После развода. Лучше одной - Яна Мосар

- Откуда ты знаешь?

- Совет тебе на будущее, когда захочешь что-то провернуть: делай это за стенами того заведения, на которое ты работаешь.

- Хотелось бы послушать, что именно я там говорила, раз ты так прилетел.

- Аслан дал мне послушать одну занимательную запись, где ты кому-то обещаешь подумать над предложением.

Все становится на место мгновенно.

Аслан, скользкая тварь.

Тоже записал наш разговор?

- А с кем я там говорила на этом аудио?

- Он слышал, как ты по телефону разговаривала, и записал.

- А ты поверил, что я вот так могла предать?

- Я бы не поверил, но слышал все.

- А больше твой брат ничего не сказал?

- А что ты хочешь дополнить?

Кошусь на бумаги.

- Я хочу, чтобы ты ушел.

- Не уйду, пока не узнаю правду.

Мне так противно от этих обвинений, что подташнивает.

Не уйдет он.

- Ты пришел уже с правдой. Чего ты ещё от меня ждешь? Что бы я ни сказала, ты не поверишь, так?

- Я слышал все, вряд ли это можно как-то опровергнуть. Я вообще-то тебе доверял, пока ты за моей спиной решала свои вопросы с квартирой.

У меня аж в ушах звенит.

- Свои?

- Да, свои. Что, реально хотела слиться на квартиру через него? Пока я тут, как идиот, впрягаюсь, ты решила поискать вариант получше?

Догадываться только можно, что он там узнал и чему поверил.

После всего.

После этих ночей. После кухни. После его чертовой квартиры, сауны, обедов, париков.

- Ты серьёзно сейчас?

Молчит.

- Знаешь что. Ты казался мне более умным и внимательным мужчиной, а на самом деле… Я тебе докажу, что ты не прав, только потом можешь не извиняться. Я тебя больше ни видеть, ни слышать, ни знать не хочу. И знаешь, спусти ты свой ресторан в казино. Может, он достанется кому-то поумнее. Или лучше сразу своему брату сдай. - продолжаю, не дождавшись реакции.

- Знаешь, я перед тобой честна, потому что мы с тобой договорились. И я не предаю тех, с кем договариваюсь. Поэтому мне нечего скрывать и нечего бояться, что кто-то меня подслушал, а потом смонтировал аудио так, чтобы один осел поверил в это.

- Аслан и предупредил, что ты захочешь на него все скинуть.

- С такими братьями и врагов не надо. Уходи, а? Мне плевать, что там у тебя дальше будет. Скорее всего, скоро ты обанкротишься, а твой ресторан приберет к рукам другой человек. И это не из-за меня будет.

Поднимаюсь и выхожу из кухни.

- Яра, стой! О чем ты говоришь?

Догоняет меня в коридоре и тянет к себе.

- Отпусти! Кто другой? Интересно?

- Ты же на него работаешь.

Какой он дурак.

Слёзы подступают, а горло сводит так, что реально вырвет.

- Уходи!

- Правду, - перехватывает меня за руки и не отпускает.

И снова эти мурашки знакомые рядом с ним.

А ну прекратили меня сбивать с мысли!

- Правду? А как тебе правда, что тебя обманывает брат? Но, конечно, ты мне не поверишь. Ты же ему поверишь. Он же брат. А я так… переспать пару раз, да?

- Ты…

- Не надо ничего мне говорить. Твое недоверие лучше всех слов. На кого я работала? На Хасанова Марата Алиевича. Все? - сбрасываю его руки. - И не трогай меня больше. Уходи.

- Я разобраться хочу.

- Разбирайся! Я тут при чем?

- И как мне понять, кто из вас говорит правду?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мозг включить, Хасанов! Уходи, а. Видеть тебя не хочу.

Ухожу на кухню. Там папка с этой махинацией и телефон с записью.

Хватаю их и иду в коридор.

- На, - пихаю ему в руки папку, - почитай на досуге, - открываю дверь. - И убирайся. Почитай, изучи.

Открывает и на ходу начинает листать.

С каждой страницей челюсть сжимается сильнее. Выглядит так, будто сам себе не верит.

- Дома почитаешь, - касаюсь его плеча и пытаюсь выставить из квартиры.

Даже этот жест кажется каким-то уже очень знакомым и родным.

Марат поднимает на меня взгляд, но уже не злой - опасный. Дошло, что ли?

- Это что, правда он?

- С ним говори и решай, правда или нет. Больше я для тебя ничего сделать не смогу. Можешь меня увольнять. Деньги мне не нужны. Считай, что мы в расчете.

Сжимает папку в руках с такой силой, что пластик трещит и гнется.

- И я перешлю тебе полный вариант моего разговора с Асланом. Да, я говорила там про то, что подумаю, чтобы вывести его из тени и чтобы у меня были жесткие доказательства. Но теперь это уже не важно. Ты веришь либо ему, и тебя дальше разводят. Либо мне, и нафиг всех там разгоняешь. Но мне, если честно, уже все равно, что ты выберешь.

Выталкиваю из квартиры.

- Прощай, Хасанов, неплохо отдохнули с тобой. И можешь не переезжать, я к тебе не приду и докучать ничем не буду.

Захлопываю дверь.

В агонии сбрасываю ему полное аудио. Пусть слушает. Идиот.

А самой так паскудно от себя, от него, что не выдерживаю и чувствую, как тошнота подступает к горлу.

Я только успеваю добежать до туалета, как выворачивает внутренности.

Все недоверие, его предательство, слова - от всего этого хочется очиститься. Отрываю туалетной бумаги, вытираю рот. Бросаю скомканную бумажку в унитаз.

Слёзы выворачивают душу и вытряхивают из нее это гадкое чувство: ненавидишь человека и одновременно… кажется, любишь.

За что вот только?

И ещё больше хочу ненавидеть, ищу, за что зацепиться.

А вспоминаю наоборот только, как колесо менял, ноги отогревал, кормил, купал, любил, ласкал. Играл в моего мужчину….

Как я так?…

Наверное, если бы я была умнее, мягче, спокойнее… я бы сейчас остановилась. Дала ему осмыслить. Может быть, даже извиниться.

Но я не мягче.

Не в этот раз.

Потому что мне больно.

Так больно, что нежность и разум внутри меня сейчас просто не выживают.

Щелкает замок.

- Ясь? - залетает ко мне Маша. - Что он сделал? О боже, детка, - смывает унитаз, - Мась, ну ты чего? - опускается рядом и обнимает. - Да не стоит он твоих слез.

- Я его выгнала.

- И правильно, если так надо. А что он сделал?