочу, чтобы вас заметили!

— Илья Иванович, как вы это себе представляете?

— Да все просто, укажите, что она некомпетентна, не справляется с возросшим объемом работ.

— Она же справляется.

— Это пока, а вот как вы уйдете, точно не справится! Пока она бегает с бумажками, вы тянете на себе весь объем работы. Ну же, решайтесь, вы ничего не теряете! — уговаривал Старовойтов.

Вот же интриган, у меня за спиной! Как такое возможно? Очень хотелось открыть дверь и высказать все, что думаю, но я решила не торопить события и понаблюдать, что будет дальше. И почему Иван не пошлет его открытым текстом? Вместо этого младший лекарь попросил дать ему время подумать.

— Да, да, конечно, думайте, — не стал давить Старовойтов.

Тут меня окликнула Зоя Павловна и мы занялись обсуждением завтрашней выписки. Потом я еще несколько раз навещала Михаила, температура у него держалась, но уже не так критично, лекарство и лечебная магия делали свое дело. И все же, сегодняшняя ночь будет для него самой сложной, решающей, поэтому, санитарка будет дежурить в палате. Если состояние больного ухудшиться, она позовет целителя.

И как бы мне не хотелось остаться и все проконтролировать, я прекрасно понимала, что делать этого не стоит. Нельзя выделять кого-то из пациентов. Мне нужно хорошо отдохнуть, потому что на мне теперь половина отделения.

На вечерней планерке я время от времени посматривала на Ивана, но тот вел себя как обычно. Когда я сдала дела Карлу Генриховичу, еще раз убедительно напомнив целителю присмотреть сегодня за инфекционным отделением, Иван с Яковом уже ждали нас с Ольгой на крыльце.

Константин присоединился чуть позже, сегодня он выглядел очень задумчивым, на время позабыв о своих шутках. Правда, за Ольгой все же поухаживал. Та розовела от удовольствия, посматривая на всех победным взглядом.

Надо бы побеседовать с ней, чтобы была осторожнее в отношениях и не велась на льстивые мужские речи. Летчики они сегодня, здесь, а завтра улетят, и поминай, как звали!

Положительные эмоции подруги вылилось в пирог с вишнями. А вот у меня настроения совсем не было, я то и дело вспоминала разговор Ивана со Старовойтовым. Не ожидала я от старшего целителя подковерных интриг!

И что ему ответит Иван?

Глава 31

Остатки вишневого пирога Ольга взяла с собой на работу. Один из завернутых в салфетку кусочков перекочевал в руки Константина. Когда мы вышли из дома, летчик уже ждал нас у калитки.

Надо отдать должное, сегодня он не сыпал остротами и старался уделять внимания нам поровну, хотя его взгляд все чаще останавливался именно на Ольге. Скорее всего, он сам этого еще не осознавал.

Видимо, Ольга действительно ему нравилась и это меня серьезно беспокоило. Ясно же, что Громов известный ловелас и бабник. Статный, красивый, веселый, душа компании, еще и летчик. Неопытная барышня ему на один зуб, очарует, задурит голову и бросит!

Я решила пока не вмешиваться, посмотреть, как будут развиваться их отношения, может еще все обойдется и Константин найдет для себя другой объект для ухаживаний. Ольга правильная домашняя барышня, думаю, она скоро ему наскучит.

Стоило только успокоится, как мои мысли занял другой мужчина. Как там Михаил? Как прошла ночь? Надеюсь, кризис миновал. И нет ничего странного, что я переживаю за своего пациента!

Хотя, чего уж там, не за каждого пациента я так переживаю, себе то я могу признаться, что это мужчина мне симпатичен. Да, просто симпатичен, без всяких там левых мыслей! Как бывает симпатична картина в музее или статуя на площади. Чисто эстетически!

Именно поэтому, войдя в сестринскую, я первым делом отыскала глазами Карла Генриховича и поинтересовалась у него здоровьем нашего пациента.

Кризис миновал, к полуночи температура снова поднималась чуть ли не до верхней отметки градусника, но ее удалось сбить лекарствами и лечебной магией, так что к утру состояние Михаила стабилизировалось.

Я полностью доверяла диагнозу Карла Генриховича, только поэтому сначала провела планерку, раздала указания своим подчиненным, проводив задумчивым взглядом Ивана, и лишь потом отправилась с инспекцией в инфекционное отделение.

Михаил лежал на кровати, бледный, осунувшийся, но вполне бодрый.

— Доброе утро, как вы себя чувствуете? Что болит? Давайте-ка я вас посмотрю.

Я деловито подошла ближе, привычно вытягивая руки, ладонями вниз. Пальцы тут же окутало едва уловимое голубоватое свечение. Так, горло еще красное, но уже не так сильно, как вчера, а вот легкие… болезнь опустилась ниже.

Я нахмурилась, рассматривая видимую только мне проекцию больных органов.

— Что там, доктор? Жить буду? — по губам Михаила скользнула слабая улыбка.

— Определенно, будете! — я тут же взяла себя в руки и бодрым голосом добавила: — Ели будете соблюдать мои рекомендации.

Я подошла к столу, взяла журнал, скользнула глазами по строчкам.

— Лекарство принимали? Вижу, принимали!

Помимо лекарств, Карл Генрихович поставил Михаилу еще два укола: вечером и ближе к утру.

Взяв градусник, хорошенько его встряхнула и снова подошла к кровати.

— Давайте-ка померяем температуру.

Протянула градусник Михаилу, но он лишь расстегнул пижаму и приподнял руку, так что мне пришлось наклониться, чтобы сунуть градусник ему подмышку.

— Опускайте руку, держите, а я пока приготовлю свежий отвар.

Сегодня, когда жизни Михаила уже ничего не угрожает, я хотела немного поэкспериментировать. Целители могут наделять лекарства своей лечебной силой, я не раз видела, как это делает Татьяна Сергеевна и несколько раз делала сама. Вот только в готовых лекарствах эта сила почти не растворяется и очень быстро выветривается.

Но из книг и прежних воспоминаний Вари я знала, что если наделить лекарство этой магической силой во время приготовления, то результат будет намного выше.

Узнав это, я сильно удивилась, почему так не делают сразу, во время производства лекарств, но ответ оказался такой же прозаичный — со временем магия выветривается, так что никто не будет тратить свои силы впустую.

Для этого при больницах и госпиталях существовали свои лаборатории по производству лекарств, которые тут же шли в дело.