Проклятье жрецов Египта - Таруна Поддубная

лучше, чем она есть. Еще одно движение, и я сорву с тебя эти раздражающие и мешающие штаны. И одним рывком войду в тебя по самые яйца. Я этого очень хочу — поверь, но не думаю, что ты готова принять меня так сразу, учитывая мои нижние размеры… О-о-о-о, ты сама напросилась! — Гор еще хоть как-то держался и мог соображать, но я уже совершенно не отдавала себя отчет в своих действиях.

Треск разрываемой ткани совершенно не включил мой мозг, и то, что я лежала под огромным, очень сильно возбужденным мужиком с большим членом, почему-то ни на что меня не натолкнуло.

Никогда не думала, что доспехи с набедренной повязкой могут быть так быстро сняты. Гор был мужчиной слова, и как только повязка с него слетела, между моих ног оказался его член. Мужчина не сразу вошел в меня, как обещал, он несколько раз подразнил, скользнув по моей промежности.

И уже в следующий момент я ощутила у входа в лоно его головку, а затем — резкий и глубокий толчок. Я схватилась за плечи Гора и зашипела от боли. Это не было чувством наполненности, это было чувство переполненности — настолько, что казалось, если он сейчас двинется, то мои физические возможности эластичности и растягиванию подведут меня в самый ответственный момент.

Однако у этого мужчины и на продолжение были свои планы. Не успела я попросить, чтобы он подождал, как Гор сделал новое движение. Я глубоко дышала, но с каждым толчком он двигался все легче, и наконец его движения начали приносить мне хоть и легкое, но удовольствие.

Как только двигаться внутри меня стало легче, Гор перевернул меня и поставил на колени. Его толчки стали глубже, и большие, пока еще совершенно не пустые, яйца каждый раз ударялись о мой клитор. Это движение добавило мне такую остроту удовольствия, что я прогнулась и стала похожа на мартовскую кошку. Что я кричала и сколько, или стонала — я не помню, но когда мои силы издавать звуки закончились, меня накрыл такой ошеломительный оргазм… Не думала, что я такая гибкая, да и не подозревала до этого раза, что я такая вместительная. Вот только следующее, что со мной произошло -темнота, наступившая после такого красочного фейерверка.

Только темнота это была не спасительная, там меня уже поджидали…

Глава 50

Еще секунду назад я лежала там, где и должна была лежать и отдыхать, дыша прерывисто после бурного секса сухим воздухом Египта, а потом мир просто… сорвался. Будто кто-то выдернул из-под меня реальность, как ткань со стола, и я рухнула в другую…

Под ногами плеснула вода.

Я резко вдохнула и чуть не захлебнулась этим вдохом: воздух здесь был тяжелый, затхлый, с примесью сырости, старой крови и чего-то сладковато-гнилого. Полузаброшенный зал уходил в темноту, будто его не строили, а вырезали прямо внутри ночного кошмара. С потолка мерно капало. Каждая капля звучала слишком громко, слишком отчетливо, как отсчет времени. На полу стояла вода, не очень много, холодная до ломоты в костях, и по ней тянулись толстые черные цепи. Они будто змеились вокруг моих ног, исчезали в темноте, скрежетали, когда шевелились от моего движения, и этот звук мгновенно поднимал по позвоночнику ледяную дрожь.

Я медленно стала осматриваться вокруг себя, стараясь дышать ровно.

Проклятая пирамида? Но как? Или что-то куда хуже…

Стены и колонны были исписаны символами. Не только египетскими. Я видела древние письмена, похожие на иероглифы, и рядом непонятные, резкие, рваные знаки, будто их выводили когтями, смешивая черную краску с красной. Полки, ниши, стены — все тут было покрыто фресками. Египетские жрецы. Боги. Погребальные сцены. Но лица… у всех были лица хищников. Злые, искривленные, с пустыми глазницами, как будто художник писал не богов, а тех, кто пожирал людей, прикрываясь их именами. Я даже вздрогнула.

Я опустила взгляд и заметила в воде россыпь серебристых шариков. Они перекатывались между камнями, поблескивали в полумраке так красиво, что на миг показались почти безобидными. Я машинально присела и тронула один пальцем.

Шарик распался под подушечкой, мягко, вязко.

Ртуть.

Меня передернуло. Я резко отдернула руку, и в тот же миг за спиной с грохотом дернулись цепи.

А потом раздался голос.

Хриплый. Низкий. Замогильный. Слишком живой для мертвого и слишком мертвый для живого:

— Извини, врачевательница… но мне нужно лично с тобой поговорить.

Я обернулась так резко, что едва не поскользнулась.

И застыла.

На возвышении в дальнем конце зала стоял трон. Не из камня. Не из дерева. Из костей и черепов. Человеческих, их я очень хорошо знаю, звериных, конечно же каких-то существ. Белые, желтоватые, почерневшие от времени, они были скреплены чем-то темным, похожим на засохшую смолу. И на этом троне сидело существо.

От него исходила огромная древняя сила.

Я ощущала не просто магическое давление. Это была настоящие волны магии. Они давили на грудь, на виски, на колени, вынуждая склониться, признать, что передо мной находилось нечто древнее и страшное.

Существо словно было собрано из двух божеств и одной смерти. Левая половина тела принадлежала Гору: половина соколиной головы, острый глаз, изогнутый клюв, сухая царственная ярость. Правая принадлежала Анубису: половина шакальей морды, вытянутая, черная, с оскалом, в котором угадывалось слишком много понимания. Тело местами было обмотано древними погребальными бинтами, желтыми, истлевшими, пропитанными чем-то бурым. И когда я присмотрелась, у меня внутри все сжалось: из щелей между бинтами медленно вылезали скарабеи. Черные, блестящие, живые.

Они ползли по коже существа так, будто это было их законное место.

У меня задрожали губы.

— Господи…

Оно посмотрел на меня. Соколиная часть смотрела на меня свысока, шакалья — почти с насмешкой.

— Нет, — прохрипело оно. — Здесь это имя ничего не значит!

Мне захотелось отступить, но цепь под ногой звякнула, и я заставила себя выпрямиться.

— Кто ты? — нервно спросила я.

Существо медленно наклонило голову. Одна часть присматривалась, другая — принюхивалось, и это выглядело странно и нереально.

— Ты уже знаешь — кто я. И слышала обо мне. Я видел. — продолжая меня внимательно рассматривать, ответило оно или он, как сам о себе говорил.

Я стиснула зубы. Сердце колотилось так, что, казалось, его стук слышал весь этот проклятый зал.

— Если ты притащил меня сюда, чтобы поиграть в загадки, ты выбрал не ту женщину! — вызывающе бросила я.

Шакалья пасть растянулась в подобии улыбки:

— Нет. Именно ту. Ты